"Бис" для суфлёра (СИ)

— Я хочу ещё, — твёрдо сказала она, подходя к Риддлу, чтобы забрать палочку.
Он свёл брови на переносице и окинул её оценивающим взглядом.
— Не стоит, мисс Грейнджер, вам нужно залечить раны, — посоветовал Риддл.
Гермиона приподняла бровь и осмотрела себя. Девушка была удивлена. Она и правда не заметила, сколько на ней порезов и ожогов.
— Ой, — протянула ведьма.
— Ой? — удивился Риддл. — Вы не заметили, что ранены?
Грейнджер вспыхнула и отвернулась, не желая объясняться. Она отошла в сторону, направив палочку на себя и читая инкантации заклинания Снейпа.
— Что это за заклинание? — поинтересовался Риддл.
Гермиона вздрогнула, мысленно обругав себя так, что Антонин несомненно похвалил бы её владение словом. Что ж, если она присвоила чужое зелье, то присвоить чужое заклинание и вовсе ничего не стоит.
— Эм, — замялась она, — я сама его придумала.
Риддл заинтересованно приподнял бровь. Закончив с порезами, которые стали выглядеть приличнее, Гермиона развернулась и направилась к выходу, чтобы поскорее убраться отсюда.
— Чаю, мисс Грейнджер? — предложил Долохов, выскакивая из-за трибуны.
Ведьма мысленно хлопнула себя по лбу.
***Они расположились в гостиной. Пока Долохов готовил чай, что подтверждалось шумом из кухни, Риддл сидел в кресле напротив и сверлил её взглядом. Грейнджер старалась с крайне заинтересованным видом рассматривать каминную кладку, стены и великолепную люстру, на которую, кажется, наложили чары эльфы — блестела она по-особенному. Скорее всего, здесь недавно был приём.
— Какие ещё заклинания вы придумали, мисс Грейнджер? — вкрадчиво поинтересовался Риддл, и Гермиона поняла, что всё это время он думал об этом.
Целых десять минут Риддл думал только о ней. То ли адреналин ещё не выветрился, то ли она сошла с ума, как Беллатриса в будущем, но это ей внезапно польстило. Впрочем, не помешало почувствовать себя идиоткой.
— Никакие, — просто ответила она; скептичный взгляд Риддла дал ей знать, что он об этом думает, поэтому пришлось сдаваться: — Ну разве что…
Она повернула запястьем и их накрыл купол тишины.
— Впечатляет, — протянул Риддл. — Талантливы в зельях, чарах, что ещё?
Гермиона закатила глаза и отменила заклинание.
— Я не талантлива, — проговорила девушка. — В отличие от Гектора у меня нет предрасположенности к зельям. Всё, чего я добилась, результат долгого и упорного труда.
Риддл понятливо хмыкнул, кажется этот ответ его удовлетворил, и Гермиона расслабилась.
— Значит, — она поспешила перевести тему, — вы живёте здесь с Антонином?
Долохов, вошедший в гостиную, зазвенел подносом и как-то странно закашлялся.
— Я гощу у мистера Риддла, — ответил Антонин за него. — Не более.
Грейнджер вспыхнула.
— Я не имела в виду ничего дурного! — возмущённо проговорила она.
Долохов лениво упал в кресло и отлевитировал ей чашку с чаем. Грейнджер призвала сливочник. Долохов поморщился, увидев, как она наливает сливки в чашку. Он предпочитал пить чай с лимоном.
— Вы отлично двигаетесь, мисс Грейнджер, — проговорил Долохов. — Но вам сносит голову. Периодически.
Грейнджер расхохоталась от прямолинейности Антонина. Она развернулась к нему, игнорируя Риддла. Очевидно, он мечтал, чтобы она убралась отсюда поскорее. И видит Мерлин, Грейнджер мечтала о том же. Она старалась поскорее пить свой чай, чтобы покинуть этот дом.
— Я просто умею оценивать свои силы, — ответила она.
— Не уверен, — возразил Долохов. — Мне кажется, если бы вам довелось сражаться на поле боя, вы бы не заметили, что лишись руки.
Гермиона снова рассмеялась.
— Дадите совет, Антонин, на что мне нужно делать упор? — поинтересовалась она, поддерживая беседу.
Долохов кивнул и подался вперёд, упираясь локтями в бёдра.
— Я бы советовал вам меньше полагаться на подвижность, а больше налегать на щиты, — мудро проговорил он. — Вы знаете много разнообразных проклятий, но не успеваете взмахивать палочкой, потому что постоянно перемещаетесь. А если успеваете, то заклинания получаются слабыми или пролетают мимо, потому что вы уже думаете о том, куда бежать дальше, — он отпил чай и продолжил: — Но, скажу честно, вы сможете удивить противника, если запрыгнете на него, отбирая палочку.
 
Гермиона усмехнулась.
Они поболтали ещё некоторое время, за которое Грейнджер старалась выяснить что-то о Долохове. Но он отвечал односложно. Более живо он рассуждал о магии. И это было интересно. На десять минут Гермиона даже забыла, что общается с тем, кто оставил ей на груди сетку уродливых шрамов. Вспоминая об этом, она одёргивала себя, потому что сидящий перед ней маг ещё не был фанатичным животным.
И что же со всеми ними случилось? По какой причине они так ожесточатся? И ожесточатся ли?
Прощаясь с Долоховым и Риддлом у камина, Грейнджер решилась рискнуть:
— Гектора не будет ещё неделю, — начала она, — вы не будете против, если я воспользуюсь вашим тренировочным залом? У меня пока не доходят руки заняться площадкой в нашем поместье…
— Никаких проблем, — отмахнулся Долохов по-хозяйски, — буду рад сразиться с вами снова.
— Связывайтесь со мной через камин, когда захотите потренироваться, — процедил Риддл, — всего доброго.
Грейнджер попрощалась и юркнула в зелёное пламя.
***
Гермиона сделала ещё несколько попыток пробраться в школу, но все они закончились неудачей: защитные заклинания замка не пропускали её. Видимо, все тайные проходы были рассчитаны только на учеников. Либо же, в её времени Дамблдор ослабил охранные чары, ведь даже Блэк как-то пробрался на территорию.
Помимо ежедневных тренировок, Грейнджер всё так же продолжала время от времени выбираться в Косую аллею. Во-первых, у неё была цель: «примелькаться» магам. С некоторыми у девушки завязались приятельские отношения. Во «Флориш и Блоттс» ей откладывали книги, которые могли бы её заинтересовать, по мнению милого продавца. Маглорождённый Оскар Смит всегда был рад видеть Гермиону. Его супруга, работающая в лавке подержанных вещей, тоже откладывала редкие экземпляры для ведьмы и с удовольствием болтала с ней, пока не было посетителей. Общаясь с ними, Гермиона надеялась узнать настроения среди магов, не принадлежащих к «высшему» свету.
Однажды она зашла к Ирме с дюжиной пирожных в то время, когда посетителей было меньше всего. Ирма не могла колдовать, она была сквибом. С Оскаром они познакомились, когда тот стал работать в магазине напротив, и всё завертелось… У них было три замечательных ребёнка, двое из которых уже учились в Хогвартсе. Младшая дочь, Алиса, частенько крутилась с матерью или с отцом. Постоянные посетители хорошо относились к девчушке, её ангельская внешность располагала, а детская непосредственность, приправленная ноткой серьёзности, умиляли даже самых серьёзных магов.
И Ирма, и Алиса, были рады видеть Грейнджер. Пока Алиса моталась по лавке, собирая книги, которые, по её мнению, могли заинтересовать девушку, Ирма отлучилась в подсобку готовить чай.
Ведьмы устроились в нише, расположенной неподалёку от стойки продавца и разложили пирожные. Гермиона с напускной серьёзностью принимала книги из ладошек Алисы и комментировала, какие планирует приобрести, а какие нет. Ребёнок с каждым разом всё точнее и точнее угадывал вкусы и предпочтения девушки, и это было занимательно. Ирма внимательно следила за дочерью и клиенткой.
— Это левитировать нельзя, — кивнула она на тяжёлый фолиант, который рассматривала Гермиона.
Та кивнула и передала книгу Алисе, чтобы девочка отнесла её на прилавок. Когда малышка в очередной раз убежала вглубь магазина, скрывшись за книжными полками, Ирма заговорщицки прошептала Гермионе:
 
— Мы с Оскаром планируем открыть свою лавку через пару лет, — её глаза светились энтузиазмом, — обеспечим детям семейное дело.
Гермиона тепло улыбнулась.
— Это хороший план, — кивнула девушка, — а если они не захотят?
Ирма отмахнулась и посмотрела в сторону, где Алиса шелестела страницами.