Страдания и Звёздный свет (ЛП)

С последним словом я топнула ногой по судну, сила вырвалась из меня, и деревянный плот бешено заскрипел под моими ногами, а перевозчик закричал, когда его сбросило с парома; бурлящая вода шипела и плевалась, пока он погружался в нее.
Казалось, мир содрогнулся, когда он исчез под волнами, отголоски его гибели разнеслись по всему миру, словно с его поражением изменился весь баланс самих Элементов.
Но когда плот подбросило над водой, а мои крылья взметнулись, чтобы помочь мне сохранить равновесие, я заметила край этого бесконечного водоема, конец плавания, и я устремила на него свой взгляд. Может, я и была монстром, но я никогда не утверждала, что это не так.
Ветер усилился, когда я приблизилась к краю, сам мир, казалось, погрузился в ничто за его пределами, а плот, на котором я находилась, набирал скорость, пока я мчалась к нему.
В воздухе эхом отдавался пульс, вибрация мира, которая началась со смертью перевозчика и закончится только тогда, когда я завершу то, ради чего я прибыла сюда. Или когда я умру, пытаясь это сделать.
Паром раскачивался подо мной, край приближался с каждым ударом сердца, и когда я пронеслась над пропастью, я подпрыгнула в небо, схватив свой рюкзак, пока мои крылья усиленно взмахивали и цеплялись за восходящий поток.
Клубящийся дым скрывал пропасть подо мной, а плот устремился в нее, без единого звука, обозначающего его движение, ничто не указывало на то, что он вообще столкнулся с чем-то на дне.
Ветер кружился вокруг меня, закручивая меня на месте и заставляя мое пламя вспыхивать, когда он прокладывал себе путь сквозь него, приветствуя и представляясь.
В этом ветре звучали голоса. Задыхающиеся мольбы и искренние молитвы. У меня защемило в груди, когда я услышала их все: бесчисленные голоса взывали к звездам, чтобы те спасли их, но в ответ не было ничего, кроме тишины. Я услышала свой голос, почувствовала, как в моей груди раздаются рыдания, которые сокрушили меня, когда я нашла Дариуса на том поле боя, его тело было холодным и пустым, его душа исчезла, а вместе с ней и моя.
На мгновение я была парализована, зажатая в этом воспоминании, в боли, которая с тех пор вырезала часть меня. В каком-то смысле я все еще была там, на том поле боя, держала его холодную руку в своей и молила судьбу передумать.
Я не оставила его. Ни на минуту. Я не отпустила его руку, даже когда взяла кинжал, которым его убили, и разрезала им свою плоть. Я не отпустила его. И сейчас, когда шрам покалывал мою ладонь, когда вокруг меня витал аромат дыма и кедра, а в воздухе разносилась моя собственная клятва ему, я знала, что никогда не отпущу.
Он был моим разрушителем. Он разрушил ту девушку, которой я была, и создал ту женщину, которой я стала. Он был моей единственной настоящей любовью, без всякой помощи или препятствий со стороны звезд. Он был больше, чем просто моя Элизианская пара. Он был больше, чем равный мне. Он был моей целью. И я была готова исполнить клятву, которую дала ему все эти недели назад.
Ветры Неба и Духов продолжали шептать мне, но я уже не слушала их.
Я наклонила голову и посмотрела вниз, в клубящийся подо мной дым, устремив взгляд в бесконечный обрыв и точно зная, что, подчинившись ему, я не буду падать вечно. Потому что это могло быть вечным для души, которая полагается на звезды в исполнении своих желаний. Но я была королевой, пришедшей воплотить в жизнь свои собственные мольбы, и не было такой силы ни в этом, ни в другом царстве, которая могла бы мне в этом отказать.
Мой Феникс погас в огненной вспышке, которая устремилась в небо, мои крылья потускнели, а жар рассеялся, когда я стремительно погрузилась в дым, который хранил в своих объятиях шепот моих невыполненных обещаний.
Глава 70
Прежде чем нимфы отняли у меня магию, я успел наколдовать в руке грубо обточенный металлический клинок, и полетел над ними, через кроны деревьев, срубая всех, кого мог. Но прилив был нескончаем: вся армия нимф Лавинии хлынула на землю, когда она призвала их себе на помощь. Их древовидные формы повернули в мою сторону искаженные лица, ненависть плескалась в их адских глазах. Грохот их массы давил на нас неподъёмным грузом, делая мою магию недоступной, под их усилиями ее подавить.
 
Орион метался среди них с его Вампирской скоростью, нанося удары, закалывая, ставя их на колени, и уклоняясь от смертоносных ударов их щупов. Его удары были яростными, подпитываемые силой его Ордена и ненавистью в сердце.
Вспышка Зрения промелькнула в моей голове: черный меч в его руке зажегся фиолетовым пламенем, и я сразу понял, это было оружие Хэиля. Я еще глубже погрузился в Зрение и увидел себя, делающего случайное движение рукой с этим мечом, которое послало огонь Гидры во все стороны в смертоносном инферно.
Прочувствовав перемену в воздухе, я поспешил догнать Ориона, летя за ним через деревья, двигаясь так быстро, как только мог. Мне почти, казалось, будто кто-то другой был здесь со мной, и проблеск прошлого пронесся в моей голове: плескание в теплых летних водах на территории дворца, пока Хэил учил меня плавать в детстве.
— Вперед, Габриэль! — подбадривал он.
Слова, казалось, отдавались эхом в настоящем, вместо прошлого, предавая мне сил. Воспоминание было утеряно, благодаря сильным заслонам, наложенным на мой разум, когда Лин Аструм спрятал меня от мира, которые может быть и были сломаны несколько лет назад, но все равно имели долгоиграющие эффекты — пробелы в моем детстве, которые я не мог восполнить. Но со временем я надеялся обнаружить все драгоценные утерянные моменты.
— Орио! — позвал я, и он посмотрел вверх, останавливаясь, чтобы погрузить меч между лопаток нимфы.
Она превратилась в пепел, и я приземлился рядом с ним, восстанавливая дыхание и опираясь рукой на его плечо. Но даже такая небольшая задержка на месте позволила нам оказаться окруженными за считанные секунды. Слушком много нимф, чтобы сосчитать, шагали среди деревьев с хрипом в груди, приближались к нам с поднятыми щупами и жаждой смерти в глазах.
— Дай-ка это сюда. — Я выхватил меч из хватки Ориона, и он оголил клыки, поворачиваясь к нашим врагам, готовый раздирать их глотки одними зубами.
— Оставайся рядом, — предупредил я, и не смотря на то, как близко подбирались к нам нимфы, я знал, что он послушает, доверится моим видениям. Он давным-давно выучил этот урок.
Я может быть и не мог видеть движения нимф, но я видел этот огонь и на что он был способен. Если бы только я смог сделать правильное движение мечом и зажечь его.
— Нокси, — Орион нетерпеливо напомнил. — Каков план? Потому что несмотря на то как сильно я наслаждаюсь нашими с тобой играми в лесу, думаю нас скоро поимеют как Златовласку, когда она вломилась в дом к тем медведям и стала завтраком.
Нимфа бросилась на него с заковывающим магию скрежетом на языке, и Орион уклонился, хватая ее за ноги и переворачивая на спину, крича от напряжения. Земля содрогнулась, под ударом. Резкий и жестокий удар ногой по голове прикончил ее, и Орион поднял труп, бросив его в строй нимф и отталкивая их назад.
— Нокси! — рявкнул он, делая рывок с Вампирской скоростью и оказываясь за моей спиной. Ворчание и визг доносились до моих ушей, пока он боролся, удерживая их на расстоянии.
— Секунду. — Я снова взмахнул мечом, пытаясь вспомнить, что я видел, но ничего не происходило.
— Можешь, блять, поторопиться? — Орион метался вокруг меня, сбивая в сторону нимф, пытающихся подобраться поближе, его брови сдвинулись в напряжении.
Я слегка прокрутил меч в воздухе и спираль фиолетового огня вылетела из него, заставляя меня довольно ухмыльнуться.
— Получилось. — Анонсировал я, когда Орион перепрыгнул через мою голову, выброшенный из рук высоченной нимфы с оскалом на лице. Он ударился о ствол дерева справа от меня, врезаясь в землю со стоном.
— Чудесно, Нокси, — сказал он в траву, поднимаясь и подбегая ко мне. Струйка крови бежала из пореза у линии его волос, но в остальном, к счастью, он был в порядке.