"Бис" для суфлёра (СИ)

Гораций, казалось, искренне удивился.
— Что ж, в любом случае выход в свет пойдёт вам на пользу, — не сдавался он.
Гермиона кивнула. Она поставила чашку на блюдце и, извинившись, вышла из-за стола и скрылась в библиотеке.
Спустя полчаса и треть прочитанной книги о тёмной магии, которую Гермиона решила выбрать для лёгкого чтения, в библиотеку вошёл Гектор.
— Так и знал, что найду тебя здесь, — прокомментировал он.
— Где же мне ещё быть, — буркнула Гермиона.
Он смерил её взглядом.
— Не воспринимай слова Горация близко к сердцу, просто он человек старых порядков. Сводничество — это его хобби.
— Что же он себе никого не нашёл? — буркнула Грейнджер.
— Он — человек науки, — важно произнёс Гектор, усаживаясь в соседнее кресло. — И немного сексист, — добавил он, — потому что упрямо не желает понимать, что не все женщины стремятся создать семью.
Грейнджер поморщилась и уставилась на строчку, которая отказывалась быть понятой.
— Итак, судя по тому, что я вижу, ты вчера колдовала? Естественно я говорю не о бытовых чарах, — пояснил маг.
Гермиона удивлённо вскинула голову.
— Вы серьёзно различаете, какое колдовство использует маг? — удивилась она.
— Да, — кивнул Гектор. — Я тебе сказал об этом ещё в тот день, когда мы познакомились.
— Я подумала, что это всего лишь оборот речи… Как вы это видите?
— Вокруг тебя изменилась аура, — просто ответил Гектор. Заметив, что Гермиона рассматривает воздух вокруг себя, он усмехнулся. — Для того, чтобы это увидеть, нужны знания и опыт. Да и не каждый волшебник это чувствует так же тонко, как я. Теперь я понимаю, что в первый день чувствовал только эхо тёмной магии. Твой потенциал много выше. И раз ты сейчас сидишь напротив меня вполне здоровая, а не мучаешься после отката, значит вчера ты тоже не потратилась до конца.
Грейнджер слушала его с интересом. Она знала, что многие маги могут видеть эхо того или иного волшебства, но то, что говорил Гектор, не вписывалось в такое простое понятие.
— Мне нужно тренироваться время от времени, чтобы не было сильных откатов, — ответила Гермиона, избегая рассказа о том, какое именно заклинание она использовала, — и, чтобы поддерживать себя в форме.
— В нашей стране тёмные искусства не очень жалуют, — печально произнёс маг; он увидел, что лицо Гермионы помрачнело. — Но это не значит, что ты должна ограничивать себя. Министерство ввело ограничения на использование заклинаний, зелий и артефактов, но оно не отслеживает их.
— Проще говоря, — сказала Гермиона, — можно пользоваться, пока тебя не поймают.
Гектор кивнул.
— Да. Если конечно ты не планируешь кого-нибудь убить.
Гермиона вздрогнула, удивляясь проницательности дяди, но помотала головой. Гектор сцепил руки за головой в замок и откинулся на спинку кресла.
— Министерские работники понимают, что для связи хозяина с поместьем, для защиты дома, проведения фамильных ритуалов и так далее, используется тёмная магия. Некоторые, вроде Дамблдора, — он поморщился, — считают, что можно обойтись и без этой магии. Однако директор тоже связан с замком отнюдь не светлыми чарами. Так что, пока большинство министерских — чистокровные, нас не будут трогать.
— А как живут волшебные семьи, отказавшиеся от тёмных искусств? — поинтересовалась Гермиона.
— Так же, как и мы. Но менее удобно. Уизли, Пруэтты, Поттеры — все они уже несколько поколений живут без связи с поместьями. Уж не знаю, что за события их к этому подтолкнули, — Гектор пожал плечами и нахмурился. — По мне так они просто идиоты, которые приближают себя к маглам. Того гляди и посуду начнут мыть руками.
Гермиона глупо усмехнулась.
— Так что, я бы предпочёл, чтобы ты если и тренировалась, то хотя бы на родовой магии, — добавил Гектор после долгого молчания. — Среди книг, которые тебе необходимо изучить, есть две об этом. Заклинания в них сложные и энергозатратные, но тебе это пойдёт на пользу.
Гермиона перебрала книги, лежащие на столике, и достала одну, с говорящим названием «Родовая магия. Дагворты». Очевидно, что где-то там была и книга от рода Грейнджер. Гермиона открыла оглавление, написанное от руки ровным убористым почерком, чем-то похожим на её собственный. Что ж, здесь действительно было много интересного. Многие семьи поколениями создавали заклинания, ритуалы и обряды и собирали их в так называемые «родовые книги». В основном это были поисковые чары; фамильные ритуалы на праздники, типа Самайна и Рождества; зелья, подстроенные под проблемы, передающиеся между поколениями. Но попадалось и что-то совсем редкое, и странное. Например, обряд, позволяющий забеременеть в любой момент цикла. А следом за ним рецепт зелья, позволяющего контролировать вес.
 
***Идти на вечеринку Слагхорна не хотелось от слова совсем. Судя по тому, насколько ворчливым стал Гектор, его данная перспектива тоже не радовала.
В понедельник они вместе отправились в Косую аллею, чтобы приобрести парадные мантии. Они решили не слишком изменять своим вкусам и взяли серые мантии одного оттенка, расшитые серебристым узором, отчего выглядели довольно празднично.
Гермиону напрягало ещё и то, что Гектор поделился с ней информацией о своём даре. Ей не хотелось, чтобы кто-то раньше времени обратил внимание на неё. Особенно по причине того, что от неё «несёт тёмной магией» — как метко выразился Гектор. И хоть он её и успокаивал тем, что за три дня эхо стало слабее, Гермионе легче не стало.
Они договорились держаться вместе и уйти сразу же, как только ранний уход перестанет быть неприличным.
Гектор крепко взял за руку Гермиону, и они трансгрессировали.
Судя по ощущениям, они всё так же находились в Уилтшире. На заднем дворе Слагхорн поставил огромный белый шатёр со сводчатым потолком. Каркас шатра был украшен зеленью и светящимися зачарованными огнями. С потолка свисала многоярусная люстра, поддерживаемая чарами в воздухе, — массивная конструкция из хрусталя. Смотрелось это невероятно претенциозно, но как ничто другое подходило этому месту и мероприятию. По бокам на одинаковом расстоянии друг от друга стояли плавно двигающиеся белоснежные статуи, между ними располагались фуршетные столы, около которых толпились гости. Гермиона сделала вывод, что они с Гектором явились одни из последних. И этот факт её не расстраивал.
Волшебники сбивались кучками. Все были в пёстрых нарядных мантиях, но изредка встречались женщины в таких тесных платьях, что не могли позволить себе проглотить что-либо весомее пунша. Ведьмы, одетые в классические наряды, смотрели на первых с лихорадочным возмущением. В глазах пестрило от разнообразия цветов. Грейнджеры сильно выбивались из общей картины, словно на них закончилась краска и именно поэтому они явились в сером. Гермиона порадовалась, что настояла на походе за мантиями — новые хотя бы были украшены. Гектор же, повинуясь своей вредности, предлагал пойти в обычных серых.
Они сразу направились к столику с алкоголем и взяли по бокалу пунша, который разливала Эпл, одолженная Горацию. Увидев хозяев, эльфийка расплылась в улыбке и налила им намного больше пунша, чем всем остальным.
Грейнджеры отошли к одной из статуй. Гермиона рассматривала компании волшебников, отмечая знакомые лица. Здесь были почти все, о ком она и так знала, но она всё равно с интересом слушала комментарии Гектора о той или иной семье.
У входа в шатёр показались Слагхорн и волшебник, в котором Гермиона признала Дамблдора. Ну, серьёзно, спутать с кем-то ещё его было трудно. Дамблдор был в мантии лилового цвета с серебряным узором в виде созвездий вдоль рукавов, подола и на плечах, так что он мягко сиял в свете огней, словно звездная туманность. Слагхорн был в бирюзовой мантии, которая была чуть светлее дневного неба, с синим кантом и золотым узором в виде редких волшебных цветов. Вместе маги являли собой то ещё зрелище. Если бы это был конкурс костюмов, Слагхорн и Дамблдор разделили бы первое место.
 
— Нам нужно поздороваться с Горацием до того, как он напьётся, — проговорил Гектор, склонившись к Гермионе. — Но только после того, как от него отойдёт Дамблдор.