"Бис" для суфлёра (СИ)

— Так ты… с Гонтом? — удивился он искренне. — Так вот почему ты меня преследовал, — охнул он. — Всё это время я думал, что ты, Гермиона, встречаешь с Малфоем, — он махнул куда-то себе за спину. — Знаешь, он никогда не давал нам пообщаться, уводил тебя от меня. Но… что ж, теперь всё встало на свои места, — мужчина нахмурился. — Я догадывался, что ты лояльно относишься к тёмной магии, но встречаться с тем, кто бросается непростительными…
Он скривился, качая головой, и ушёл, не оглядываясь.
Гермиона осталась стоять на месте, раскрыв рот от изумления. Проводив спину Нобби долгим взглядом, Грейнджер посмотрела на Тома.
— Когда? — только и спросила она.
— После открытия приюта, — честно ответил Том.
Гермиона тяжело вздохнула и опустошила бокал. Подержав во рту вязкую бордовую жидкость, она глотнула и покачала головой.
— Кого ещё ты пытал?
Риддл изумлённо на неё посмотрел.
— Больше никого, Гермиона, — искренне признался он. — Просто Лич, он… Я ненавижу его. Я хочу его убить. Но не делаю этого, потому что ты попросила, Гермиона.
Она рассмеялась и покачала головой, в уголках глаз скопились слёзы.
— Я устала от твоей ревности, одержимости, собственничества, что там у тебя, Том. Это просто… невыносимо, — вздохнула она.
Риддл крепче сжал её руку.
— Это случилось давно, — сказал он. — И я успел пожалеть о своём необдуманном поступке, — кажется, он говорил вполне искренне.
— Я не могу допустить, чтобы ты проклинал тех, кто тебе не угоден, Том. Тем более, из-за меня. Нет, — она покачала головой. — Из-за тебя. Твоей неуверенности в себе!
Риддл расхохотался.
— Неуверенности в себе?
— Как ещё можно объяснить твою… жажду проклинать каждого, кто заговорит со мной?
— Как угодно, но только не так, — он покачал головой, усмехаясь.
— Ладно, — она отмахнулась, — но непростительные, Том…
— Послушай, — оборвал он, явно выходя из себя, — я обещал не проклинать тебя. О Личе речи не было. Давай оставим эту тему, хорошо? Я обещаю тебе, что никогда больше не прикоснусь к нему.
Грейнджер смерила мужчину недоверчивым взглядом и тяжело вздохнула.
— Хорошо, — протянула она, вымученно улыбаясь.
— Я хочу потанцевать с тобой, — объявил Том. — Раз уж твоя карточка всё равно зачарована.
— Ну, раз уж кто-то зачаровал мою карточку, то у меня, похоже, нет выбора, — вздохнула Гермиона.
Она отставила пустой бокал на поднос и позволила Риддлу вести её.
Они вышли в центр зала, теряясь в толпе магов, и закружились в танце. Гермиона прикрыла глаза, вдыхая мускусный запах Тома, позволяя себе раствориться в волшебных ощущениях. Он прижимал её к себе крепче, чем следовало, но так она чувствовала его тело. Сквозь слои одежды, ощущала его жар. Его ладонь, покоящаяся на талии, легла сначала на спину, а потом плавно опустилась вниз. И поднялась вверх, повторяя движение.
Внизу живота собрался горячий тугой комок. Грейнджер, теснее прижимая бёдра к Риддлу, почувствовала, что он тоже возбуждён.
— Если мы не уйдём отсюда сейчас, — прошептал Том, опаляя её шею дыханием, — то я возьму тебя прямо здесь.
— Думаю, мы уже вполне можем удалиться отсюда незаметно, — в тон ему ответила девушка.
Приняв её ответ, как согласие, он немедленно отстранился от девушки и поспешил в сторону выхода, буквально таща её за собой. Они несколько раз ныряли в ниши, целуя друг друга и сгорая от желания. Стоило им выпасть из камина, как Том закрыл его и отбросил палочку в сторону. Он толкнул Гермиону к стене, задирая платье вверх, и спустил брюки. Придерживая её за бёдра, он вошёл на всю длину и замер. Грейнджер застонала от удовольствия.
— Вот так хорошо, — прошептал маг, упираясь лбом в её лоб, и облегчённо выдыхая. — Так правильно, — сказал он, несильно толкнувшись.
— Мерлин, — простонала Грейнджер. — Том, двигайся, — попросила она, захныкав.
Риддл послушался. Его руки крепко сжимали бёдра — явно останутся синяки — а губы скользили по телу. Он то и дело прикусывал её кожу до крови и тут же зализывал раны, словно ему было мало одного секса. Грейнджер стонала, как одержимая. Она слишком долго его ждала, чтобы сдерживать себя, её руки были везде — на спине, плечах, во влажных, запутавшихся волосах.
 
— Моя ведьма, — прорычал он, сильнее вколачиваясь и насаживая её на себя.
У Гермионы на языке вертелось что-то, буквально вырывалось, но она сдерживала себя, чтобы не сказать это вслух. Вместо этого она притянула лицо Риддла и опустила губы на его, прикусывая и посасывая их. Она чувствовала, как плавится от ощущений, как плавится Том прижимая к ней.
Он сделал резкий рывок и излился в неё. Но не отпустил, вместо этого он принялся расшнуровывать её платье, а Гермиона — расстёгивать его рубашку, продолжая целовать его, обвивая его талию ногами.
— Прости, дорогая, но до постели мы не дойдём, — прохрипел Риддл.
Он опустил её на ковёр, срывая одежду и с неё, и с себя. Она как завороженная смотрела на его голый торс, когда он отстранился, чтобы сбросить рубашку, мечтая почувствовать его горячую кожу на себе. Том тяжело дышал, она практически перестала дышать, а потом они просто набросились друг на друга, лаская всё, до чего дотягивались горячие, как огонь, ладони.
Том навис сверху, раздвигая коленом её ноги, Гермиона невольно подалась бёдрами вперёд и опустила ладонь на член. Её ладошка заскользила по всей его длине, Том прикусил её губу, когда большой палец прошёлся по уздечке.
— Что ты со мной делаешь, Гермиона, — простонал он, переворачивая её на живот и раздвигая её ноги. — Я больше не хочу ни на минуту расставаться, — сказал он, входя в неё.
Грейнджер что-то согласно простонала. Перед глазами затанцевали чернильные пятна, в ушах застучало. И, когда Риддл в очередной раз погрузился во влагалище, она кончила, выгибаясь, прижимаясь спиной к его груди. Его ладонь опустилась на её шею.
— Это только для меня, — прошептал он.
Не давая ей передышку, он продолжал двигаться в ней, придерживая её тело.
Грейнджер почувствовала, как накатывает вторая волна оргазма и судорожно вздохнула, всхлипывая. Она двигала бёдрами ему на встречу, и опустила пальцы на клитор, чтобы ускорить приближение удовольствие.
— Сделай это для меня, — хрипло сказал Том.
Отстранённо Грейнджер заметила, что сегодня он чересчур разговорчив, но не успела зацепиться за эту мысль. Риддл сбился с ритма, его движения стали хаотичными, а с губ срывались стоны.
Они кончили одновременно, и Том упал на неё, обхватывая руками и ногами, переплетая конечности, вжимая её в себя.
Они долго лежали, замерев, переводя дыхание.
— Гермиона, — позвал Том.
— Да? — отстранённо проговорила девушка.
— Мне нужно будет уехать через пару недель, — сказал он, и Грейнджер уже набрала в грудь воздуха, но не успела ничего сказать, Риддл продолжил: — Я хочу, чтобы ты отправилась со мной. В Финляндию, сначала в Энтокиё, затем в Кильписъярви.
— Зачем?
— Там у меня назначена встреча по поводу тиары Слун, помнишь, я тебе о ней рассказывал? — ведьма кивнула. — Продавец, наконец, согласился встретиться со мной. Антонин уже взял выходные, чтобы сопровождать меня, но я не хочу снова расставаться на длительный срок.
В голове Грейнджер завертелись мысли. Ей тоже не хотелось расставаться. Но через две недели Гектор должен был лечь в больницу для очередного курса химиотерапии, и она не могла оставить его одного.
— Как долго ты планируешь там пробыть?
— От недели до двух, — ответил Том. — Зависит от того, как нас там встретят. Это не совсем… безопасно. И я говорю не о некромантах, которые по слухам водятся в Кильписъярви, а о вполне себе реальных волшебниках…
 
Гермиона не слушала дальше. Некроманты. Это её шанс. Она придумает, как объяснить своё отсутствие Гектору.
— Я согласна, — кивнула Гермиона, — да, я с удовольствием отправлюсь с вами.
Том, казалось, облегчённо выдохнул.
Он поцеловал её плечо, потом шею, прикусил мочку уха, и Гермиона почувствовала, как внизу живота снова зарождается тепло, разливающееся по всему телу. Она поёрзала, чувствуя, как ей в спину упирается его эрекция. Риддл застонал, толкнувшись бёдрами.