Рождение (СИ)
Где-то к полудню добрались до переправы. Здесь пасутся кромы и ютятся несколько ваммаров. Силион успела уже добраться сюда и всех предупредила. Потому нежданными гостями они не стали.
Осилзский осмотрел ферму и задумчиво провозгласил зеленооким спутникам, смиренно застывшим пред уважаемой всеми личностью:
— Вот здесь и будете теперь жить! Здесь надо помогать с уходом за кромами. Место тайное, о котором никто не должен знать, а потому… — сделал многозначительную паузу. Лаури переглянулся с подростком рядом и устремился вперёд в безумно смелом для него решении обратиться без разрешения:
— Не надо! Мы никуда не уйдём! Не стоит! Оставьте зрение! Не надо! Хотя б ему! Он же ещё ребёнок совсем! Мы же не умеем ориентироваться и всё равно не сможем уйти!
Его голос предательски срывается от ужаса, заставившего ошалеть предводителя Сопротивления, даже не предполагавшего, что его фразу можно истолковать так.
— Вас тут никто не обидит! Чего вы оба, в самом деле?! Всё будет теперь с вами хорошо! Тут вы вольные, как и все! Понимаешь?
Освобождённый растерянно прикусил губу, попытался расшифровать услышанное, но не сумел.
Теперь, если кто-то и шёл по их весьма запутанному следу, то давно потерялся в пути. Отправление в Убежище отложили на несколько дней. Здесь пока остаются Рангма, Хмарри и ещё один начинающий оттоир. Когда Сиано случайно оказалась наедине с непривычными работниками, попробовала разговорить их. Рассмотрев белобрысого паренька, невзначай прямолинейно заметила:
— Хорошенький какой! Надо же!
Ситтиан сжался, обхватывая себя за плечи, а Лаури бросился между ними, вежливо поклонился и мелодично проворковал:
— Он ещё неопытный… Лучше со мной. Я ласковый! Я сделаю, как понравится! Хотите посмотреть? Мне раздеться?
Его губы растянулись в вежливой улыбке. Осознав смысл его предложения, девушка вспыхнула, влепила звонкую пощёчину, развернулась и пошагала прочь, не находя сил в себе даже сказать что-либо. Гибрид смиренно пытался улыбаться ей вслед, а затем тяжело вздохнул и устало покосился на подростка, беспомощно всхлипнувшего позади. Хмарри подбежал к чудаковатой парочке и замахнулся на старшего от переизбытка эмоций, хотя и не собирался бить.
— Да как ты можешь девушке такое предлагать? У нас тут твои услуги никому не надобны! Здесь ты свободен! Ты оскорбил её! Неужели непонятно?!
И вдруг заметил: гибрид торопливо отвёл кулаки назад, втянул голову в плечи и покорно склонился, ожидая удара, позволяя бить по самым болезненным и опасным для жизни местам.
— Никто бить тебя тут без особой причины не станет! Перестань уже так себя вести! — с досадой попросил Суари и потрепал по плечу бедолагу. Зелёные глаза поднялись навстречу с робкой благодарностью. — Страшно, да? Здесь совсем другие правила? Ничего, освоишься!
Таким образом именно Хмарри пришлось обучить требуемым задачам выдернутых волей случая с самого дна общества цивилизации. Кроме выпаса, надо ещё приносить нужные растения, собирать откладываемые кромами яйца и молоко, убирать в загоне. Сложностей это не вызывает.
Глава 37
ПЕРВЫЙ УРОК ЛАУРИ
Ситтиан не встал на следующее утро. Сиано тихонько попросила Хмарри проверить состояние юноши, над которым испуганно застыл Лаури. Услышав приближающуюся поступь, старший гибрид хрипло выдавил:
— Я буду работать больше. За двоих. Я смогу какое-то время. Он вылечится! Он встанет!
— Простудился ночью, должно быть. Сыро… Позовём врачевателя. Посмотрит, — попытка успокоить провалилась. Новичок беспомощно прикусил губу, пряча непонятно застывший взгляд. Его плечи тяжело опустились, словно бы какой-то невидимый вес навалился. Девушка воспользовалась присутствием Соула и сообщила ему о возникшей проблеме. Лекарь поколебался, но всё же вынужден был задать вопрос Ланакэну:
— Если всё серьёзно… Мы можем взять парнишку в Убежище? Мальчик вырос в комнатных условиях. Он не привык спать под открытым небом. Если сильно простудился, то может погибнуть от болезни.
Осилзский долго внимательно смотрел на друга, но пришлось дать согласие и кивнуть. Силион с сочувствием покосилась на приютившихся в сторонке полукровок. Уж чрезмерно тяжко даётся им, неосведомлённым о вероятности подобного, воля. Предводитель Сопротивления украдкой исследовал её черты: как ни странно, внешность у женщины заметно отличается от них. Судя по всему, из-за того, что она всего лишь на четверть человек, а не на половину, григстанские гены в значительной степени преобладают. Не удивительно потому, насколько отец не хотел принимать гибридного происхождения девочки, беря её в семью.
Нгдаси направился к больному со спокойной душой, когда к нему приблизился получеловек со странно несчастным выражением на тонких чертах. Собрав всю смелость, Лаури метнулся к вырвавшему его у неволи чистокровному, упёрся трясущимися ладонями в его грудь и зачастил:
— Не надо! Не усыпляйте! Он вылечится! Я выхожу! Не надо! Он же ещё неопытный ребёнок! Он крепкий! Встанет!
Соул нехотя остановился, заглядывая в умоляющие влажные изумрудные глаза.
— Я ничего страшного не сделаю мальчонке. Ему нужен осмотр. Я вылечу. Но в Убежище ему будет проще встать на ноги, чем на болотах. Успокойся!
— Не надо! Не трогайте его! — не поверил. Аргументы показались настолько невозможными, что только сильнее надавил, непроизвольно жмурясь в предчувствии удара за столь дерзкий поступок. И никакая угроза кары не удержит от порыва избавить подростка от расправы. Нгдаси легко подхватил его запястья, чуть развернулся и отбросил в сторону. Вызволенный невольник остался стоять, ссутулившись, пока лекарь осмотрел пациента и увёл к ваммару, избрав наиболее быстрый способ перемещения. А Лаури, шатаясь, добрёл до ближайшего дерева и упал на колени. С огромным трудом переборол рвущиеся на волю слёзы, сжался и уткнулся лбом в шершавую кору. Сиано впервые после их небольшой стычки осмелилась подойти и тихонько произнесла:
— Нгдаси очень хороший лекарь! Он скоро поднимет Ситтиана! Чего ты?!
— Я… я никогда не увижу его больше… никогда! — хрипло сорвалось собственное убеждение с губ бывшего раба, продолжающего не верить. Прежде ни одно живое существо не стало бы тратить особо сил на лечение сильно больного падшего. Абсурдность самой возможности принять такие слова очевидна. Осталось лишь смириться с бесправной судьбой, приговорившей их ещё до рождения без причины.
С этого момента Лаури словно бы погас, уйдя глубоко в свои переживания. Окружающий мир для него померк. За тот период, что он пробыл вместе с мальчиком, григстанская игрушка стал относиться к единственному тут соплеменнику, словно к родственнику. Разлука и убеждённость в гибели малыша подкосила все силы. Практически перестал есть. Даже ходит теперь шатко, словно бы ноги не держат прочно. Убеждённость, будто взмывшие ваммары не могли унести к исцелению его сородича, мучительно давит на мозг.
Через неделю небольшого отдыха у кромовой фермы Ланакэн повёл людей обратно. Именно тогда Сиано решила привезти на ферму брата: уж он видел наверняка в Убежище Ситтиана живым. Раздавленное состояние гибрида её уже серьёзно беспокоит.
Марис воспринял предложение старшей сестры с восхищением — это позволит пожить под открытым небом! Младшие сестра и брат недолго вполне обойдутся и без него. К тому же обещается возможность проверить свои силы в настоящем полёте на ваммаре! Друзья потом от зависти локти себе кусать станут! Он проведал Ситтиана, узнал, что странный юноша уже вполне здоров и подружился с немым Кири. Именно благодаря такому обществу, маленький гибрид постепенно привыкает к новым условиям, хотя и скучает по Лаури. Несколько женщин из сборщиц урожая стали по-очереди кормить пугливого юношу. Ему освоиться с непривычным окружением оказалось не так и сложно.
В день, когда вернулся Осилзский, Сиано воспользовалась возможностью не встречаться с человеческим герцогом и, прихватив брата, вновь взвилась ввысь. Уже познаваемое удовольствие от необузданной свободы перемещения утоляет горечь в душе. Ветер игриво гладит щёки, пытается вырвать из-под капюшона пряди волос… Небо и тёплый мех… Что ещё надо для счастья девушке?!