Когда жизнь удалась... (СИ)
Всё это время почти не разговариваю с Кириллом. Обходимся деловыми вопросами и дежурными фразами. В самый последний день в офисе он проводил меня до моей машины. Придерживая дверцу, попросил:
– Пообещай, что вернёшься...
– Посмотрим... – уклонилась от ответа.
Кир кивнул и отпустил меня.
С родителями состоялся трудный разговор. Хотела всё выяснить до поездки. Я не была доброй. Мама рыдала и упрашивала понять, хватая за руки. Даже когда меня привезли в отключке после аварии, всю в крови, она не плакала... Сильная... А когда я увидела, как у отца, сжавшего в одну жёсткую линию губы, подрагивают руки...
У них есть аргумент. И вот он-то позволит мне понять и простить их... Но пока обида всё ещё клокочет внутри.
Денис умудрился четрые раза за эту неделю приехать ко мне домой... Это с его-то занятостью... Каждый раз без предупреждения... Мне ещё трудно с ним. У него хватило совести не выделываться и попросить прощения... Куда я денусь... Он мой брат. Но потом...
Я рада, что улетаю из страны. Никого не хочу видеть… Даже семью. Вернее, тем более, семью.
Я еду в такси в аэропорт. Смотрю безразлично в окно и хочу быстрее приехать.
*****
Сижу в хвосте самолёта. Всегда летаю только так – в конце салона. Как-то в детстве смотрела передачу, где рассказывали, что это самое безопасное место. Ещё тогда сделала выводы и всё – никакого бизнес класса. Смешно... Когда первый раз заявила семье, что буду лететь в хвосте, папа озадачился, но выслушав мои доводы, поддержал. Потом мы так и летали: я и папа где-то сзади, мама и Денис в бизнес классе. С Гором было так же. Он летал исключительно с повышенным комфортом.
Салон полупустой. Обожаю, когда мало людей. Смотрю в иллюминатор, наблюдая, как наш самолёт медленно рулит к взлётной полосе. Есть что-то магическое в том, как огромная тяжёлая груда металла отрывается от земли. Отчего-то грусть холодом накрывает сердце… В голове сами собой всплывают строчки:
Ты меня не догонишь, друг.
Как безумец, в слезах примчишься,
а меня — ни здесь, ни вокруг.
Ужасающие хребты позади себя я воздвигну,
чтоб меня не настигнул ты!
Постараюсь я все пути позади себя уничтожить,
— ты меня, дружище, прости!..
Ты не сможешь остаться, друг...
Я, возможно, вернусь обратно,
а тебя — ни здесь, ни вокруг… *
Впервые я ощущаю себя одинокой. Впервые полёт не радует меня. Пилот запускает двигатели на полную. Взлёт. Поднимаю ручку между сидениями и укладываюсь. Лететь почти три часа. Можно немного вздремнуть. Тем более, ночью у меня был очередной кошмар... Эти сны стали гораздо реже. Но они всё ещё приходят.
Я лечу на остров. Там мне предстоит добраться до маленького городка Нюборг – моей тихой гавани в Дании. Конечно, я останавливалась и в Копенгагене. Но он слишком напоминает наши современные города. Слишком много суеты, слишком много людей. А я хочу покоя.
Нюборг – глухая провинция. Древний город со своей историей и старинной крепостью. Именно отсюда правила первая датская королева Магрете I. Как оказалось, я люблю не только цифры, но ещё и историю. А в Нюборге погружаешься в неё полностью.
Здесь живут мои друзья. У них несколько квартир, и одну, если она, конечно, свободна, они всегда любезно предоставляют в моё пользование. Сейчас я буду жить в старом доме на втором этаже с видом на гавань. Море… Холодное северное море. Я предвкушаю встречу с ним и улыбаюсь.
Из динамиков раздаётся голос командира воздушного судна. Невольно открываю глаза. Мне до мурашек нравится этот голос – низкий, спокойный, завораживающий. Я много раз летала, слышала много голосов разных командиров экипажей. Обычно они бубнять быстро и почти непонятно, что они там тараторят. Все проходили незамеченными мимо. Только не этот. Он говорит спокойно, так, чтобы все поняли, что и как он говорит. Мне вдруг становится интересно, как выглядит обладатель этого шикарного голоса.
С мягким толчком шасси касаются покрытия посадочной полосы, и нас с силой вжимает в спинки кресел. Приземлились… Люди вскакивают со своих мест, спешат достать вещи и ринуться к выходу. Так всегда. Я не тороплюсь. Какая разница, где ждать – в салоне самолёта или в очереди на паспортный контроль в тесном коридоре аэропорта? Жду, когда толпа у выхода из самолёта схлынет. Встаю, достаю свой маленький чемоданчик и иду к выходу. Я осталась в салоне одна.
Кабина пилотов уже открыта. Две милые стюардессы обворожительно улыбаются. Я выхожу последней, поэтому никто не толкает в спину. Останавливаюсь напротив них. Благодарю за полёт и добавляю:
– Пожалуйста, передайте вашему командиру особую благодарность. Его голос – основная составляющая удовольствия от полёта.
На лицах девушек появляется растерянность. Чего-то жду, и они, опомнившись, рассыпаются в благодарностях. Я уже иду к выходу, когда слышу тот самый чарующий баритон:
– Я хотел бы услышать личную благодарность.
Поворачиваюсь и оценивающе рассматриваю командира. Высокий подтянутый мужчина лет тридцати пяти с идеальной укладкой коротких каштановых волос стоит за спинами стюардесс. Уголки его губ поднимаются вверх, когда он, мягко отстранив одну из них, делает шаг вперёд. Слегка наклоняет голову на бок:
– Что же вы растерялись, миледи? – и взгляд с прищуром.
– Да растеряешься тут… – зависаю на его красивых, чуть полноватых, губах. Просто флирт. Просто нравится... Вот так, наверное, и Гор клеил свои проходящие моменты...
Есть такие мужчины, у которых совершенно особенная аура. Этот – яркий представитель. На него хочется смотреть.
– Тогда я начну. Разрешите представиться – Гедеминас Янис, – протягивает мне руку.
– Обалдеть… – срывается непроизвольно с моих губ.
– Интересное имя, – улыбается насмешливо, – Видать, родители те ещё шутники.
Почему-то мне кажется, что этот мужчина точно знает, как действует на женщин. Мне удаётся, наконец, сбросить непонятное наваждение.
– Да ваши тоже недалеко ушли. Но мои пошутили чуток по-другому. Натали, – жму в ответ протянутую руку.
Его ладонь мягкая, тёплая. Ощущаю лёгкое пожатие. Приятно... Мне нравятся его руки.
– Расскажете? – он отпускает мои пальцы. Неожиданно понимаю, с ним я могла бы решиться на большее. Психологи говорят, что при первой встрече женщине достаточно семи секунд, чтобы оценить, могла бы ли она переспать с мужчиной. Я оценила моментально. Я ведь почти свободная женщина... Хочу и могла бы. Впервые за очень долгие годы оцениваю совершенно чужого мужчину с этой точки зрения. Хочу в омут с головой… чтоб нырнуть и не вынырнуть. Хочу посмотреть, что такое Гор для меня приготовил...
– Извините, мы не на том уровне общения, – отказываюсь от глупой идеи, – Ещё раз – спасибо за полёт, – заглядываю в светло-карие с зеленцой глаза, – Всего вам самого доброго!
Пытаюсь отвернуться, но мне не дают.
– Натали, я хотел бы повысить уровень общения и перейти на тот, на котором мне таки удастся разгадать тайну ваших родителей. Люблю загадки. Диктуйте номер, – его глаза лучатся весельем. А я зачем-то называю порядок цифр, понимая, что за этим ничего не последует.
– Отлично! – говорит Гедеминас Янис и нажимает кнопку набора. Через пару мгновений раздаётся вибрация моего мобильного, – До встречи, Натали! – салютует.
Ловлю его лукавую улыбку, улыбаюсь в ответ, киваю и, наконец, под злые взгляды стюардесс, покидаю салон самолёта. Где-то там меня уже ждут друзья, чтобы отвезти в маленький Нюборг. Ну, здравствуй, моя уютная гавань – Дания.
---
*– Хуан Хименес "Одинокий друг"
Глава 15.
Гор
Ната подала на развод… Её адвокат прислал уведомление… Ей удалось заехать мне под дых. Чёртов Евгений Ковалёв. Женька. Он не смог отказать себе в удовольствии и лично мне позвонил сказать, что я мудак... А то я не знаю...