Любовь с уведомлением (СИ)

– Даш, ты так себе что-нибудь сломаешь!
– Я… не ожидала… – вновь позорно оправдываюсь, словно стыдливых эпизодов на форуме было недостаточно, и я должна быть максимально унижена в глазах Вересова.
– Не ожидала? – Его смех разносится по квартире. – То есть тот факт, что мы здесь вдвоём, в расчёт не принимала?
– Принимала, но…
Не могу объяснить даже самой себе, по какой причине каждый раз шарахаюсь в сторону, но стоит заглянуть в глаза боссу, как передо мной проносятся откровенно-горячие картинки прошедшей ночи, и я краснею, стыдливо опустив взгляд. Делаю попытку подняться, но Илья садится, заключив в объятия, и встаёт, удерживая меня на руках. Плюхается на диван, а я, оказавшись у него на коленях, вырываюсь. Но мужчина сдаваться не собирается, поэтому прижимает так крепко, что слышу, как хрустят косточки.
– Ну, что случилось? – оглаживает скулы пальцами. – Ты долго была в ванной. Всё хорошо?
– Да. Только…
– Что? – разворачивает моё лицо к себе. – Я вчера перестарался? Возможно, оставил пару отметин на твоём теле. Не контролировал себя.
– Не в этом дело, – смущаюсь под изучающим взглядом босса. – Откуда ты узнал, что мне нравится опера? – спрашиваю и замираю, ожидая очевидного ответа – он в курсе, кто я.
– Когда-то услышал, как ты рассказываешь коллегам о своих интересах.
И вроде говорит правдиво, вот только я не помню, что делилась данного рода информацией с кем-то, кроме Дианы.
– А почему изводил меня все эти месяцы? – Его ответ важен, и, возможно, именно он определит, как будут развиваться наши отношения.
Вересов отводит взгляд, словно настраиваясь произнести что-то неприятное. Пауза затягивается, и я решаю, что ответа не последует.
– Когда Крымов объявил, что именно ты заменишь Липину, я даже обрадовался. Ответственная и спокойная Даша Ларина мне импонировала и вызывала интерес, не скрою. Но спустя несколько дней я случайно, – делает упор на последнее слово, – стал свидетелем, как женская часть коллектива делилась мнением о боссе. Девочки предостерегали тебя от необдуманных поступков, на что ты ответила: «В случае Ильи Андреевича длина моей юбки должна быть прямо пропорциональна его желанию залезть под эту самую юбку своими сальными ручонками, которые побывали между ног каждой третьей женщины Питера».
– Я такого не помню… – силюсь выудить воспоминания, когда и кому были сказаны эти слова, и ничего не выходит – пустота. – Клянусь, не помню! Нет, не утверждаю, что не говорила, но…
– Это уже не имеет значения, – дышит мне в губы. – Будем считать, что сегодня ночью мы начали наши отношения заново, словно не было босса, изводившего тебя, и помощницы, которая ненавидит кофемашину.
– Я и правда её ненавижу. А при слове «кофе» меня начинает трясти.
– Это я понял практически сразу.
– Специально требовал, да? Ещё и правило это свободное место в кружке. – Сразу всплывает момент, когда я отхлебнула напиток, чтобы проучить его.
– Забудь. Неважно это теперь. Совсем.
Вересов близко, ладони покоятся на моей талии, а нас разделяют лишь полотенце и его спортивные штаны. Мои пальцы дрожат у него на плечах, выдавая трепет, который я испытываю рядом с ним. Обхватываю его за шею, запуская пальцы в жёсткий ёжик. Сдавливает, прижимая и оглаживая мою спину.
Смотрим друг на друга. Сердцебиение ускоряется, и вот уже удары распирают грудную клетку. Машинально облизываю ставшие вмиг сухими губы, чем привлекаю внимание босса. Он тут же кладёт ладонь на мой затылок и лишает возможности сбежать.
Целую его в висок, перехожу на глаза, которые он тут же закрывает, а дальше покрываю поцелуями лицо, спускаясь на шею. Не знаю, что мною движет, но внутренняя дрожь подсказывает, что сейчас именно так правильно. Странная смесь из напряжения и сексуального желания не позволяет остановиться.
Целует в ответ, найдя мои губы и мягко касаясь, прикусывая попеременно то верхнюю, то нижнюю, запуская ток, пронизывающий и вызывающий желание внизу живота. Влечение, искрящееся между нами, заставляет почти срастись с Ильёй, прижавшись к его груди. Сейчас всё по-другому: более осознанно, трезво, эмоционально-остро. Отрываемся на несколько секунд друг от друга, позволяя получить порцию кислорода, и вновь сминаем губы, разжигая тела.
 
Уверенно орудует языком у меня во рту, захватывая мой и посасывая. Ладони Вересова повсюду. Пропустила момент, когда полотенце сползло, обнажив перед ним, и руки гуляют по моему телу, стискивая в крепкой ласке. Сжимает мои ягодицы, скользнув одной рукой между ног. Первое прикосновение – и я охаю, выгибаюсь на нём, требую продолжить без слов. Он всё понимает, поэтому пальцы кружат на клиторе, нажимая и обводя по кругу, затем вновь надавливая, отчего в районе поясницы растекаются множественные разряды, заполняющие тело.
Забываюсь, плыву навстречу движениям его пальцев, не думая, как выгляжу. В погоне за удовольствием все средства хороши, а его волшебные пальцы и вчера довели меня исступления. Как он это делает? Распаляет, запускает по венам огонь и заставляет проваливаться в забытьи.
Останавливается, и мне приходится открыть глаза, чтобы попасть в зелёное марево, затянутое поволокой. Мы в одинаковом положении: возбуждённые и не контролирующие себя, но стремящиеся почувствовать друг друга.
– Как вчера не будет. Едва сдержался.
Вересов немного меня сдвигает, приподнимается и стягивает штаны. Член подскакивает, и я мгновенно обхватываю его, ощущая мягкую, бархатную кожу. Несколько движений, чтобы дыхание босса участилось, а сам он начал хрипеть. Внутри горит потребность ощутить его, принять целиком.
Илья дёргает меня на себя и рывком насаживает на член, заполняя полностью. Невероятное чувство вспыхивает и разносится по венам, когда большой и твёрдый член во мне дёргается от нетерпения. Раскачиваюсь и двигаюсь, вцепившись в его плечи. Задаю темп, но Илья начинает управлять процессом, вдалбливаясь снизу. Ускоряется, подкидывая на себе, и замедляется, позволяя ощутить каждой клеточкой тела биение сердца, дыхание, запах.
Изнутри распирает от чего-то тяжёлого, накатывающего и раскалённого, слово вот-вот взорвусь. Чувствую его в себе, хочу, чтобы это не заканчивалось. Вересов тянется к моим губам, прикусывает шею, исследует ладонями моё тело, оставляя отметины, словно подтверждение, что это его территория и я принадлежу лишь ему.
Скачу быстрее, задаю какой-то запредельный темп, который мужчина сразу же подхватывает, насаживая меня на себя и контролируя движениями. Я подобна марионетке, а босс дёргает за верёвочки, управляя моим телом. Низ живота охватывает огнём, и я чувствую приближающийся оргазм, подступающий тяжёлыми волнами.
– Ты первая, – хрипит босс и опускает пальцы на клитор, двигая ими в такт с членом и ускоряя мой финал.
Прикосновение – и между нами искрит, пылает, и я кончаю, сжимая член и продолжая двигаться, чтобы пульсация не останавливалась. Продолжающиеся фрикции размазывают меня, делая невесомой и невероятно лёгкой, плохо соображающей. Пара жёстких выпадов – и босс выходит, кончая на живот и уткнувшись в мою грудь, чтобы заглушить стон удовольствия. Обнимаю его и бьюсь в лихорадке, чувствуя, как тёплая влага стекает по коже, задерживаясь между ног.
Сидим обнявшись, восстанавливая дыхание. Трусь о его щёку, собирая уколы щетины. Так хорошо, что хочется мурчать и улыбаться, оставшись в его объятиях. Не знаю, что будет завтра и потом, но в данный момент внутри разливается щемящее тепло.
Недомолвки, придирки и поведение Вересова растворяются, заменяясь чем-то бо́льшим, новым и имеющим право на будущее. Ещё пару недель назад не могла предположить, что буду вжиматься в его тело, целовать и вздрагивать от касаний влажных ладоней.
– Мне очень, очень, очень нравится Даша, которую я видел десять минут назад. – В зелёных глазах вспыхивают шальные искорки.
– А мне Илья Андреевич, который не требует кофе и не ставит меня в неловкое положение каждый раз, когда появляется в приёмной.