Беги, ведьмочка, беги (СИ)

И вот я, наконец, спускаю ноги на пол. Его скулы заиграли. По всему видно, что он удивлен и насторожен.
Что, дракон, боишься, что я молниями шарахну? Я легко стряхнула кистями рук и на кончиках пальцев зажглись, заискрились огоньки. Я могу побаловать тебя огоньком. Но не буду. Не в этот раз. Послушные моей воле, молнии исчезли.
Дракон уже близко, я вижу, как пульсируют его зрачки. Черные, как самая глухая ночь. Я улавливаю его запах, его дыхание.
Медленно протягиваю к нему руки, опуская глаза, и расстегиваю ту самую пуговицу, о которой он совершенно забыл.
Я тебе покоряюсь, дракон, — говорит моя опущенная вниз голова. А то, что творится в моей душе, сверкает в моих глазах, ему видеть не надо.
Рукава расстегнуты, я поднимаю свои руки к его вороту и берусь за верхнюю пуговку. Но перед тем я не удержалась и положила руку ему на грудь. Едва ухмыльнулась, почувствовав, как он дрогнул. Как неистово бьется его сердце. Волнуешься, дракон?
Я подняла на него глаза и перестала дышать, утонула в темном ониксе его глаз. Золотые искорки, вспыхнувшие ярким ободком, завораживали и манили меня. Держись, Велма!
— Я извиняюсь за свой побег, Олих, — прошептала я, чувствуя, с каким трудом вырываются звуки. Я собралась стать победительницей? Тогда почему же голова пошла кругом? Так вовремя опустились его руки мне на талию, спину. Прижал меня к себе. Я рада этой поддержке. Мне нравится ощущать жар его тела, чувствовать сквозь шелк ткани рельеф его груди, силу его рук. Положив голову ему на плечо, тихо сказала:
— Ты должен извиниться, за то, что позволил мне сбежать. И за то, что твой брат смог оставить меня в СВОИХ покоях…
  
Глава 30. Спи, рыжик
 
— Ты и правда, так считаешь? Я ВИНОВАТ в том, что случилось?
Кажется, он принял правила моей игры.
Медленно, шаг за шагом идет вперед, так и не отпустив меня, заставляя пятиться и цепляться за его рубаху. Рука спускается с талии на бедро. И медленно, цепляя и подтягивая вверх ткань моей юбки, возвращает ее на прежнее место. То же проделывает второй рукой. Прохладный воздух скользнул по обнаженным ягодицам.
— Ты хочешь сказать, что я медленно тебя догонял?
Я молчала. Надо же, лучшей версии событий даже я не придумала бы.
— Я должен поверить, что ты вовсе не собиралась сбегать?
Его взгляд был полон такого предвкушения, что я даже перестала улавливать суть его слов. Насмешливых. Ироничных. Издевающихся.
— Я мог бы приказать и выпороть тебя.
— И нарушить договор?
Он резко отпускает руки и я падаю на кровать. Склонился надо мною и, не переставая гипнотизировать меня взглядом, резким движением рвет на мне платье. Напополам. Я ведь знала, что так будет. И все же вскрикнула, прикрывая свои интимные местечки ладонями.
— Не смей! — рыкнул он и отвел мои руки в стороны.
Тело мое начинает подрагивать от уже знакомого мне волнения. С тихим шорохом падают у ног его штаны. Только после этого стягивает, поигрывая мускулами, рубаху.
Проводит еще теплым от соприкосновения с его телом шелком от колен и вверх, замер у холмика, даже зашипел, увидев, что я дрожу. Подбив своими ногами, разводит шире мои ноги. Снова шелком, словно перышком, водит верх — вниз, заставляя пульсировать и раскрываться ему навстречу.
Зарычав, он падает сверху и вжимается в меня, заставляя в полной мере почувствовать, как реагирует на меня его тело. Он возбужден. Очень. И это так приятно… Чувствовать, что не только ты горишь и пылаешь.
Воздух в легких вспыхивает, когда он свободной рукой обхватывает мою грудь. Мнет и сжимает, словно взвешивая. Находит пальцами сосок. Пару секунд перекатывает, оттягивает его, заставляя сжаться в тугую горошину.
Судорожно всхлипывая, я зажмуриваюсь, пытаясь успокоиться. Унять возбужденно бьющееся сердечко. Пытаясь принять это. Он имеет право. Я сама ему себя отдала в полное владение.
Шеи касаются его мягкие губы. Он ведет носом по моей коже. Вдыхает мой запах.
— Я скучал, ведьмочка.
 
Сжав напоследок мою грудь, он скользит рукой ниже. Проводит по животу. Накрывает ладонью гладкий холмик, вдавливая пальцы во влажное лоно.
— Тебе нравится? — хрипло спрашивает, шумно вдыхая. И внезапно прихватывает основание моей шеи острыми клыками. Не до крови. Но ощутимо. Даже саднит. Хищно. По-звериному.
Прикусывает ноющую бусинку соска, лаская ее языком. Играясь. Посылая по моему телу разряды легкой и странно будоражащей боли. Вынуждая запрокинуть голову, рвано дыша.
Приподнимается и усмехается, явно любуясь делом… рта своего.
Странное желание заставило податься меня вперед. И точно так же, как делал он несколько мгновений тому назад, я прижалась к основанию его шеи. Куснула, почувствовав, как он вздрогнул. От неожиданности, или это что-то другое? Вызвавшее вибрацию глубоко в его груди, ласкавшую и раздражавшую истерзанные его губами соски. Отпустила кожу шеи и лизнула. И тотчас зашелестели на том месте чешуйки. Я что-то сделала не так?! Неотрывно смотрит мне в глаза и тихо рычит.
— Р-р-р-р? — не то рыкнула в ответ, не то спросила я.
Застыл, неверяще глядя на меня. И вдруг тихо так засмеялся. Прислонившись лбом к моему лбу, застыл на мгновение. Было совершенно стойкое ощущение, что что-то именно в этот момент меняется. В воздухе, вокруг нас. Он медленно, словно крадется, входит в меня, наполняя до самого конца. Его толчки неспешны и едва уловимы. Внутри медленно разгорается пожар, я двигаюсь ему навстречу. Но он не спешит. Я обхватываю его ногами, позволив ему заполнить меня до конца. Я чувствую внутри себя подрагивающую горячую плоть, замершую, будто перед броском. Приподнимается надо мной, зависнув на локтях. Почти вышел из меня, заставив застонать от разочарования
Сглотнув, я опускаю взгляд с его лица ниже. На окаменевшей груди вздулись вены, появились бисеринки пота. Потянулась и слизнула одну язычком, потерлась возбужденной грудью о его шикарное тело.
Он мелко дрожит, я понимаю, что сдерживается он из последних сил. Я хочу обжигаться о него, трястись от электрических разрядов страсти, которые он разжег своими медленными движениями. Я извиваюсь, нашпиленная на его неподвижный член, словно мартовская кошка.
Поднимаю на него взгляд и вижу отражение своего безумия в его глазах. Они такие завораживающие, неверящие. Тянусь к нему в попытке поцеловать, но мужские руки вдруг совсем не нежно впиваются в ягодицы, резко тянут на себя, соединяя наши тела.
Меня потряхивает от возбуждения, еще несколько мгновений — и я взорвусь прямо так, в позе пришпиленной к бархату бабочке. Мое сердце стучит в особом ритме, его сердце вторит мне, сбивая с толка, сводя с ума. Я сейчас совершенно не в состоянии думать.
Зарываюсь пальцами в черные пряди, вцепилась в его волосы, заставляя смотреть глаза в глаза. До чего же он красивый, этот хищник! Дух захватывает!
Я непроизвольно облизываю иссушенные губы, повожу бедрами, остро ощущая внутри раскаленный стержень, сжимаю его мышцами.
— Ведьма, — его рык касается лишь края моего сознания, потому что я почти в отключке. Это нереально! Это не правильно! Я должна быть холодной и неприступной. Но я продолжаю дрожать от одного его присутствия, поджимая пальцы на ногах.
И вдруг, когда я уже была готова сдаться, он вонзается меня, заставляя заорать от сладостной боли, начинает двигаться в бешеном ритме, безжалостно насаживая меня на разгоряченную плоть. Я выгибаюсь дугой, трясусь, словно в припадке, и захлебываюсь стоном. Потому что сдержаться совершенно невозможно. Резкие, до боли его движения внутри меня, и нежные поцелуи в уголки губ, закрытые трепещущие глаза. Невероятная смесь первобытной страсти и головокружительной нежности.
Он взрывается вместе со мной. Его рык и мой протяжный стон.
Я довольна и полна нежности. Не открывая глаз, перебираю пряди его волос, пальчиками поглаживаю губы, скулы, неожиданно колючий подбородок. И восхищена волшебными, совершенно изумительными руками, которые нежно ласкают уставшее тело.