Страдания и Звёздный свет (ЛП)

Мне не удавалось взломать разум Габриэля Нокса, и он был невосприимчив к Темному Принуждению по причинам, которые, я был уверен, были связаны с этими чертовыми Вегами. Поэтому мне нужен был Циклоп, достаточно сильный, чтобы проникнуть в его голову и вытащить видения, которые он там хранил. Вард был способен на это, но я заставил бы его страдать, прежде чем исцелил бы его плачевную форму и притащил обратно во дворец.
— Ты очень сильно огорчил своего короля. — Я схватил его рубашку в кулак, подтащил к себе, а затем ударил покрытым огнем кулаком по его челюсти, кости затрещали, а в воздухе запела боль. Меня подстегивал жар пламени Феникса у меня за спиной, я представлял себе Вега на месте Варда и не проявлял к нему никакой пощады.
Лавиния подбадривала меня, ее собственный гнев стал острее, когда разлом был закрыт, и я позволил ей поиграть с ним, когда закончил, стоя в стороне и наблюдая, как она мучает его с помощью теней. Темный голод навалился на меня, и мой разум переключился на Гвендалину Вега.
— Лавиния, — сказал я, пробираясь к ней, и она улыбнулась мне в своей дикой манере.
— Да, мой король?
— Я обязан добраться до этих Вега. Мы должны послать всех членов нашей армии сегодня и выследить их, — приказал я, в моей крови бурлил адреналин при мысли об их поимке.
— Конечно. Но… ох! Я могу сделать что-то получше. Я думаю, что смогу вызвать Вегу, которую я прокляла. Теперь, когда она попала в ловушку зверя, я смогу почти полностью контролировать ее. Тебе это понравится, папочка?
— Ты можешь вызвать ее? — я задыхался от нетерпения.
— Да, я так думаю, — взволнованно сказала она.
— Тогда возвращайся во дворец и сделай это. — Я окинул взглядом разрушения, которые когда-то были моим поместьем, и заставил себя не чувствовать ничего, кроме чистой ярости от того, что с ним сделали. — Для нас здесь больше ничего нет, — по моим венам пробежала дрожь от мысли о мести, которую я собирался осуществить так скоро, от мысли о том, что Вега наконец-то окажется в моей власти.
— Сначала я поговорю со своими нимфами и поищу в тенях любые шепотки, которые могут указать нам на повстанцев.
Я чуть было не укусил ее, желая, чтобы девушку Вега доставили во дворец в первую очередь, но я должен был думать о войне. Если есть зацепки к мятежникам, то они нужны мне как можно скорее, пока следы не затерялись. Кроме того, сейчас у них было мое сокровище, и я страдал от необходимости вернуть его гораздо сильнее, чем мог бы признаться.
— Очень хорошо, — согласился я. — Немедленно доложи мне, если обнаружишь что-нибудь полезное.
— Конечно, папочка. — Она провела рукой по моей обнаженной груди, в ее темных глазах читался голод, который пробудил во мне подобие похоти, пока я смотрел на нее. Она была прекрасна и желанна, возможно, пришло время вернуть мою королеву в свою постель и напомнить ей о силе Дракона. Возможно, когда она ослабела после закрытия разлома, я смогу сделать это в полной мере, утвердив свое господство над ее телом так, как должен. Я смотрел, как она уносится прочь в деревья, как темнота окутывает ее, и мой взгляд обратился к тропинке, ведущей к границе моих владений и к земле Стеллы.
Я провел языком по зубам и посмотрел на скулящего Варда, полагая, что он проживет достаточно долго, чтобы я мог пойти и поговорить с ней. Наверняка она слышала, что здесь творится? Неужели ее нет дома?
Я перешагнул через Варда, и его пальцы коснулись моей лодыжки. — Пожалуйста, сир, — простонал он, и кровь потекла у него изо рта.
Я рывком выдернул ногу из его хватки, ударил его ногой по лицу, после чего продолжил движение по тропинке, огонь свернулся между моих рук.
— Не залечивай свои раны, пока я не соизволю это сделать, иначе ты сильно пожалеешь об этом, — прошипел я ему вслед.
Когда я добрался до крыльца дома Стеллы, дверь была приоткрыта, и свет падал мне на ноги. Я толкнул ее, поднял руки и создал вокруг себя плотный воздушный щит на случай, если в этих стенах окажутся враги. Я был бы рад возможности убить несколько крыс.
 
Я двинулся по коридору и опустил руки, когда обнаружил Стеллу без сознания на полу у люка в стене, который скрывал путь в подвал, где она хранила свое оборудование для темной магии.
Я присел, толкнул ее на спину и нахмурился, глядя на ее красоту. Возможно, мне не следовало приводить Принцессу Теней в нашу жизнь; возможно, мне следовало позволить Стелле остаться на моей стороне во время захвата королевства. Она была более покладистой, легко управляемой, и я всегда наслаждался ее телом.
Теперь, когда душа Клары покинула ее, Лавиния стала холодной, бесчувственной тварью, которая не кланялась мне и не ублажала меня так, как мне нравилось. Возможно, сейчас я бы удивился тому, что могу снова властвовать над ней, но Стелла всегда знала, как это делать, и мне не нужно было прилагать к этому усилий.
Я провел пальцами по горлу Стеллы, пробуждая ее от наложенного на нее сонного заклинания, и подавил ее вдох, когда она проснулась.
— Мой король, — прохрипела она, когда я сжал ее, мой бицепс вздулся, пока я сдерживал свою силу.
Как легко я мог бы просто свернуть ей шею; именно такой власти я жаждал над окружающими меня фейри. Полное господство, полный контроль. И после всего, что я потерял за этот день, как хорошо было бы просто оборвать жизнь.
— Что. Случилось? — прошипел я, пуская дым с губ и заставляя ее кашлять.
Я только усилил давление на ее горло, моя кровь пульсировала от необходимости сделать что-то, чтобы доказать свою силу. Наказания Варда было недостаточным. Я жаждал смерти.
— Повстанцы пришли, — придушенным голосом сказала она, вцепившись в мою руку, чтобы попытаться оторвать ее от себя, хотя она не применяла против меня магию. Она знала мои настроения, возможно, лучше, чем кто-либо из ныне живущих, и в прошлом находила способы усмирить их. Мне было интересно, способна ли она еще на это.
— Да, я знаю, — выдохнул я. — Они разрушили мой дом, и все пленники исчезли. Вина за это в значительной степени ложится на Варда, но, к сожалению, он нужен мне живым для других целей. А вот в тебе я сомневаюсь.
— Лайонел, — прохрипела она, ее глаза были полны страха.
Я наслаждался этим страхом, упиваясь им и наслаждаясь тем, как он бьет по моему самолюбию. Я был королем, самым могущественным фейри на свете, и именно так должны были смотреть на меня все фейри. Пора было вернуть Лавинию под контроль и убедиться, что она тоже начнет смотреть на меня так.
— Мне жаль, — сказала Стелла, потянувшись к моему лицу и погладив меня по щеке. — Прости меня.
Не ее мягкость остановила меня, но что-то во мне сдалось, и я решил не убивать ее. Она была константой в моей жизни, напоминанием обо всем, через что мне пришлось пройти, чтобы обрести силу. Возможно, у нее все еще была цель.
Мои пальцы разжались, пока она снова не смогла нормально дышать, и я поднялся на ноги, оказавшись лицом к лицу с зеркалом на стене. В волосах у меня был пепел от огня, и вид у меня был какой-то растрепанный, что мне не очень нравилось. Ожоги, покрывавшие мою кожу, лишь усугубляли несправедливость этого нападения, и я с усмешкой смотрел на них, исцеляя их вспышкой магии. Я чувствовал себя все более и более неуправляемым с тех пор, как Лавиния заставила меня оплодотворить ее тем чудовищным теневым существом, которое, к счастью, было уничтожено прежде, чем мне пришлось выдержать его общество. Я знал, что в любой момент она может снова прийти ко мне и потребовать, чтобы я дал ей еще одного, и я ничего не мог сделать, чтобы помешать ей заставить меня согласиться.
Я провел ладонью по лицу, заляпанному сажей и кровью, и понял, что моя рука дрожит. Я сжал ее в кулак, подавляя слабость в своих костях. Я не пошатнусь.
Стелла поднялась на ноги рядом со мной, взяла меня за руку и привлекла мое внимание к себе.
— Ты боишься, — сказала она, ее голос смягчился. — Поговори со мной.
— Я не боюсь, — рявкнул я, и она вздрогнула, когда я повернулся к ней, ожидая удара. У меня был соблазн, но я удержал свои руки от нее.