Непристойно богатый вампир (ЛП)

― Она будет злиться на тебя. ― Себастьян говорил за миллион миль от меня.
― Мне все равно, лишь бы она была жива, ― рявкнул Джулиан. Я попыталась двинуться на звук его голоса, но Себастьян удержал меня.
― Не делай глупостей, ― сказал ему Себастьян, ― вроде того, чтобы тебя убили.
Убили.
В своем затуманенном мозгу я вспомнила то, что видела раньше. Вампиры могут умереть. Я только что наблюдала, как один из них умирает у меня на глазах. Джулиан повернулся, чтобы снова броситься в бой.
― Нет! ― крикнула я. ― Пожалуйста! Я люблю тебя.
Этого было достаточно, чтобы заставить его остановиться. Он повернул голову настолько, что я увидела, что его глаза полностью черные. Он улыбнулся и растворился в хаосе.
ГЛАВА СОРОК СЕДЬМАЯ
Джулиан
Повсюду была смерть, а Тея любила меня. Вкус ее крови сохранялся у меня на языке, когда я бросился в бой. Я спрятал мысль о ней глубоко внутри. Я не мог отвлекаться, но знание того, что где-то там она ждет меня, придавало сил. Вампир в черном направился ко мне, подняв кол. Я подождал, пока он подойдет достаточно близко, чтобы поднять руку для удара. Низко пригнувшись, я крутанулся и ударил его сзади по ногам. Его тело полетело назад, но я уже был на ногах. Я обхватил его за шею и оторвал голову. В нескольких шагах от меня другой вампир бросился к группе гостей, сгрудившихся вместе. Я поднял голову в руках и с силой запустил в него. Она попала вампиру прямо между лопаток. Удар застал его врасплох и дал время группе гостей забежать в театр.
Я выхватил кол из рук нападавшего.
― Спасибо.
Теперь у меня, по крайней мере, было оружие. У нас было на много веков больше опыта в сражениях, чем у нападавших, но их было больше. Я увидел, как мои мать и отец сражаются вместе, чтобы уничтожить небольшую, скоординированную группу террористов. По крайней мере, мои собственные родители умели драться. Здесь было много неподготовленных вампиров. Повсюду валялись тела, не все из которых были вампирами.
Мой взгляд упал на фамильяра, корчившуюся на земле с колом в груди.
― П-п-п…―, ― произнесла она. Ее рука безвольно вытянулась, из губ хлынула кровь. Я опустился на колени и осмотрел ее рану. Кол вошел ей в грудную клетку, раздробив кости. Несколько осколков торчали из тех мест, где плоть была разорвана, обнажая органы. Раны были смертельными. Даже магия не могла ее спасти.
Притянув ее изуродованное тело к себе, я взял ее руку и сжал. Ее магия пульсировала на моей, становясь все слабее с каждым замедляющимся ударом ее сердца. Ее голова откинулась назад, и она выдавила из себя несколько последних слов.
― Возьми. Ее.
Электричество сверкнуло как молния на моей ладони, когда она передала мне свою магию. С последней вспышкой энергии ее тело обмякло.
Ее магия зазвучала во мне, и я осторожно положил ее на залитую кровью плитку. Я уже собирался встать, когда вампир пролетел над моей головой и врезался в стену. Он обмяк, превратившись в груду черной одежды и окровавленных рук. Я обернулся, чтобы поблагодарить неожиданную союзницу, но она уже мчалась к лестнице. Она была одета в черное. Это не кто-то из наших спас меня. Это был один из них.
Какого черта? Я перепрыгнул через тело и стал искать глазами свою спасительницу.
Ее темные волосы разметались по лицу, скрывая его от глаз, когда она убегала. Не задумываясь, я последовал за ней, перепрыгнув через перила и едва не приземлившись на нижнюю ступеньку лестницы. Ее голова слегка повернулась в сторону звука моего приземления. Это был всего лишь взгляд, но его хватило, чтобы остановить меня на месте.
Этого не могло быть.
Вынырнув из оцепенения, я бросился за ней. Я успел сделать шаг, как со второго этажа упало тело, едва не свалив меня с ног. Оно ударилось о ступеньки передо мной с жутким грохотом. Подняв глаза, я увидела Беллами, стоящего у перил.
― Прости, Джулс!
Я кивнул и снова бросился за террористкой, которая спасла мне жизнь. Но ее уже не было. На полу вестибюля лежали тела. Я гадал, сколько погибло, а сколько спаслось. Проходя среди павших, я замечал среди них как знакомые, так и незнакомые лица. За спиной раздались шаги, и я обернулся, чтобы встретить новое нападение.
 
Но это были мой отец и Бенедикт. Они преодолели расстояние между нами в два длинных шага. Отец обнял меня.
― Слава богам! ― Он отстранился, его лицо было мрачным и изрезанным горем. ― Мы не можем найти Себастьяна.
― Он увез Тею отсюда, ― сказал я им.
― Он ушел? ― прорычал Доминик.
― Я лучший боец, поэтому я остался. Он позаботился о семье.
― Эта твоя смертная…
― Моя пара, ― с рычанием оборвал я его.
Бенедикт встал между нами.
― Мы знаем, где он сейчас, ― сказал он нашему отцу. Он бросил на меня предостерегающий взгляд. ― Давайте убедимся, что они все ушли.
― Отлично, ― пробормотал я.
― Как скажешь.
― Мама? ― спросил я Бенедикта, когда мы зашагали плечом к плечу.
― Она дарит милосердие тем, кто в нем нуждается.
Я сглотнул, вспомнив, как впервые увидел свою мать после битвы. В отличие от мужчин, которые шутили и хвастались после боя, она возвращалась на поле и предлагала смерть всем, кто ее искал. Так я узнал, что ее называли angelus mortis.
Ангел смерти.
Мы держались рядом, осматривая здание в поисках выживших, но их не было. Пару десятков вампиров погибли. Учитывая жестокость нападения, я был удивлен, что их не было больше. Быстрое исполнение и столь же быстрое отступление говорили о том, что это была демонстрация силы, а не полномасштабная атака. Дальше будет хуже.
― Зачем это делать? ― Спросил Бенедикт, изучая тело одного из нападавших. ― Они могли бы напасть, пока мы смотрели оперу, ― запереть нас внутри и сжечь заживо.
Бенедикт, который всегда был политиком, не мог мыслить как воин. Он видел много полей сражений, но военное искусство ускользало от него.
― Они не хотели нас убивать, ― тихо сказал Доминик.
― А это что? ― Мой брат указал на смерть вокруг нас.
― Послание, ― ответил я.
― От кого?
― Я не знаю. ― Я подумал о женщине, которая спасла меня и убежала. Она была одета так же, как и остальные.
Она была одной из них, кем бы они ни были. Я вспомнил их одежду: черная, с одной красной полосой на груди.
― Кажется, на маминой оргии был мужчина в маске, почти точно такой же, как у нападавших. Мать попросила охрану выпроводить его. Кто это был?
― Сейчас не время и не место, ― мрачно сказал отец и тихо добавил: ― Только своим можно доверять.
Бенедикт кивнул, соглашаясь с его словами: только нашей семье можно доверять. После того, что пережил сегодня, я уже не был в этом уверен. Но как и он, я понимал, что с этим нужно подождать.
Доминик молчал, пока мы заканчивали осматривать убитых. На третьем этаже мы обнаружили нашу мать, которая быстро умертвила одного из фамильяров. Рядом лежали несколько вампиров в черном одеянии со смертельными ранами.
― Полагаю, пощады им не будет? ― Спросил Бенедикт, направляясь к ним.
― Нет! ― приказала она, поднимаясь на ноги. Ее черное платье блеснуло в свете, показав на ткани липкие влажные пятна, которые, как я понял, были кровью.
― Раньше ты не делала различий, ― заметил он.
― Чести достойны только воины, ― холодно ответила она. Она подошла к одному из умирающих мужчин и плюнула на него. ― Это трусы.
Никто из нас не стал с ней спорить.
― Кого-нибудь позвали? ― Доминик обхватил ее рукой, притягивая к себе. Смерть всегда обнажала заботливые стороны каждого.
― В этом не было необходимости. Все были здесь, ― сказала она категорично. ― Буше занимается людьми, которые присутствовали в театре. А Совет собирается для обсуждения дальнейших действий.
Доминик огляделся и вздохнул.
― Вот это бардак.
Она устало улыбнулась ему и отстранилась. Подойдя к Бенедикту, она некоторое время рассматривала его, прежде чем крепко обнять. Она замешкалась, когда подошла ко мне, но злость, которую я чувствовал раньше, исчезла. Ее стерло произошедшее.