Измену не прощают (СИ)

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю с претензией.
— Очевидно, работаю, — парирует, делая глоток кофе. — Твоим начальником, — добавляет, вернув кружку на блюдце.
Его ответ вызывает у меня смех.
— Это я уже поняла. Какими судьбами?
— Я окончил институт нефти и газа, если помнишь. 
— Помню. А еще помню, как ты говорил, что не променяешь свою спортивную «Феррари» на душный костюм и галстук. Что изменилось?
— Я изменился.
Осекаюсь. В этих двух словах чувствуется какой-то особенный смысл. «Я изменился».
Да, изменился… Вон как холодно и безразлично смотрит, что по телу озноб пробегает. Пять лет назад Стас ни на кого так не смотрел. Его взгляд всегда был тёплым, добрым, веселым.
— Ты знал, что я приду сюда работать?
— Конечно. Ты же пришла в один из моих отделов.
Фыркаю и качаю головой.
— Что-то не так? — спрашивает.
— Да, не так. Какого черта, Стас?
— Что именно? — снова отпивает из кружки.
Вообще, это странно выглядит. Он сидит за столом и пьет кофе, а я стою перед ним, словно школьница, которую вызвали на ковёр.
— И как, по-твоему, мы будем вместе работать?
Пожимает плечами.
— Я не вижу никакой проблемы.
Еще раз фыркаю. Какой-то сюр.
— Послушай, Полина, — его голос неожиданно приобретает нотки стали. — Если у тебя есть какие-то обиды на меня, ты должна оставить их за дверями компании. Иначе…
— Какие-то обиды? — резко перебиваю. — Ты серьезно?
— Я не договорил, — строго одёргивает. Да так, что я моментально захлопываю рот. Раньше он никогда не разговаривал со мной в таком тоне. — Иначе пиши заявление об уходе и до свидания. На твоё место найдётся много желающих. Не менее умных и талантливых, чем ты.
Его слова меня парализуют. От возмущения быстро-быстро дышу.
— Знаешь, что? — шиплю. — Не ты меня нанимал, а Архипов! Так что не тебе меня увольнять.
— А я тебя не увольняю. Я смогу работать с тобой в одном коллективе. Я знал, что Архипов тебя переманивает, и у меня не было возражений на этот счет. Мне все равно, кто будет возглавлять отдел стратегического планирования: ты или кто-то другой. Мне главное, чтобы человек был компетентен. Если этот компетентный человек — ты, то я без проблем буду с тобой работать. А вот у тебя, кажется, есть какие-то проблемы с тем, чтобы работать со мной. Так вот если это действительно так, если у тебя все еще какие-то обиды на меня, и они мешают рабочему процессу, то или оставляй их на входе в компанию, или до свидания.
Стас произносит свой монолог тихо, но настолько твердо и строго, что лучше бы он орал. Я стою, будто ведром ледяной воды облитая.
Перевожу дыхание, чтобы успокоиться.
— А знаешь, — произношу через несколько секунд. — Ты прав. Не нужно тянуть на работу личное. Я жду, что с твоей стороны тоже будет сугубо профессиональный подход. Надеюсь, ты больше не будешь донимать меня попытками объяснить, что тогда в отеле было не то, что я подумала.
— Я уже давно не хочу ничего тебе объяснять, Полина.
Вот как. Ну что ж, тем лучше.
— Замечательно.
— Можешь идти работать.
— Слушаюсь, Станислав Сергеевич, — делаю акцент на имени-отчестве.
— Можно просто Стас. У нас дружный коллектив и неформальная обстановка.
Неформальную обстановку я уже заметила по внешнему виду секретутки. Но вслух это не говорю.
Одариваю Стаса приторно-сладкой улыбкой и с гордой осанкой покидаю его кабинет. Как только закрываю за собой дверь, пулей устремляюсь на выход из приемной под недоуменный взгляд секретутки. В коридоре буквально лечу до своего кабинета. Там закрываюсь на замок, падаю в кресло, скачиваю с корпоративного сайта бланк заявления на увольнение и заполняю его. Закончив, распечатываю и ставлю ручкой подпись.
Смотрю на него. Читаю. Затем делаю глубокий вдох и шумный выдох.
Спокойно, Полина. Ты сильная. Ты сможешь.
Рву заявление и выбрасываю в мусорное ведро.
  
Глава 10. Как глыба льда
 
Только вечером дома мне удаётся прийти в себя от потрясения. Это оказалась лютая подстава, но что теперь сокрушаться? Если бы я знала, что Стас будет моим начальником, то морально подготовилась бы к встрече с ним, а так я оказалась застигнута врасплох.
 
Хотя кого я обманываю? Если бы я знала, что Стас будет моим начальником, то не согласилась бы на эту должность и осталась в Париже.
Но время не повернуть вспять: я здесь, в Москве, работаю под руководством бывшего жениха, измену которого не могу стереть из памяти уже пять лет. Может, мне было бы легче, если бы я забыла предательство и перешагнула через него. Вот только я не забыла и не перешагнула. В отличие от Стаса. Он, наверное, и не вспоминает, что когда-то признавался мне в любви, звал замуж, а потом изменил.
«Я уже давно ничего не хочу тебе объяснять, Полина».
Ну что же, мне не помешало бы поучиться у него безразличию.
Увольняться я точно не буду. У меня есть обязательства перед Архиповым: когда мы договаривались, я обещала, что подготовлю стратегию. Уволиться сейчас — это нарушить свое слово и испортить отношения с вице-президентом. Я не хочу. Так что придется существовать со Стасом.
Да и, может, не так уж и страшно работать с бывшим женихом? Мы не сидим в одном кабинете и вряд ли будем видеться каждый день, даже несмотря на то, что он мой непосредственный начальник. У меня есть план задач, который я обговорила с Архиповым. Наработки по стратегии буду передавать Стасу через его секретутку или отправлять на почту, а ходить в его кабинет, только если сам позовёт. Пару раз в неделю мне придется встречаться со Стасом на общих совещаниях, но это будет в присутствии десятков других людей, так что переживу.
Говорить Стасу о дочери я по-прежнему не планирую. Не желаю лишний раз с ним контактировать и выяснять отношения. Он ведь однозначно предъявит претензии, почему не сказала о беременности. Не хочу его в нашей с Вероникой жизни.
К счастью, в резюме у меня стояло просто «не замужем», а в мой российский паспорт дочка не вписана, так как рожала я ее во Франции. Поэтому Стас не может о ней узнать.
С такими мыслями я иду на работу в свой второй рабочий день. Сегодня нужно получше познакомиться с сотрудниками моего отдела. Побеседовав с каждым из них, выясняю, что половину привёл с собой с предыдущей работы Стас. Это нельзя сбрасывать со счетов. Значит, прямо у меня под носом сидят его доверенные лица и вполне возможно, докладывают ему каждый мой шаг.
На обед я договорилась пойти с начальниками двух других отделов нашего департамента — отдела прогнозирования и отдела инновационного развития. Нам придется работать в тесной связке. Ну и еще я хочу аккуратно расспросить их про Стаса, они ведь работают здесь дольше меня и уже наверняка имеют какие-то выводы о Войцеховском.
Отдел прогнозирования возглавляет девушка. Думаю, ей в районе тридцати пяти лет. У нее стильное платиновое каре до плеч и модные очки. Начальник отдела инновационного развития — молодой парень примерно моего возраста. Смахивает на ботаника. Худощав и тоже в очках, только старомодных.
— Лиза Еремеева, — представляется начальница отдела прогнозирования, когда я сажусь к ним за стол в столовой.
— Николай Светлов, — называет свое имя руководитель отдела инновационного развития.
— Полина Красникова, — говорю я.
— Как тебе у нас? — сходу спрашивает Лиза.
— Пока непонятно. Осваиваюсь.
— Не скучаешь по Франции?
— Скучаю, конечно. А вы давно здесь работаете? — решаю сразу перейти к интересующим меня вопросам.
— Я семь лет, — отвечает Лиза.
Понятно, значит, она была назначена изнутри, а не взята со стороны.
— Я пришел вместе со Стасом два месяца назад, — говорит Коля.
А вот это уже интересно.
— Ты работал с ним раньше? — спрашиваю, как будто между прочим. Отправляю в рот кусочек жареного мяса.
— Да, мы уже три года вместе работаем. Когда Стаса позвали сюда, он предложил мне перейти с ним. Должность выше, условия лучше. Я согласился.