Четыре грани финала (СИ)

— Сатен-сан? — Микото аж привстала из-за своей парты. — Что происходит?
— Пожалуйста, Сатен Рюко-сан, расскажите, что именно происходило с вашей точки зрения, — Ицки был сама любезность, но я помедлила.
Все они в первой петле пытались мною манипулировать, а во второй бросили на произвол судьбы. То есть… то есть да, в реальности Таноса именно так всё выглядело, а сейчас… сейчас ведь не реальность Таноса?
Мы явно переместились в какое-то отрезанное от всего место, даже в окнах пейзаж расплывчато-невнятный, хотя идущие из ниоткуда солнечные лучи освещают комнату. Нечто подобное я могла бы сотворить с Камнем Пространства в той петле. Тогда иллюзорный Танос не смог пробиться сквозь его барьер… вдруг сейчас не сможет реальный?
Да и какие у меня варианты? Идти на поклон к остальным злодеям? Или стараться получить другую силу, дабы и та развеялась смертельным обманом? Что-то делать надо, если я не хочу погружаться в уныние, и сейчас придётся рискнуть, выложить всё честно.
А поскольку тут полно читающих мысли, то совсем честно.
— Я нахожусь в теле Сатен Рюко, но я не ощущаю себя как Сатен, — начала я медленно, стараясь чётко выговаривать каждое слово. — Я ощущаю себя попаданкой из России, потому что…
А в самом деле, почему?
— Я не могу сказать, почему, я просто чувствую. И я не знаю, что произошло с Сатен, я… я даже не хочу думать об этом. И я действительно прожила эти две временные петли, пока всего две… но в конце каждой я умирала.
Никто не перебивал, даже Микото уселась обратно и внимательно слушала. Так что я говорила всё увереннее:
— В первой петле я выиграла в лотерее Академия-сити. Лотерее, по которой должна была отправиться в Хогвартс на научную выставку, вместе с Камидзе Томой, — он тоже сидел за партой, и от такого заявления растерянно почесал в затылке. — Однако оказалось, что в Хогвартсе место Дамлбдора заняла колдунья Нерисса, и когда я предложила свою помощь, потому что думала, что вы уже собрались таким составом для спасения мира, — я ткнула рукой в класс и смутилась, тут же осознав, как невежливо это выглядит. — В общем, она после этого выдала себя и убила меня.
Все посмотрели на Дамблдора, а тот даже как-то беспомощно развёл руками и осторожно положил палочку на стол.
— Я не против любой проверки… — начал он, но теперь Ицки перебил его столь же мягко:
— Мы сейчас находимся на территории, контролируемой Нагато-сан. Поэтому можем быть полностью уверены, что никто никем здесь не притворяется и среди нас нет злодеев.
Я аж уставилась на скептическую ухмылку Акселератора, но он этим и ограничился. А вот мне стоит продолжать.
— Я думала, что во второй петле всё пройдёт так же, но меня внезапно нашёл инопланетный симбиот Веном, — я посмотрела на подавшегося вперёд Человека-Паука. — Он утверждал, что сумел похитить у космического титана Таноса один из шести Камней Бесконечности, каждый из которых управляет тем или иным аспектом Вселенной, а вместе сделают любого самым настоящим богом. Веном поглотил Камень Пространства, и тот перенёс его к человеку, что якобы смог бы собрать все шесть камней. Ко мне. Ещё в первой петле Кисер невнятным намёком дал понять, где именно находятся остальные камни. Так что я стала одним с Веномом, и я…
Всё это было иллюзией, но мои эмоции настоящими, и несколько секунд я собиралась с силами. Все пока что повернулись к коту, сменившему окрас на блестяще-чёрный; Кисер нисколько не смущался, сидел прямо на парте и жмурился.
— Я сумела собрать Камни. Но потом оказалось, что вся реальность с самого начала подчинялась Таносу. Что он собрал Камни задолго до этого. Что он так игрался со мной — и когда наигрался, то убил. И сейчас…
Честно так честно.
— Сейчас я уверена, что первая петля тоже была его реальностью. Как и эта, третья. Всё происходящее не более чем его игра, правилам которой я вынуждена подчиниться.
Никто не рвался ни комментировать, ни возмущаться, ни отрицать. Полная тишина растерянных переглядываний.
А затем Ицки кашлянул.
— Спасибо, Сатен Рюко-сан, если вы не возражаете против этого имени, — тихо сказал он. — Вы можете сесть. А я попробую объяснить, что происходит на самом деле.
 
Я сделала шаг вперёд — и очутилась за партой. Алиса вновь повернулась, но теперь сочувственно, а вот Дэдпул бесстыже дремал.
— Сатен Рюко-сан указала на две из четырёх важных проблем, что нам всем предстоит решить, — продолжил Ицки. — И проблема Таноса первостепенная. Он действительно подчиняет реальность своей воле и изменяет её так, что мы совершенно этого не замечаем. Но, к счастью, не сразу. В прошлый раз он применил Камни примерно в двадцать пятьдесят восемь, опять-таки по времени Токио, и в этот раз ещё не успел.
Двадцать пятьдесят восемь? Это примерно через…
— Десять минут после того, как мы выйдем отсюда, — не одна я сморщила лоб, пытаясь сориентироваться во времени. — Сейчас Нагато-сан держит нас всех вне пространства и времени, так что Таносу не добраться. Но оставаться здесь вечно мы не сможем.
Девушка всё это время продолжала читать книгу, спокойно перелистывая страницы и словно не обращая ни на что внимания.
— Другая проблема не столь могущественна, но не менее опасна, — Ицки лишь кратко взглянул на неё. — Это очень неприятно, но… Бубльгум и его клон-маг всё-таки вернулись к злодейской жизни.
— Как? — охнул Югорус. — Я думал, Австралия отлично перевоспитывает!
— Возможно, им не хватило управленческого контроля, — Сен Аесли слегка нервно поправил очки. — И они заскучали на пенсии, хотя не получали пенсии.
— Или объединение миров привело к такому результату. Видите ли, — Ицки помолчал пару секунд. — В одном из вымышленных произведений существует такая субстанция как рассказий. Она присутствует в абсолютно каждом атоме и заставляет мир двигаться в сторону образования литературных сюжетов, с литературными же законами. Вроде того, что добро всегда побеждает. Эта субстанция проникла в наш новый мир, и мы уверены, что Бубльгумы намерены не просто изучить её, но и попытаться изменить эти самые законы к своей выгоде.
— Думаю, можно сказать несколько проще, — слегка улыбнулась Асахина. — Он хочет представить рассказию концепт того, что победа зла более реалистична, а высокий уровень реализма в произведении является важным литературным законом. И если добъётся успеха, то злодеи будут править нашим новым миром.
— Простите, — нарушил Мордевольт краткую тишину. — А как он намеревается это сделать? Клон Бубльгума выдающийся маг, а сам Бубльгум мог бы сделать карьеру блестящего учёного, но представить элементу периодической таблицы новый концепт его взаимодействия с окружающей средой… лично я впервые даже не знаю, с чего тут начать. Или он нацелился заполучить какую-то силу для успеха, вроде этих Камней Бесконечности?
— Думаю, это тоже, — кивнул Ицки. — Но сейчас мы предполагаем, что он акцентирует внимание на компьютерной игре SBURB. Эта игра… — впервые его голос хоть немного, но утратил спокойствие. — Эта игра…
— SBURB при запуске вводит свой код в окружающий мир, позволяя программировать его и совершать взаимодействия на игровом уровне, — Нагато даже не отрывалась от книги. — Игра устанавливает сложную пространственно-временную зависимость для воплощения условий собственного существования, ставя итоговой целью уничтожение текущего образа Вселенной и создание нового. Одним из элементов игры является прокачка игроков и их продвижение по лестнице уровней, высшая ступень которой предполагает получение уровня бога с ретроактивным бессмертием.
 
Всё это она сказала абсолютно спокойно, ровно и очень тихо, так что замолкли вообще все.
— Игра распространилась по миру, но мы ещё в первой петле сумели обнаружить и изъять все копии, а сейчас с этим даже легче, — Ицки продолжил только после того, как убедился, что Нагато закончила. — Тем не менее, две копии сохранились. Одна у нас, а ещё одна у Бубльгумов, и мы не можем понять, где именно они её прячут. В первой петле нам не хватило времени, а во второй… думаю, полученные там результаты крайне недостоверны.