Невеста Горного Князя (СИ)
— А я говорил… — проворчал Мастер Матей, и тут же получил ответку от хранительницы:
— Ты ерунду девочке сказал. Но со мной такой номер не пройдет. Выкладывай.
Старик отвернулся. Он явно не хотел раскрывать карты, вертел в руках напильник. Мы молча ждали. Тейтана, правда, нервно постукивала каблуком. Я задумчиво трогал разложенные на столе бусины лунного камня.
— Мастер Матей, не ваша ведь работа, — вырвалось у меня. Слишком тонко, слишком нежно. Да и украшения старик не баловал, даже бусины для Штефа большей частью заставлял делать подмастерий в городке.
— Верно. Это девочка сделала. У нее родители были старатели, искали месторождения. Говорит, хотела свою лавку открыть после учебы.
Мне на память пришли источники, и ее вопрос, что я хотел делать до встречи с Амалией.
— Знаешь, тогда я хотел свободы. Думал, научусь у Матея, заработаю немного денег, у меня будет своя мастерская… Чего ты улыбаешься?
— Это звучит… просто и спокойно.
Тейтана пожала плечами.
— И что с того? Ты нас не путай, старый!
— Ой ли, — проскрипел Матей, — кто бы говорил, нашлась тут молодуха!
Хранительница фыркнула:
— Да мои полвека рядом с твоими тремя и рядом не стояли! Рассказывай, не юли, старый лис.
Дед поморщился и отложил инструмент с недовольным видом.
— Вот не умеете вы просто следовать за магией… Почему Горы считали каменную Амалию за настоящую, как думаете?
— Потому что внешне она…
— А вот и нет, недоучек! А вот и нет! — Матей, как в давности, торжествовал от моего неверного ответа. Раз я ошибся, значит он может меня учить. — Я призывал дух горного ветра, ты это знал ведь?
Я кивнул, не понимая куда старый мастер клонит. Тогда, в начале, я старался вернуть Амалию, а не разобраться в том, как Матей создает замену.
— Мать Гор растворилась в горных ветрах, дурашка. Все просто. Душа горного ветра всегда несет в себе немного ее силы. Малую часть, но достаточную, чтобы в вкупе с внешностью и обрядом, магия считала ее Амалией. Год от года я немного менял внешность… Ты не замечал этого, потому что не всматривался. Но я каждый раз хоть что-то да менял. В какой-то момент я решил: а что, если призвать не душу ветра, которая несет мелкую часть силы, а найти саму Душу Гор? Есть же кто-то, кто несет подобную магию? Пусть не в нашем мире, так в другом. Заказал манускрипты из Катайи, у них там природные маги редкость, а вот всякими призывами они балуются. Дождь могут призвать, например. Даже духов в посуду запечатывали.
Вот я с их формулами и баловался. Думал, девушка сможет разорвать союз сама, как когда-то Мать Гор заключила его.
От логики мастера у меня закончились слова. Зато у Тейтаны нашлись.
— Это что же, старый хрыч, ты душу матери в тело дочери запихал?
— Что? Нет конечно! Реку невозможно повернуть вспять, розлитую силу не соберешь… Алешу ли не знать. Я искал такую Душу, чтоб горы ее признали. Не важно, из какого мира. Ну и выдернул из какого-то… Только вот наша магия не работает как часы. Иона милая девонька, да только и силу твою, Алеш, не выдерживает, и горы ее не слушают. Камни, правда, любит. Тебя, мальчишку, напомнила…
Я прервал старика.
— Горы ее слушают, так же как Амалию.
Пришлось рассказать больше подробностей про поездку к камням и попытку разорвать союз.
— Когда мы произносили слова, магия определенно чувствовалась, — заметил я, — но чего-то не хватило. Тогда мне и подумалось, что слов было мало, ведь мы друг друга отпускать не хотели.
Тейтана прекратила отбивать ритм каблуками и скрестила руки на груди.
— Вы оба — дурачье. Только мужики такими и бывают. Вижу цель, не вижу препятствий. Ладно Алеш, увидел и влюбился — и не спорь, влюбился, сам знаешь, купелька-то не вред. Но ты, старик, что ты учудил? Ты же понимаешь, что если союз не разорвать, то девочку ждет та же участь, что и остальных невест?
Память беспощадно подкинула Амалию, которая навечно осталась в мастерской. И тут же затмила все мыслью: а что, если бы Иона осталась камнем в моих руках? Нет. Не позволю.
Матей пробормотал что-то в духе «ее душа наверное вернется в ее мир». Я встал и сжал кулаки, не замечая того, как перестаю контролировать силу. Стул сзади меня из дубового стал сердоликовым троном.
Матей и Тейтана отшатнулись, но я уже взял себя в руки.
— Что значит «наверное»? А, Мастер? Наверное, ты придумаешь как вернуть Иону обратно, неважно стану ли я свободен или ты сделаешь мне новую … невесту, — последнее слово я выплюнул. Раньше Зимняя Свадьба казалась мне наказанием, но если на кону жизнь девушки — то мне плевать на это вечное колесо праздника и проклятья.
— Окстись, князь, ты Матея запугал, — Тейтана взяла меня за руку. — Давай поступим как взрослые люди. Сейчас ты Иону не повезешь разрывать ритуал, ей надо отойти. Потом все-таки я бы посоветовала тебе съездить с ней в столицу. Потому что слишком много людей зависит от соглашений с правящей династией Катайи, и ты прекрасно знаешь, как их послы и принцы любят твой Зимний Бал. Кстати, прическу твою новую они тоже оценят. После того, как вы вернетесь, мы поедем в горы и попробуем разорвать союз снова, но в этот раз я попробую направить нити магии. До этого мы все четверо — да, четверо, Иону это касается, стараемся разобраться в том, что же наворотил Матей в магии.
Хранительница внимательно посмотрела на меня.
— Ты же понимаешь, мы тебе не враги, Алеш Олдрич.
***
Рассуждения хранительницы были верны, и все же я не находил себе места. Каждую ночь я сидел с Матеем и пытался снова понять рассуждения вздорного старика. По всему выходило, что он буквально ткнул магией в небо, да призвал Душу Гор из другого мира. Манускрипты Катайи говорили о жертвах, нужных для призыва. Матей лишь показал в одну из куч с рубинами и турмалинами. Ну да, что для некоторых ценность, для нас «так, камешек завалялся».
Я устал, старик вникал во все это десятилетиями, а мне надо было разобраться а десять дней. Где-то на середине я поднимался утром от мастера с кипой бумаг, и увидел, как впереди идет Штеф с охапкой платьев. Стоило замедлить ход, чтоб портной меня не заметил. Выждав и поднявшись следом, я оставил бумаги у себя и открыл дверь гардеробной. Если этот мерзавец хоть что-то скажет, если Иона хоть слово произнесет грустно при нем — войду, и каменной станет уже не рубашка.
Почти все время в спальне была Тейтана и горничные, но даже когда они вышли, Штеф просто что-то бормотал про пояс. Кажется, он усвоил урок. Как только вернулась Симка, я зашел к себе и сидел за бумаги допоздна. Глаза слипались, хотелось отдохнуть, но вдруг я почувствовал, будто кто-то нежно обнял меня сзади. В спальне было пусто, но прикосновение ощущалось реальным до покалывания на коже. Как будто девушка была рядом, как будто она запускала пальцы в подстриженные ею волосы…
— Иона… — прошептал я.---История Каменного Цветка благополучно перевалила за середину (или около того))Скоро будет прекрасный Зимний Бал в столице, где Ионе и Алеше придется быть вместеСпасибо огромное за поддержку, за сердечки и комментарии!Не забывайте подписаться на автора )) 25 декабря начну выкладывать новую сторию про милую светлую ведьму, которая хотела насолить нанавистному жениху и нечаянно призвала демона.
17. Касание (1)
Алеш
Я закрыл глаза и поддался ощущениям. Нежные руки разминали мои уставшие плечи, гладили и ласкали, заставляя уйти напряжение и усталость.
Легкие касания расслабляли, я откинулся на спинку кресла и растворился в образе Ионы. По спине пробежали мурашки, а несуществующие прикосновения спустились по груди, по ребрам, по напрягшимся мышцам живота ниже… И тут же, словно испугавшись, поднялись обратно. Робкие прикосновения, но такие нежные, такие настойчивые… Брюки внезапно стали тесными, чувства накалились до предела, я закусил губу и тут же ощутил, как по ним провели пальцем, очертили скулы, снова запутались в волосах.