Измену не прощают (СИ)

— У тебя что-то срочное? — спрашивает. — По части Коли есть небольшие проблемы, они не требовали отлагательств.
Последним предложением Стас, видимо, объясняет, почему выпроводил меня.
— Не следовало тебе просить Дашу приглашать меня на ее день рождения. Зачем ты это сделал?
— Что?
— Я же сказала тебе, не надо просить Дашу приглашать меня на ее день рождения.
— Я не просил.
Фыркаю.
— Слушай, я отпускаю с тобой Веронику, что еще надо? Более того — я хотела тебя попросить оставить Веронику на ночь у себя и привезти мне ее утром в воскресенье. У меня есть планы на субботу.
Я еще не говорила со Стасом о том, чтобы в субботу забрал Веронику к себе с ночевкой. Хотя надо было это раньше обсудить. Впрочем, не думаю, что он будет против.
— Полин, я не очень понимаю, о чем ты.
Нетерпеливо вздыхаю.
— Мне написала Даша, пригласила на свой день рождения. И не надо говорить мне, что она сделала это не с твоей подачи.
— Я не просил Дашу приглашать тебя.
Внимательно вглядываюсь в лицо Стаса и с ужасом понимаю, что он, кажется, не врет.
— Да брось, хочешь сказать, она пригласила меня по собственному желанию?
Я хоть и скептически отношусь к этой мысли, а от волнения сердцебиение немного учащается.
— Ну, очевидно, да. По крайней мере, я точно не просил ее приглашать тебя.
Делаю жадный глоток кислорода.
— Зачем ей меня приглашать? — задаю вслух риторический вопрос. — Я же предала нашу дружбу, ну и вообще… — замолкаю.
Стас пожимает плечами.
— Может, она хочет помириться?
— Так не она же меня первая обидела! И на гонке она ясно дала понять, что не хочет общения.
— Может, передумала? Полин, тебе следует задать эти вопросы Даше, а не мне.
— Я все равно не смогу поехать, — упираюсь. — У меня уже есть планы на субботу. И на ночь с субботы на воскресенье тоже. Оставишь Веронику на ночь у себя?
Стас медлит с ответом. Внимательно на меня глядит, слегка сощурившись.
— Хорошо, — соглашается после долгой паузы.
Вот так просто? Даже не съязвит?
Неожиданно распахивается дверь кабинета.
— Станислав Сергеевич, ваш кофе, — пищит секретутка и на огромных шпильках шагает к его столу, держа в руках белое блюдце с кружкой. Ставит перед Войцеховским горячий напиток, как по мне, уж слишком сильно наклонившись.
— Спасибо, Юля, — отвечает, не глядя на нее.
Во мне снова просыпается раздражение к этой девушке. Оно нарастает в геометрической прогрессии, пока секретутка цокает на шпильках назад.
— Почему она не соблюдает дресс-код? — как только за Юлей закрывается дверь, с губ срывается давно наболевший вопрос.
Стас замирает с поднесённой ко рту кружкой.
— Разве она не соблюдает?
— А ты сам не видишь? У нее то задница обтянута юбкой, то сиськи. А сейчас в этом платье и то, и другое. Ты считаешь это нормальным? Это нарушение дресс-кода.
— Я как-то не обращал внимания, если честно… — делает глоток кофе. — Думаю, если бы Юля что-то нарушала, hr-департамент уже сделал бы ей замечание.
— Ты ее защищаешь? — завожусь еще больше. — То есть, тебе нравится, что она крутит перед тобой своими прелестями, да?
Сначала Стас ошарашенно хлопает глазами, затем отодвигает от себя кружку кофе и встает с места. Медленно подходит ко мне. Пока приближается, у меня начинают трястись поджилки. Останавливается вплотную и опускает ладони мне на талию. Его прикосновения обжигают, как раскаленное железо. Я дергаюсь, хочу сделать шаг назад, но Стас не даёт.
— Убери от меня руки, — взволнованно произношу.
— Не уберу.
Я не люблю, когда Стас ко мне близко. Я тогда слишком нервничаю, вплоть до того, что ослабевают колени. Вот и сейчас так.
— Знаешь, если бы ты меня не ненавидела, я бы подумал, что ревнуешь к Юле.
— Что!? — восклицаю. — Как тебе вообще могло прийти такое в голову?
— Иначе не могу объяснить, почему ты так придираешься к внешнему виду Юли.
— Потому что она позорит компанию! У нас серьезная организация, а не стриптиз-клуб.
— Никто до тебя не высказывал недовольства ее внешним видом.
— Потому что, видимо, всем нравится, — огрызаюсь. — Особенно тебе.
 
— Как я уже сказал, я не обращал внимания.
— Да неужели?
Не верю. Она светит перед ним своими буферами, а он не обращает внимания? Быть такого не может. Даже я обратила внимание, а я женщина.
Стас продолжает крепко держать меня за талию. У меня уже голова кругом от его близости. В нос проник его запах, заполнил легкие, окутал меня.
— Я пойду, — произношу, но остаюсь стоять на месте.
— Что у тебя в субботу? — спрашивает, не отпуская.
— Личные дела.
— Какие?
— Не твоё дело.
Испытывающе смотрит мне в лицо.
— Знаешь, пожалуй, я не смогу оставить у себя Веронику в ночь с субботы на воскресенье. Привезу ее тебе вечером после дня рождения.
Вот же козел! Специально это делает.
— Какая досада, — наигранно вздыхаю. — Ну что ж, попрошу маму с ней посидеть.
— И совесть позволяет тебе бросать дочь на всю ночь ради него? Как там его звали…?
— Алексей.
Стас определенно знает, куда надавить, чтобы мне стало больно. Безусловно, я не хочу оставлять Веронику, но я же должна наладить свою личную жизнь. Алексей ясно дал понять, что если я и в субботу сольюсь, это будет означать конец наших едва успевших начаться отношений.
— Поехали вместе на день рождения Даши, — продолжает. — Тем более она сама тебя пригласила. Я, честно, не просил ее об этом. Значит, Даша хочет с тобой помириться. Неужели ты сама этого не хочешь? Вы же так крепко дружили. Ты совсем не скучала по ней в Париже? Она очень по тебе скучала и очень в тебе нуждалась.
На глаза выступают слезы. Я тоже очень скучала по Даше и очень в ней нуждалась. Иногда разговаривала с ней мысленно. Представляла, что Даша рядом, мы гуляем и болтаем, ходим по магазинам, делимся друг с другом личным. Разорвав нашу дружбу, я поступила жестоко не только по отношению к Даше, но и к себе. Спустя пять лет боль притупилась, но от одной мысли о том, что Даша искренне пригласила меня на свой день рождения и хочет возобновить общение, сердце трепещет.
— У меня уже есть планы на субботу, — сухо отвечаю и снимаю со своей талии руки Стаса. — Мне пора идти работать.
Вот только работать не получается до самого конца дня. Я то и дело открываю переписку с Дашей и перечитываю ее приглашение.
  
Глава 29. Самый правильный поступок
 
В субботу Стас приезжает за Вероникой совсем рано. Я не ждала его в десять утра. Даша празднует день рождения в 17:00, мог бы заехать за дочкой в четыре. Как раз в это же время ко мне приедет Леша. Так я бы смогла побыть с Вероникой еще полдня.
— Зачем так рано? — спрашиваю, открывая Стасу дверь. — Вероника еще в кровати.
— Ты говорила, что я могу провести с ребенком всю субботу. Вот я приехал.
— Но не в десять утра же.
— Не хочу зря терять время.
— Папа! — из детской выбегает Вероника в пижаме.
Стас подхватывает ее на руки и целует.
— У нас с тобой сегодня обширная программа.
— Какая? — любопытничает.
— Сейчас поедем в кино, потом в музей автомобилей, а потом на день рождения тети Даши. Это мама Алиски.
— Ого, так много всего, — восхищенно выдыхает.
Я чувствую укол не то зависти, не то ревности. Стас целый день будет с дочкой, а я полдня просижу дома и только потом отправлюсь на свидание. Завтра и мне надо будет выбраться куда-нибудь с Вероникой, а не сидеть перед телевизором с мультиками. Может, сводить ее в детский театр? Точно. Прямо сейчас посмотрю билеты.
Пока я собираю Веронику, чувствую на душе горечь. А еще где-то глубоко-глубоко внутри прорастает маленькое желание провести весь день со Стасом и Вероникой. Ну, то есть, только с Вероникой, но Стас идет в качестве приложения к этому дню, раз он выступает продюсером кино, музея и поездки на день рождения. А когда я смотрю из окна, как Стас с дочкой выходят на улицу и садятся в машину, вовсе погружаюсь в уныние.