Медиум

Когда-то давно алмазодобывающая компания «Два медведя» решила переправить неогранённые алмазы на двадцать миллионов броудов. Стальной ящик с сейфовым замком весил значительно больше, чем упаковка драгоценных камней, запертая в него. Сейф погрузили в трюм вместе с другими посылками. Представитель алмазной компании занял одну каюту, представитель страховой компании – другую. Люк трюма заперли хитроумным замком и запечатали пломбой. До прибытия на место его вскрывать запрещалось.
Рейс прошёл благополучно. Происшествий никаких не случилось. Погода стояла солнечная и маловетреная. С минимальным опозданием пакетбот пристал к причалу. Сначала вышли пассажиры, затем вскрыли люк, достали мешки с почтой, потом пришла очередь ящика с алмазами, и лишь после выгрузили остальные посылки.
Праздничное настроение омрачилось на следующий день. В компании, взявшейся за огранку алмазов, не смогли открыть присланный сейф. Он должен был отпираться двумя различными ключами, один из которых был у представителя «Двух медведей», другой у страховщика. И оба не подошли! Пришлось связаться по телеграфу с главной конторой отправителя.
На следующий день было принято совместное решение взломать сейфовый ящик. Но ещё только через день нашёлся сертифицированный специалист. Он внимательно осмотрел замки и заявил, что вскрытию они не поддаются, необходимо высверлить и вырезать наиболее тонкую нижнюю стенку.
Вскрытие заняло почти сутки – пока специалист привёз свои инструменты, пока сверлил, пока резал. Однако справился и результатом своего труда предъявил идеально пустой ящик. Во время бурного обсуждения он осмотрел внутреннее пространство, нашёл чеканку завода-изготовителя с номером изделия и поинтересовался: «А этот сейф точно ваш?»
Такая простая мысль раньше никому не приходила в голову. Отправители телеграфом прислали номер отправленного ящика. Конечно, не совпавший с номером вскрытого. Но к тому времени успели известить полицию, и она даже смогла найти первые улики.
Детективы проверили все посылки, привезённые пакетботом. Так вот, большинство из них были уже разобраны получателями, но огромный ящик с концертным роялем фирмы «Каменный путь» до той поры стоял невостребованным на складе. Его вскрыли и обнаружили иной музыкальный инструмент – губную гармошку, подвешенную на верёвочке к задней стенке.
Там же нашлись следы пребывания человека: ложе с пристяжными ремнями от болтанки, такелажная тележка, ломик, другие инструменты, остатки консервов, пустые бутылки и даже бидон с фекалиями. Фу! Сейфа, конечно, не оказалось.
Стало понятно, что всё плавание в рояльном ящике обитал злодей, который и осуществил подмену, а после выгрузки сбежал. Дальнейшая проверка установила, что оригинальный сейф с драгоценным содержимым могли спрятать в упаковку из-под «Станка сверлильного на чугунной станине», где до того могла лежать подмена.
Станок ждали на почте два неустановленных человека, которые и забрали его сразу после привоза. Полицейский художник со слов свидетелей нарисовал портреты преступников, однако тех никто не смог опознать.
Страховщики рыли землю! В порту отправления они нашли фирму, продавшую подменный сейф, составили словесный портрет покупателя, оповестили всех ювелиров и объявили приличную награду. Однако на неё никто не клюнул. Даже обещание генерального прокурора помиловать первого сдавшегося злоумышленника не помогло. Дело просто-напросто заглохло.
Этому способствовал и настрой газетных заметок. Такие деньги! Так ловко украли! Главное, без единого выстрела и без пролития даже маленькой капельки крови! Никто же ведь не пострадал? Даже «Медведям» страховщики вернули деньги. А раскормленных котов от страхования не жалко. Они дерут с людей взносы за полис? И куда потом их девают?! Присваивают! Так что читатели сочувствовали похитителям.
Полицейские опросили осведомителей, прочесали злачные места, после чего заявили: «Мы сделали, что могли» – и переключились на расследование других преступлений. У детективов работы всегда хватает. Тем более, скажем тихо, никого же не убили! Никто особо и не пострадал. А у страховой компании свои следователи имеются. На жирном жалованье, между прочим.
 
Через пару лет в какой-то конуре, чуть не на помойке, нашли сейф, похожий на украденный. Номер на нём был сведён кислотой, а замки грамотно вскрыты. Узнали, что некоторое время этот ящик использовали медвежатники для тренировок. Ещё через несколько лет приговорённый к смертной казни заключённый признался в том, что с приятелем за небольшие деньги получил на почте ящик со сверлильным станком и отвёз его в заранее указанный сарай. Заказчика, правда, не видели, инструкции и деньги получали по почте. Впрочем, несоответствий в его словах хватало, своего подельника признавшийся не назвал, вот и особой веры смертнику не было. Эти показания сочли попыткой отложить исполнение приговора, а потому полностью лживыми.
Алмазы – не бриллианты, после огранки их никак невозможно опознать, страховой компании пришлось смириться, но не забыть о своей потере. На всех преступников, имевших хотя бы потенциальную возможность украсть алмазы, завели досье. Каждый шаг в последующей жизни подозреваемых заносился туда. Все их существенные приобретения анализировались и записывались. Пока без результата, но рано или поздно алмазы должны будут всплыть.
В среде ювелиров тоже искали. Как только кто-то получал партию камней для огранки, страховщики проверяли заказчиков и источник добычи. Хотя всех не проверишь. А ведь есть обширный рынок Востока. Если алмазы ушли туда, то о них можно будет узнать лишь случайно. Но всё же надежду терять не стоило. Например, краденые картины всплывали через несколько десятилетий, когда умирал коллекционер. Иногда они обнаруживались висящими на стенах в случайных местах. Изредка новые владельцы домов находили их упакованными на чердаках. Всего-навсего надо только подождать, тогда рано или поздно тайное станет явным.
Кроме страховщиков хоть каких-нибудь слухов о пропаже ждали в алмазодобывающей компании, а ещё кое-кто из туземцев. О некоем нюансе, кроме первых лиц корпорации, знали лишь несколько человек. Он заключался в том, что основная по стоимости часть коллекции состояла из редчайших цветных алмазов. А среди них выделялся розовый камень огромного размера.
Было и ещё одно обстоятельство, скрываемое от публики: цветные алмазы не добыли в шахте. Защищая храм с лежащими на алтаре диамантами, погибло целое туземное племя. Дикари! Не захотели сменять кристаллы на более крупные и огранённые стекляшки, да ещё с хорошей доплатой в дюжину ножей и пару старых, кремневых, но в рабочем состоянии ружей. Говорили, что единственный переживший побоище жрец проклял похитителей. Над таким слухом долго смеялись, но никто из вернувшихся с добычей не прожил дольше года.
  
Глава 2
 
Убойный отдел
Кабинет лейтенанта убойного отдела не блистает роскошью. Размером он тоже похвастаться не может. Убогая конура, в которой кроме хозяина с трудом могут поместиться два посетителя. Заваленный бумагами стол с неожиданно дорогим чернильным прибором – мраморное основание, отлитые в виде античных вазонов медные чернильницы с откидывающимися крышками, две ручки из слоновой кости, а в центре – фигурка рыцаря с мечом и щитом. На щите – гравировка «Благодарю» и подпись. Прибором явно дорожат, он тщательно протёрт. На стенах – пара полок с книгами и папками и несколько почётных дипломов, выданных хозяину кабинета, лейтенанту с простецким именем Джон МакЛин.
Сейчас лейтенант желчно смотрит на своего подчинённого, детектива Ксавье Моппетта. Странная парочка. Один – сильный, грузный, седоватый здоровяк, в помятом синем костюме из недорогой ткани, с жилетом, кое-где припорошенным пеплом от дурно скрученной сигары. Другой – стройный, быстрый, с тонкими, аристократическими чертами лица, чёрными вьющимися волосами, в тройке из кашемира, сшитой на заказ. Невзирая на такие различия, в выражениях лиц собеседников было что-то общее. Не то хищный прищур глаз, не то уверенные манеры. Сейчас собеседники говорят о чём-то неприятном, но неизбежном в их деле.