Медиум

Давно понятно, что пора уходить. Теперь стало кристально ясно: уходить нужно быстро. Завершить неоконченные дела и валить в светлую даль, благо имеется подготовленный отход, даже не один и не два. Время пока есть, хотя его осталось довольно мало.
Первое и главное дело – закрыть должок с алмазами. Положенную паузу выдержал, гонцы Великого Духа прониклись и поняли, что дело сложное, теперь пусть забирают храмовые регалии. Я своё слово сдержу, претензий мне не предъявят.
Нельзя оставлять долг перед такой сильной сущностью – обидится и из принципа начнёт гадить. Не то чтобы я его боюсь, но зачем мне лишние заботы? Да и его гонцы расплатились со мной авансом. Причём хорошо так расплатились. Не по кодексу обманывать заплатившего клиента.
Другое дело, вернут ли они алмазы? Ведь слишком многие желают на них подняться. Ладно бы только страховщики, тут ещё уголовники пытаются себе урвать кусок. Мне прозрачно намекали на церковников, те тоже зубы на камни точат. Вот у них есть шанс понять, что истинная стоимость не в материале, а в энергетике.
Второе дело связано с последним клиентом, Ловчилой. Тот сам не понимает, хочет уйти безгрешным или желает остаться в новом теле. Отпущение грехов совместно с торжественным прочтением индульгенции и молебном за упокой души я ему организовал. За алмазы не жалко! Мне за них порядочно отдарились, а вот Вилли после молебна почти наверняка уйдёт за край. Интересно, современная индульгенция поможет ли ему там? Не написанная на пергаменте, а быстро напечатанная пишущей машинкой по типографскому бланку, с красивой современной красной печатью местной епархии, с факсимиле папской подписи. Священник хотя бы молитву прочитал после заполнения?
Церковь утверждает, что такая бумага помогает очиститься от грехов. Я и про свою старую сомневаюсь, хотя та точно выправлена по всем положенным правилам, с подписью лично папой и обрядом в соборе Святого Петра.
Впрочем, к современным христианам, вне зависимости от их направлений, я тоже отношусь со скептицизмом. Первые были искренне верующими, шли на смерть за веру, но не отрекались. А что сейчас? Молитвы переводятся на удобный для публики язык, обряды подменяются обрядностью, вера трансформируется в верование. Истоки забыты, ради чего всё делалось, священников давно не волнует, большинство интересуется лишь личной властью над прихожанами, деньгами в церковной кубышке и собственным комфортом. Где истово молящиеся подвижники? Не надломленные жизненными невзгодами, желающие уйти от реальной жизни, и не психически больные люди. А где ищущие собственный путь познания веры отшельники? Таких вообще не осталось!
Падение веры случилось не только у христиан всех мастей, но и у иудеев, мусульман… далее по списку. Поневоле начнёшь сочувствовать не испорченным цивилизацией африканцам и помогать восстанавливать разорённые святыни.
Да… Действительно, мне пора сменить обстановку, а то уже по-стариковски брюзжать начинаю. Может быть, вдруг началось действие этих… Как их сейчас называют?.. Возрастных гормонов? Или окончательно перестали влиять юношеские? Так вроде я пока ещё не старик? Для этого времени, конечно. Хотя…
Ладно! Вернёмся к делам. Могилу Ловчилы стоит навестить и убедиться, что тот ушёл. Его жену, кажется, ещё не похоронили, так что высказать ей своё негодование он пока не имел возможности. Если дождётся, то прямо у могилы, если нет, то за кромкой, но они смогут выяснить семейные разногласия. По-моему, им есть что сказать друг другу. Лукреция его убила, Вилли – её. Вот хорошая основа для грандиозного скандала и, при минимальном желании сторон, бурного примирения. Всё же столько лет вместе прожили, должны же были научиться прощать друг друга.
Что ещё? Полиция? Не стоит упоминания. Страховщики? Опасен разве что Эмиль, но и он очень умеренно. Хотя именно его стоит притормозить – слишком любопытен и может продолжить копать. Нейтрализовать после ухода будет сложнее… Точнее, не сложнее, но с риском раскрыть новое пристанище, а его создание отняло толику сил и какие-то деньги. С ним стоит решить до ухода, тем более нашёлся такой карьерист, как пегий Кончобор.
 
Таниша Геар. Милая стукачка. На неё обижаться не стоит, она просто выполняла свою работу. Даже с подругой не представляет никакой угрозы.
Отец Бенедикт может что-то заподозрить, но он иезуит, натасканный в ордене Святого Игнатия. Их методы эффективны, но уже давно известны. Удалось даже достать наставления, учебники и методички. Словом, Церковь опасности для меня не представляет. Тем более что я хорошо подготовился.
Теперь ученики. Их у меня сразу два, и оба нацелены на разные направления. Дуглас в оккультизме почти полный ноль и довольно ленив. Во всяком случае, удалось научить его покидать собственное тело и возвращаться обратно. Настроил с ним ментальную связь и каждый вечер перед сном слушаю доклады о его успехах за день. Могу ментально отдавать приказы и контролировать их выполнение. Увы! Это предел Дуга. Водил парня на кладбище, но духов он не видит ни в своём истинном теле, ни выйдя из него. Кроме меня, конечно. Похоже, как и почти всем, Дугу нужно сначала умереть, чтобы научиться визуализации. Отчасти жаль, подвижник мог бы мне значительно больше пригодиться, но за неимением гербовой пишем на простой. С парнем изначально всё было понятно, завышенных ожиданий у меня и не было.
Джузеппе – дело другое, он как раз талант своего рода. Правда, тоже не оккультный, а вполне себе криминальный. Сутенёр и немного убийца – нормальное такое сочетание. Считает, что его… э… подопечные?.. О! Ночные бабочки! Считает, что две ночные бабочки, которых оставил при себе, останутся ему верны, пока дело не коснётся денег. И что? Сам же недоплатил Козетте! Та мне намекнула, что такой подход к делам ей совершенно не импонирует. Они с подружкой получили хорошие документы. Нет, не на новые имена! Только о том, что они вдовы погибших офицеров. А вдовам погибших офицеров прилично уехать в провинцию и занять положение в местном обществе. Кое-какие деньги женщины скопили, кое-что получено благодаря мне, так что есть основа для новой жизни. Без Джузеппе. Тот пусть едет в путешествие без дамского эскорта.
Последним по списку – пожалуй, по важности и интересности тоже – стоит Джордани Витторио. Преступный авторитет, держащий в руках большую часть игрового бизнеса города. Криминального, понятно. В легальном свои акулы водятся. Ещё под ним несколько публичных домов, теперь решил заняться и уличной проституцией. Витторио особо не мешает, хотя считает, что сможет как-то заставить меня исполнять его желания, точнее, находить заначки покойников. Думаю, чисто из вредности стоит его наказать. Во Франции сам Франсуа де Лож угощал меня выпивкой и читал свои стихи, а тут мелкий прохиндей строит из себя не пойми кого.
Тут, думаю, стоит провернуть забавную комбинацию: рассказать о могильной захоронке Ловчилы. А там его будет ждать Кончобор. Ничего особенного, но Джордани окажется в дураках, Эмиль слетит с должности, а Джилрой и его собратья окажутся моими должниками.
Склад
Клуб «Джаз-бистро» лихорадило уже несколько дней. Несколько лучших боевиков этого квартала ошивались рядом. Не просто так, конечно! Им заплатили, чтобы они были под рукой. За дело обещали отстегнуть наособицу.
Том, владелец заведения, ждал какого-то сигнала, неизвестно от кого. Ну как неизвестно? Самые близкие (правда, близкие близких тоже) знали, что дело пойдёт об алмазах, когда-то украденных белыми у каких-то собратьев где-то в Африке.
Реакция соратников оказалась неоднозначной. Какие собратья? Где в Африке? Почти никто там и не был никогда. Собственно говоря, никто и ехать не собирался. Не! Помогать братьям надо, но алмазы… Алмазы денег стоят. Зачем они дикарям? Вслух такое не говорилось, но ропот слышался. Если бы не авторитет Тома, то кое-кто мог бы вслух спросить: «Какая наша доля?» И ещё сдерживало людей неизвестное место тайника. Конечно, долго пар под крышкой не удержишь, но критическая масса недовольства не успела скопиться, когда поступил заветный сигнал. Планирование вылазки не заняло много времени, заранее были продуманы варианты на разные случаи. Так что через пару часов четверо крепких парней в комбинезонах грузчиков запрыгнули в кузов фургончика, один сел за руль, а ещё один, квартерон, под видом заказчика подсел в кабину к водителю. Он был главным из-за того, что одевался и выглядел как белый.