Страдания и Звёздный свет (ЛП)

Кровь хлынула изо рта Ориона, его колени ударились о песок, и его вес повалил меня вместе с ним. Он упал на спину поперек моих коленей, и я зажал рану на его груди, в отчаянии обращаясь к магии в моих венах, которую я не мог использовать.
— Держись, — отчаянно выдавил я из себя, страх и боль пронеслись сквозь меня невыносимо быстро.
— Освободи. Ее. — только и сумел сказать он, его глаза буравили меня, яростно требуя, чтобы я согласился. Я уже кивнул, чувствуя, что это прощание пришло ко мне слишком быстро, и шок от него не оставлял меня равнодушным. Его глаза обратились к небу, и в них сверкнули звезды, которые завладели его душой, забрав его у меня, прежде чем я успел попрощаться…
Я моргнул, и видение исчезло, а Орион снова оказался передо мной, совершенно неподвижный, все еще живой.
— Черт, — вздохнул я, испугавшись видения, свидетелем которого только что стал.
— Что? — спросил он, как раз когда в конце амфитеатра открылась дверь и появился Лайонел в нефритово-зеленой мантии, развевающейся вокруг его тела, когда он шел к нам, сверкающий золотой меч у его бедра был обещанием того, что должно произойти, если я не смогу изменить судьбу.
— Делай, как я говорю, если не хочешь умереть здесь и сейчас, — шипел я на своего друга, и он быстро кивнул, доверяя моим видениям и моей способности изменить то, что я видел.
Вард поспешил следом за Лайонелом, а три Дракона-перевертыша шли у него за спиной.
Мой позвоночник выпрямился, и Орион встал рядом со мной, оборонительно держась, как я уже видел раньше.
— Вам понравилось представление? — самодовольно спросил Лайонел, встав перед нами.
Никто из нас не ответил, и он холодно посмотрел на нас.
— Что ж, тогда я перейду прямо к делу. Лэнс, я держу твою пару прямо за этими дверями, прикованную и в моей власти. — Лайонел указал на высокие деревянные двери в дальнем конце песчаной ямы, и я приготовился к тому, что должно произойти.
Орион угрожающе шагнул вперед, и рука Лайонела взметнулась, врезавшись в центр его груди, чтобы остановить его на пути.
— Отпусти ее, — прорычал он, оскалив клыки.
— Еще одно движение, и я отдам приказ убить ее. — Лайонел усмехнулся. — И я позабочусь о том, чтобы она вернулась в форму фейри, обнаженная и умоляющая на коленях, прежде чем умрет от моей руки. Лавинии здесь нет, чтобы остановить меня на этот раз.
— Орио, остановись, — рявкнул я, схватив его за руку, чтобы оттащить, и его мышцы напряглись, когда он сдержал порыв атаковать. Он оглянулся на меня, и я бросил на него твердый взгляд, говорящий об ужасной участи, которая ожидает его, если он не послушается.
Он отступил и вернулся на мою сторону, его пальцы сгибались, так как он жаждал магии и убийства, которое никто из нас не собирался получить сегодня.
— Хороший мальчик, — насмешливо сказал Лайонел, судьба изменилась, и я с облегчением вздохнул, когда будущее Ориона снова забрезжило перед ним, больше не обрываясь здесь и сейчас.
Лайонел щелкнул пальцами, и пара высоких деревянных дверей со стоном распахнулась на дальнем конце арены. Из них выскочил Теневой Зверь с цепями на горле; четыре нимфы тащили его на песок, пока он боролся, пытаясь освободиться от них.
Орион рванулся вперед, выкрикивая имя моей сестры, и мое сердце заколотилось, когда я осознал, что это и есть то чудовищное существо, с которым она была связана, что это чудовище — она. Это было ее проклятие, и это было ужасающее зрелище.
— Я сделаю все, что ты пожелаешь, только отпусти ее, — серьезно взмолился Орион, уловив угрозу в воздухе.
— Прежде всего, я хочу, чтобы ты встал передо мной на колени, — медленно сказал Лайонел, наслаждаясь властью, которую он имел над всеми нами, и жестом указал на землю у своих ног.
Мышцы Ориона напряглись, но я взглядом приказал ему двигаться, и он, не колеблясь, опустился на колени перед Лайонелом.
Дарси зарычала, борясь со своими путами, и я встретил ее взгляд, обнаружив ее душу прямо в глазах зверя. Она присутствовала, а не была потеряна Теневым Зверем, как описывал Орион во время битвы. Возможно, она еще может сражаться с этим.
 
Я бросил на нее взгляд, пытаясь сказать, что сделаю все возможное, чтобы защитить ее и ее пару, и шагнул ближе к Ориону.
— Ты просеешь его судьбы, Габриэль, — проинструктировал Лайонел. — А Вард будет вытягивать из тебя твои видения, пока ты будешь это делать. Ты не оставишь камня на камне; я хочу видеть каждую судьбу в его будущем.
Орион вздрогнул, и я на мгновение задумался о том, что может случиться, если я откажусь, но потом обнаружил, что снова держу на руках истекающего кровью, умирающего Ориона, и решил, что у меня нет другого выхода, кроме как сделать это.
— Мне жаль, Орио, — пробормотал я, и он опустил голову вперед, готовый к тому, что я сделаю то, что должен. Вард поспешил вперед, проводя языком по губам, словно это разжигало его аппетит.
Циклоп коснулся моего затылка, и я закрыл глаза, молясь о том, чтобы не найти в мыслях Ориона ничего такого, что могло бы дать Лайонелу больше снарядов для его войны.
Первое, что я почувствовал, были ментальные щиты моего друга, но они начали прогибаться, пропуская меня внутрь. Но прежде чем я смог заглянуть в его будущее, в мое зрение проскользнул мысленный пузырь. Его края были почти неразличимы, и я быстро создал путь через свой собственный разум, которого не могло коснуться вторжение Циклопа Варда. Это был тонкий, сложный щит, и мне пришлось сильно сосредоточиться, чтобы держать его отдельно от него. С осторожностью я позволил части своего разума проскользнуть в эту мысль, удерживая остальную его часть от лап Варда.
— Если я увижу что-нибудь, что может нам пригодиться, я помещу это сюда и спрячу от Варда, — обратился я к Ориону через связь наших разумов.
Давление от применения такой сложной магии было велико, и я не был уверен, что справлюсь с ним, но у нас с Орионом уже была тесная связь, которая поможет нам работать вместе в этом деле.
— Приступай, — нетерпеливо прорычал Вард.
Я позволил первому видению нахлынуть на меня: я увидел Ориона в агонии после ужасных пыток, как было бесчисленное количество раз с тех пор, как я прибыл во дворец. Я позволил Варду увидеть это, скривившись от ужасного осознания того, через что прошел Орион и через что ему еще предстоит пройти. Следующие видения были примерно такими же, но многие грядущие события были окутаны тьмой, и я не мог ничего разглядеть. Затем, среди боли, холодного, жесткого пола тронного зала и мучений, которые приходилось терпеть моему Союзнику Туманности, мой разум уловил отблеск чего-то иного, и, как кошка перед лучом света, я прыгнул к нему.
Я продолжал кормить Варда образами крови и ужаса, одновременно вырезая это другое видение и чувствуя, как разум Ориона ограждает его, обеспечивая ему дополнительную защиту от голодного Циклопа у меня за спиной.
Когда видение оказалось в безопасном месте в моей голове, я позволил ему разыграться, наблюдая, как Орион проникает в стены дворца и углубляется глубоко, глубоко под него через потайной ход. В конце прохода находилась яркая серебряная дверь с огромным гербом в центре, герб Вега мерцал от древней магии.
За этой дверью я увидел Ориона, а внутри — несметные сокровища, давно забытый трон и ответы на вопросы, которые я не мог постичь, но которые были бесконечно важны. Последние моменты видений показывали Ориона с книгой в руках, обложка которой была сплетена из бронзовых перьев, и выражение надежды в его глазах вселяло в меня больше надежды, чем я испытывал за последние недели. Когда возник этот момент, я почувствовал, сколько времени у него будет, чтобы найти дорогу в это таинственное место и выйти из него, прежде чем кто-нибудь придет его искать. Несколько часов. По крайней мере, три.
Я сильно сконцентрировался и передал видение Ориону, хватка его разума забрала его у меня, пока я работал, чтобы передать Варду больше видений моего Туманного Союзника, избитого и окровавленного. Я видел, как он предвкушал, как будет пробираться в эти туннели, как он хотел найти меня и освободить.