Страдания и Звёздный свет (ЛП)
— Здесь говорится, что хождение по душам можно использовать для поиска желаний сердца, но описание не похоже на то, что ты проделала, когда искала Дарси и Ориона, — задумчиво сказал я, читая об использовании различных кристаллов для поиска таких вещей, как богатства или потерянных сокровищ. — Это не так просто, как найти кого-то, с кем у тебя общая кровь, но я думаю, что это можно сделать.
— Какова стоимость? — спросила Тори, повернувшись ко мне спиной, забираясь в ванну и погружаясь в горячую воду.
Я пролистал страницу и поморщился. — Э-э, здесь говорится о том, что детеныш животного может быть использован в жертвоприношении…
— Фу. Нет. Предложите мне зеленую задницу Дракона, которую можно обескровить в качестве платы, и я соглашусь, но я не буду убивать младенца-зайчика. Что еще?
— Это немного неясно, но здесь есть пометка «один месяц». Как ты думаешь, это месяц твоей жизни или месяц рабства у какого-то козла-зверя, или…
— Козла-зверя? — спросила Тори, повернув голову и выгнув бровь на меня через бортик ванны. — Что я должна буду делать для козла? Покормить его обувью и водить на прогулки по горным тропам?
— Возможно. Погоди, я думаю, это еще не все…
Я отвлекся, продолжая читать книгу, переворачивая страницы и сверяясь с указателями и другими главами. Честно говоря, казалось, что вся книга была написана с единственным намерением запутать читателя, ни одно заклинание или ритуал не были изложены четко.
Дверь с грохотом распахнулась, и Джеральдина, словно новорожденный велоцираптор, выскочила на порог, слезы потекли по щекам, и она бросилась к Тори с распростертыми руками.
— Ну, разве здесь не уютно? — прокомментировал Сет, когда они с Максом последовали за ней в комнату, закрыв за собой дверь, пока Джеральдина погрузилась в свои попытки обнять довольно мокрую Вегу. — Так уютно устроился в постели, пока Тори раздевалась.
— Она была вся в крови, — ответил я, не отрывая глаз от книги и подзывая его ближе. — Ей нужно было смыть ее, ты так не думаешь?
— Я удивлен, что твой язык не смог все это смыть без использования ванны, — огрызнулся Сет, его тон заставил меня нахмуриться и посмотреть на него.
Макс закатил глаза на нас двоих и направился в отдельную ванную комнату, бормоча что-то о том, что общественное дерьмо менее неудобно, чем это.
— Кровь нимфы меня не очень-то привлекает, — парировал я, недоумевая, почему Сет ведет себя так чертовски раздражительно. Неужели он думал о том, что сказала его мама о том, что он не может быть моим Источником? Неужели он действительно думал о том, чтобы разорвать нашу связь ради показухи?
Мое сердце забилось неровно, когда я задумался об этом, и я уронил книгу на подушку Тори, посмотрев на него внимательнее.
— Нет? А что тогда тебя привлекает, Кэл? Потому что в последнее время мне чертовски трудно это определить, — практически прорычал на меня Сет, держась за дверь, и я бросился к нему, намереваясь ответить на этот вызов в его глазах, но вместо этого замер в двух шагах от него, и моя рука метнулась, чтобы схватить его за горло. Но я не стал сжимать его, мои пальцы мягко прошлись по его адамову яблоку, по коже, пока я не нашел незажившую рану от укуса, а затем поднял на него глаза.
— Если ты собираешься сделать то, что сказала тебе мама, то просто скажи это, — бросил я, мой голос был грубым шепотом, который, я сомневаюсь, могли услышать остальные за громким рассказом Джеральдины о том, как она волновалась за Тори, пока та брала на себя работу по мытью ее волос.
Губы Сета разошлись при этих словах, отрицание блеснуло в его глазах, как этот чертов знак мира, ожидавший, чтобы без устали дразнить меня, но он не произнес их.
Что-то дрогнуло и ожесточилось в его глазах, его взгляд заострился, когда Альфа в нем поднял голову, и он снова оскалил зубы на меня.
— Никто другой не справится с тобой так, как я, красавчик, — насмехался он, отбивая мою руку от своего горла, а затем схватил меня за рубашку и крутанул так, что я врезался спиной в дверь с сильным ударом.
Он мгновенно оказался перед моим лицом, заговорив так близко ко мне, что я мог ощутить вкус каждого слова на его губах.
— В следующий раз, когда ты придешь в поисках выпивки из своего Источника, я позабочусь о том, чтобы ты это запомнил. Я прижму тебя к себе и напомню, кто самый могущественный Оборотень в Солярии, и ты предоставишь мне свое горло в знак покорности, чтобы доказать, что ты не забудешь.
Мое сердце заколотилось от его слов, кровь бурлила в моем теле с невозможной скоростью, а в легких сперло воздух, когда он оттолкнул меня от себя и оставил задыхаться, прижавшись к двери, как жалкую фанатку.
Сет прошелся по комнате, вытащил полупустую бутылку текилы из вещей Тори и сделал длинный глоток, повернувшись ко мне спиной в знак явного оскорбления, которое, как я знал, я обязан был пресечь.
Но я не мог найти в себе силы сделать это. Он не отверг мои притязания на него. Он все еще был моим Источником. И обещание, которое он только что дал мне, заставило меня страстно желать охоты, несмотря на свежий запас магии, который все еще рвался из моих вен после того, как я укусил его менее получаса назад.
Джеральдина вытащила Тори из ванны и завернула ее в черный шелковый халат, несмотря на полушутливые протесты, которые она получала из-за всей этой суеты.
Но когда Тори позволила усадить себя в кресло, а Джеральдина прокричала, чтобы кто-то принес свежую тарелку с рогаликами, я понял, что она не так уж и против внимания, как утверждала.
До нас донесся звук слива воды в туалете, и Макс вернулся в комнату, на его лице появилось хмурое выражение, когда он перевел взгляд с меня на Сета. Я усилил свои ментальные щиты, не желая, чтобы он видел, с каким беспорядочным дерьмом я имел дело в данный момент. У Макса была своя собственная боль, с которой он должен был бороться, и его отношения с Джеральдиной в том числе, и я был уверен, что он тонет в постоянном потоке страха и горя, который постоянно излучают повстанцы. Ему не нужна была моя чушь, и я отказывался взваливать на него это бремя.
— Ты собираешься рассказать нам, где ты, блядь, была, малышка Вега? — спросил Макс, опускаясь на кровать Тори и закидывая руки за голову.
— Я расскажу, — согласилась Тори, когда Джеральдина начала расчесывать ее волосы, бормоча о том, что в них скоро поселятся дикие жуки и змеезубы, если она не избавится от всех этих коварных колтунов. — Но нам нужно сосредоточиться на нашем плане по спасению Дарси, Ориона и Габриэля, прежде чем мы займемся этим. Гидра все еще должна завтра ворваться во Дворец Душ, верно?
— Так же очевидно, как полуденное марево, моя леди, — согласилась Джеральдина, и Тори заметно расслабилась.
— Хорошо. Потому что я более чем готова вернуть своего гребаного близнеца.
Глава 37Я натянул свой любимый кроваво-красный смокинг и залюбовался собой в позолоченном зеркале в покоях, которые выделил для себя.