Медиум

– Да? Закрытое хранилище папской библиотеки тоже?
Викторина
У ворот кладбища здоровенный мордоворот в шляпе, полосатом костюме и модных двуцветных баретках пересчитывал пухлую пачку денег.
«А вот на ловца и зверь бежит, – подумал Джуэрс. – Явно по мою душу заявилась шестёрка какого-нибудь криминального босса».
И точно! Громила, увидев частного детектива, широко улыбнулся и воскликнул:
– Здесь и живые бывают! Не хотите ли сыграть в интересную игру?
– Какую? И главное, по каким правилам?
– Викторина «Удваивай или вылетаешь». Правила просты: я задаю вопрос; если вы отвечаете правильно, то получаете пятёрку, если не отвечаете, то вылетаете из игры. В следующем раунде на кону стоит десятка, в третьем – двадцатка и так далее. Но отвечать надо честно и подробно.
– Хм… Интересно. Давайте попробуем.
– Итак, первый вопрос! Кого вы здесь навещали?
– Я иду с могилы Вилли Брасса.
– Ответ признан верным! Выигрыш!
Купюра в пять броудов перешла из рук в руки, а ведущий такой интересной игры предложил переместиться в машину. Комфортней, да и на виду передавать деньги не совсем правильно.
В машине игрока поместили на переднее сиденье рядом с водителем. За шофёра сел громила. На заднем диванчике скучала пара бесцветных личностей, правда, тоже щегольски прикинутых. Машина тронулась, и одновременно прозвучал следующий вопрос:
– А с кем вы навещали Ловчилу?
– С Джеком Нельсоном, медиумом.
– Великолепно! И второй раунд за вами! – Водила одной рукой крутил баранку а другой выхватил из кармана десятку. – Но что вы делали на могиле?
– Не поверите! Отчитывался перед покойником о проведённом расследовании.
– Подробней, пожалуйста.
– По правилам викторины, это уже следующий вопрос.
– Да! Вы совершенно правы! Вот ваши двадцать броудов. И чего такого интересного вы рассказали покойнику?
Частный детектив подробно доложил о ходе и результатах расследования. Как только прозвучало имя Лукреции Брасс, один из пассажиров грязно выругался, но деньги были переданы без разговоров. Следующий вопрос звучал так:
– Что решили слушатели после вашего отчёта?
– Велели прекратить расследование. Вилли не питает зла против того, кто приготовил яд. Ему достаточно было узнать имя убийцы. Нельсону вообще это расследование по барабану, он только посредник. Сжёг все бумаги и сказал, что уже забыл подробности.
– Какое правильное решение! И вновь верный ответ! Получите. А что, действительно ВСЕ бумаги сожжены и ничего не осталось?
– Честно говоря, кое-что записано в моей записной книжке. Вот она.
– Нужен подробный ответ. Подробный! В вашей конторе что-то осталось?
– Нет. Я же не дурак хранить такое в сейфе.
– Ответ признан условно правильным, но подлежащим проверке.
– И оплате?
– Конечно! Держите. Слышали ли вы какие-либо имена или упоминания о драгоценностях?
– Чего не было, того не было. Врать и придумывать не буду.
– Совсем ничего? Может, что-то другое интересное?
– Нет. Точно нет. Я стреляный воробей, всегда держу нос по ветру. Ничего хоть чуть интересного даже намёком не проскальзывало.
– Нет так нет. Ничего не сделаешь. Получите положенное. Вы готовы ответить на последний вопрос?
Машина остановилась на пустынной набережной.
– Готов!
– Прекрасно! Куда покойник может потратить деньги?
– Никуда, наверное.
– Ответ неверен! Он может оставить их живым! И после такого неверного ответа вы сразу вылетаете из игры!
С этими словами громила схватил обе руки Джуэрса, причём детектив всё ещё держал пачку выигранных денег. А седок с заднего сиденья стремительным, почти изящным жестом накинул на горло детектива гарроту.
Через несколько минут всё было закончено. Водитель распорядился:
– Приберитесь тут. В багажнике – мешок и кирпичи. Потом заедем в его конторку, посмотрим, может, что-то всё-таки осталось. Такой хмырь соврёт – недорого возьмёт. Вдруг ещё что-то интересное там найдём.
– А ведь как он пел! Всех за недорого сдал.
– Если бы не знал про Лукрецию, мог бы ещё пожить.
 
– На перилах этой набережной про всех, плавающих ниже, можно было бы написать: «Они слишком много знали!»
– Этот… Нельсон? Что с ним будем делать?
– Нас он каким боком касается? Бумаги сжёг, по слухам, с полицией в контрах, расследовать дальше не собирается. Он нас не знает, мы его не трогаем. Пусть так оно и остаётся. Хотя… Для надёжности можно поговорить.
– Поговорим. А вот Люци какой же гадиной оказалась! Родного мужа насмерть извела!
– Да уж! Хотя денежки она всегда любила. Но стоит отдать бабоньке должное: не слишком их мотает, она экономная женщина.
– Витторио про Лукрецию говорить стоит?
– Придётся. Ты же пока у него на испытательном сроке. Пускай он тебе побольше доверяет, а ты ушки навостро держи. Про алмазы услышал, может, ещё что интересное мимо пролетит.
– Ладно, доложусь. Намекнуть, что мы легаша к ногтю?..
– А вот этого не надо! Зачем давать против себя показания? Сейчас ты с ним, а как оно после обернётся? Опять же, слухи пойдут, полицейские услышат. Всегда говори правду, но не всю: встретили, расспросили, заплатили, расстались.
– Если спросит, почему мы вдруг стали спрашивать легаша?
– Не спросит! Он не дурак, сам понимает, что старая команда Вилли обязана была поинтересоваться, зачем посторонние люди на могилу их босса пришли.
Церковь
– Извините, патер… Бенедикт? Мой исповедник…
– Да-да! Вы Ксавье Моппетт? Я вас ждал, сын мой. Присаживайтесь. Церковь вам благодарна. Вы поделились своими сомнениями. Конечно, оборотней нет и быть не может, но лучше не смущать неокрепшие умы прихожан такими байками. Пойдут ненужные слухи. Начнётся паника. Пресса поднимет беспредметный шум. Кое-кто станет сомневаться в истинности видения окружающего мира. Словом, лучше умолчать и самим разобраться ни с чем не подтверждёнными слухами.
– Понимаю…
– Однако мистер Нельсон дал вам верный совет – прийти в храм Божий и поделиться своими сомнениями. Кто, как не Церковь, должна была бы бороться с порождениями Тьмы? Конечно, если бы те существовали.
– Но всё же, патер, могу спросить: хоть какая-то крупица истины в словах мистера Нельсона есть?
– Вот видите?! Даже лучшие из паствы впадают в смущение!
– Прошу прощения.
– Ничего страшного. Это у вас с непривычки. Вот возьмите. Этот оберег зачарован специально против в полнолуние изменяющих свой облик. Против тех, кого нет и быть не может. Не снимая, носите его на груди, рядом с крестом. Хуже не будет. А вот некоторое количество освящённых патронов. Они тоже серебряные, но сильнее подарка мистера Нельсона. Старайтесь попасть в голову или в сердце – так надёжнее будет.
– Спасибо, патер. А… Э… Ну… Те, которых нет… нападают только в полнолуние?
– В те ночи чаще всего буйствуют недавно обращенные чудовища. А старые, контролирующие себя монстры не следуют безумному зову луны. Они опасны даже днём, ибо умеют оборачиваться по своей прихоти. Точнее, умели бы, если бы существовали.
– И их убивает только серебряная пуля в сердце или в голову? Или есть другие способы?
– Есть, сын мой, как не быть. Серебряный клинок, например. Но в рукопашной схватке вы не выстоите и нескольких секунд. Держите пистолет под рукой, надейтесь на серебро в патронах и молите Господа нашего о меткости и твёрдости руки. И ещё одно. Убитый монстр после смерти принимает свой истинный облик. Если вы найдёте полностью нагое тело со следами серебра в ранах, помолитесь во здравие его убийцы.
– Но ведь…
– Это не отменяет его поиска. Просто придите ко мне, расскажите о столь необычном покойнике, и тогда я вам помогу найти виновника. Скорее всего, тот сам придёт в полицию. Про мотив, конечно, расскажет. Однако, сами понимаете, убийца должен в подробностях знать, где и как он совершил преступление.