Красная книга магических животных (СИ)

Я мысленно похлопала, потому что результаты впечатляли, если и правда все это смогли восстановить. Вот только радость за других была не особо сильной, ведь понятное дело — не расходуй местные жители недра своей планеты так беспечно, то ничего и не было!
— А вышки пользуют те, кому не повезло пройти эту вашу диагностику? — уточнила я, и Дезмонд почти сразу кивнул.
— Основная масса вырабатывается в окрестностях столицы, здесь и сейсмической активности меньше, и у города положение устойчивее. Впрочем, это и понятно, где попало столицу строить бы не стали, — он хмыкнул и указал мне смотреть вперед. 
Я в принципе понимала, что что-то внушительное на горизонте — это неспроста, но чем ближе мы становились, тем больше я удивлялась. Сам город напоминал очень большой свадебный торт, из тех самых забугорных, с подставками, разноцветной глазурью и украшениями. Не хватало небоскребов? Так вот они торчали — пять огроменных, поддерживали платформу, на которой и высился сам город! Только похожи эти небоскребы, а может, они и не жилые, кстати, на деревья — один толстый ствол, а потом несколько ветвей, в разные стороны торчащих, и на каждой ветви что-то имеется. Эти ветви будто опоясывали город.
— Пять генераторов — гордость Андоры. Они питают многие и многие города вокруг. Помогают восстановить целостность нашего мира. За ними следят многие и многие маги и конструкторы, — похвастался Дезмонд, вот реально я услышала гордость за свою страну и людей. 
Эх, я бы тоже не против так сказать о своей родине, мол, горжусь! Только беспокоило меня кое-что: просто тревожненько, что город расположен над своего рода атомной электростанцией. 
— А не опасно вот так строить? Вы же сами сказали, что были катастрофы... 
— Здесь почти что идеальная точка, за колебаниями следят очень тщательно, а добыча магии четко регламентирована. Столице уже три сотни лет, и мы никогда не забираем больше, чем восстанавливается,— покачал головой Дезмонд и хохотнул. — Из катастроф разве что весенний ветер, он, бывает, сносит головные уборы, бумагу, вещи с сушки. Потом жители бегают по району и снимают нижнее белье с флюгеров.
Надо же… Я промолчала, потому что говорить о том, что любая система может выйти из-под контроля — это всего лишь воздух сотрясать. Вряд ли здешние ученые знали меньше, чем я.
Аэроника тем временем заложила вираж, вынося нас к одному из «деревьев». Никакого гула или еще каких страшных вещей я не услышала, низ столбом едва заметно светился, что в сумерках как раз и хорошо было. Впрочем, через минуту вдоль дороги тоже стали загораться огоньки, подсвечивая нам путь. 
Дезмонд схватился за баранку и с уверенностью человека, который делал это уже не первый раз, опустил ее вниз, потом крутанул влево, и мы заложили еще один плавный вираж — перепрыгнули почти что с одной дороги на другую. Потом, видимо, маршрут снова подхватила автомагика.
— Мы же не нарушили ничего? — я даже не успела схватиться за кресло, как все манипуляции были закончены.
— Что? Нет, конечно! — рассмеялся Дезмонд. — Здесь разрешено менять высоту, место отмечается такими синими полосами вдоль дороги, потом покажу, если захотите. Просто автомагика ведет нас… кх-м, не совсем в ту часть королевского дворца, которая нам нужна. А так… Смотрите, почти на месте! Маску только снимите.
Я вздохнула, но подчинилась. Да, в королевской канцелярии лучше физиономией посветить, а то у меня из всех документов только паспорт, неизвестно, считается ли он тут вообще за удостоверение личности. Начинать работу с пребывания в местном КПЗ не хотелось.
Аэроника еще немного взмыла вверх — и я увидела то, что здесь называли королевским дворцом. Ну, образов у меня в голове было немало: от неприступной крепости до ажурных стен, вычурного дизайна и огромных окон. Но другой мир — и архитектура другая. В общем, это было не особо большое здание, скорее их комплекс. Три цилиндрических здания из светлого и золотистого камня такого же цвета, как в заповеднике, а за ними возвышались еще два здания, больше похожие на башни, только вместо шпилей на верхних площадках было очень зелено. Окружен королевский дворец был рядом загончиков в виде небольших навесов, чтобы можно было оставить аэронику, и серьезных таких платформ, наверное, уже для рейсовых местных автобусов. То тут, то там торчали как грибы после дождя небольшие будочки. И к одной из них мы и направились, как только вышли из нашего транспорта.
 
Под ногами вместо асфальта была короткая упругая травка, сначала я волновалась, что растерзаю бедное растение, примну всем своим весом, но даже следы Дезмонда не отпечатывались. Травке было все нипочем. Зелени и цветов и правда было немало, в стороне от загончиков для транспорта, как раз под деревьями, в тени, стояли лавочки в виде половинки бревна и высокие узкие столы. Наверное, чтобы можно было подождать или заполнить какие-то документы. Все вокруг было подсвечено, а рядом со столами и вовсе, если я не ошиблась, висело подобие настольных ламп на гибкой ножке.
У будочки Дезмонд нажал на кнопку, и окошко, которого я сначала и не увидела, стало прозрачным. Внутри сидел, позевывая, парнишка, но к чести ни одним мускулом не выдал того, что мы его разбудили. Вежливо улыбнулся, скороговоркой выдал приветствие и заветное «чего желаете». 
— Нам в королевскую канцелярию, — уведомил его Дезмонд и попросил уже меня: — Виктория, договор, пожалуйста. 
Я с готовностью вынула из форменной куртки листы договора. Они как раз поместились в самый большой внутренний карман. Парнишка вытащил большую линзу на цепочке, кажется, она была пристегнута внутри будки к чему-то, потому что цепочку пришлось подергать, чтобы нормально управляться со странным прибором. Окулярчик засветился, все печати и подписи на моем договоре замигали. Процедура заняла едва ли минуту, а еще через пару секунд парнишка выдал мне плотную картонку с кучей точечек. 
— Ваше направление. Дорожка с красной строкой, поворот на три уллуния, — радостно сообщил он мне. — Приятной ночи!
Я уже было хотела переспросить, что это такое — «уллунии», но Дезмонд помахал мне рукой, мол, пойдем, знаю, куда тебя вести. Найти путь на самом деле оказалось легко. После регистрации в будке все так или иначе собирались на небольшой квадратной площади перед зданиями, иначе к ним не пройти было, разве что через кусты и деревья ломиться. А с площади отходили полдюжины дорожек и каждая со своим цветом. Они разводили посетителей в разные стороны, распределяя, кому и куда нужно. 
— Уллунии, — показал Дезмонд мне на красивый указатель с обычными такими шестиконечными звездами. 
Наша дорожка распалась на четыре тропы, и та, которая была обозначена как с тремя звездами, вывела в итоге к левой стороне центральной башни. Возле арки, которой заканчивалась дорожка, уже ждала девушка — тоже молоденькая, тоже в форме, с линзой и каким-то компостером, иначе не назовешь. Билетик мне пробили, в арку пригласили — и раз — немного закружилась голова — и мы вдруг оказались в красивой гостиной или переговорной, на офис комната с мягкими диванчиками и журнальным столиком была мало похожа. Светлые, даже нежные обои, окна узкие, но почти что в пол, верхний свет приглушен, а на столике вазочка с конфетами и чайник с другими прибамбасами. 
— Подождите здесь, пожалуйста, мне тоже бумаги надо занести, я быстро, — с этими словами Дезмонд выскочил из комнаты, оставив меня одну. Но на самом деле скучала я недолго.
— Светлой ночи! — ворвалась в комнату дамочка странного вида — если Дезмонд одевался и вел себя местами как английский лорд, то сотрудник королевской канцелярии выглядела как предсказательница с любовью к стилю бохо. И тараторила она так, что захотелось побыстрее разделаться со всем и исчезнуть: — Мы так рады, заповедник в таких хороших руках. Мне уже все-все рассказали, мы с Лилиан давние подруги… Вы такая смелая, такая отчаянная, такая благородная! Я буду настаивать на премировании!