Рождение (СИ)

— Думаю, вы захотите удостовериться в соответствии документа вашим пожеланиям. Я подожду, не беспокойтесь. Такие дела не терпят спешки и волнения.
Стараясь не выдать, насколько его смущает подобная необходимость, Создатель Убежища передал листок Риулу, выступавшему в роли чтеца. Судя по глазам, будущий князь отметил в уме особенность. Ланакэн слушал дотошно, стараясь не пропустить ни слова, произнесённого Шоу. Весь договор он молчал. Сиото учёл, кажется, все пункты. В случае успехов, замок в Ристане отходит новому герцогу Осилзскому. Силион изумлённо уточнила:
— Ристанский замок?
— Да. Я намерен перенести столицу в Руали. В Ристане слишком много сторонников Фунала Тарокко. Кстати, подозреваю, скоро окажется вакантно место баронов Руали. Какие-нибудь пожелания у Силион Окналзски будут на сей счёт? — уточнил Косимон вкрадчиво, словно балансируя на проволоке над лужей с помоями.
— Я не претендую. Испытание Крови в порядке общей очереди Кандидатов, — отозвалась женщина.
— Понимаю. Таузски. Ведь победят непременно они. Твои люди в моём городе. Умно. С одной стороны, благодарность за верную службу, а с другой… Но не стоит забывать, что Руали становится официальной столицей, а значит — там правлю я, — напомнил как можно мягче, но, очевидно, нервничает.
— Конечно, господин Сиото. Но род Таузски служит мне. Придётся считаться с этим отклонением от стандартной системы. Думаю, это никоим образом не помешает Вашим планам, — она была самой вежливостью, но наследник князя непроизвольно чуть опустил веки, наблюдая за удивительной посредницей.
— Договор устраивает по всем пунктам, господин Ланакэн?
Лидер тайного города взвешивает всё в уме, на всякий случай посмотрел на своих союзников. Силион едва различимо кивнула. Риул явно хочет всё поскорее завершить.
— Да. Этот документ полностью соответствует нашим пожеланиям, господин Сиото, — приемник Аюту жестом велел положить рыжему товарищу бумагу обратно на маленький высокий стол. Картограф сделал это с таким благоговением, что ненароком вызвал доброжелательную улыбку у Косимона. Рабы, стоящие позади него, неспокойно переглядываются, стараясь предугадать своё здесь предназначение. Высокородный поставил роспись и учтиво уточнил:
— Насколько я понимаю, ты не обучен грамоте? Можешь оставить отпечаток пальца. Этого будет достаточно.
— У нашего народа существует старинный обычай: любые договора, изменяющие с этого момента и до смерти судьбу человека или его рода, скрепляются кровью, — спокойно предложил прежний земледелец.
— Отлично! Пусть так! Любая экспертиза сможет удостоверить подпись, — удовлетворённо кивнул собеседник и жестом велел не реагировать на происходящее своим спутникам. Ланакэн немного вынул левой рукой из ножен меч, чтобы показалось лезвие, и провёл по нему большим пальцем правой руки. Большинство григстанов ещё должны быть не в курсе его равноценного владения левой, а потому так выглядит намного безопаснее для стоящего напротив. Оставив на шершавой поверхности свой след, неосознанно вздохнул.
— Осталось за малым: действие договора начнётся с момента, когда ты принесёшь присягу. Что ж… На колени, Осилзский. Я жду твоих слов, — прозвучало громко и неприятно. Как бы морально ни готовился, всё-таки слишком коробит. Силион заметила, сколь тяжело борется с собой её любимый и помогла сгладить неловкость:
— Наши обычаи слишком непривычны для человеческого народа. Это непросто.
— Хорошо. Я не собираюсь заострять внимание на колебаниях, — благоразумно согласился будущий князь. Последователь Аюту справился и опустился перед ним на колени, неуверенно повторяя заученные слова:
— Присягаю быть верным Вам до последней капли крови, склоняя род Осилзских перед Вашим. Можете приказывать и распоряжаться, князь Сиото Косимон!
— Благодарю тебя, герцог Ланакэн Осилзский! Для меня великая честь принять твоё служение. Со своей стороны обязуюсь не злоупотреблять этим великим даром и ценить, как величайшее сокровище, — отозвался высокородный, удовлетворённо выдохнув. Когда человек встал, его новый повелитель внезапно негромко рассмеялся:
 
— Силион, а я запомню твою предусмотрительность! Даже я осознал полностью твои уловки только теперь! Отменно! Посмотрим, как будет дальше, — в зелёном взгляде мужчины улавливается тревожное замешательство. Однако, заметив оторопь новоиспечённого дворянина, расслабился и ласково объявил:
— Кстати, у меня есть небольшой подарок для вас всех в честь столь знаменательного события. Я собрал здесь всех моих человеческих слуг. В подтверждение всей процедуры, они уйдут с вами. Один из них несколько строптив: постарайтесь оставаться начеку, пока не поймёт суть произошедшего. Чтобы не возникло проблем в городе, я оформил документы на Силион. По ним она фигурирует, как Силион Солузски, — широким жестом велел живому имуществу идти за человеческим представительством.
Когда они попрощались и немного отошли, Создатель Убежища украдкой отметил:
— «Подарок»? Подозреваю, планировал ими прикрыться, в случае подвоха, как щитом. Но всё равно отлично.
— Это было сложно для Вас, — задумчиво проронила женщина. — Вы не считаете его достойным Вашего служения?
— Я его первый раз в жизни вижу, вообще-то. Ничего конкретного о нём пока не думаю, но… Лучше уж я стану на колени, чем мой народ! — весьма резко бросил спутник, заставив её остановиться. — Что-то не так?
— Вы говорите, как настоящий кровный дворянин… Странно даже… Откуда в Вас это вложено? — с восхищением прошептала малышка.
— А почему он сказал такие странные слова про тебя, кстати? — смутился и перевёл тему разговора бывший крестьянин.
— Потому что я, согласно статусу только Вашей женщины, не подпадаю под данную Вами присягу, а дать свою клятву тоже не имею права, ведь считаюсь пока частично подчинённой Вам. Если сына Вы не признаете официально собственным наследником, то он также остаётся свободным от каких бы то ни было обязательств. К тому же на Испытании Крови победит Таралина. Она учила меня метанию когда-то. Я уверена в её способностях. Таким образом, в Руали будет баронесса, давшая мне клятву верности, хотя я и не являюсь даже дворянкой. Ситуация складывается несколько неприятная для Сиото. Особенно учитывая, что род Окналзски считался дублирующим рода Тарокко на княжение.
— А если бы ты была моей женой?
— Он был бы счастлив такому повороту, несколько успокоившись. Ведь в этом случае я становилась бы автоматически его подчинённой, — спокойно разъяснила, даже на мгновение не поколебавшись от затронутой неприятной темы. — Наверное, в нынешнем положении я для Вас выгоднее в чём-то.
Оказавшись за пределами городской стены, приостановились: освобождённые застыли, любуясь открывшейся прекрасной картиной изгибающейся среди лугов Малоокки, сияющей в полуденном солнце. Отсюда мир раскрывается просторами Оутласта и глубинами неба. Бездонными и привольными. Ланакэн обернулся, чтобы посмотреть на своё ещё ничего не разумеющее сопровождение. Взгляд споткнулся о стоящего рядом широкоплечего черноволосого мужчину, немного старше тридцати. По смуглым щекам медленно скользят слёзы упоения представшим зрелищем. Он вынужденно закрылся большими ладонями, стараясь спрятать собственную эмоциональность. Осилзский не упустил, что у бывшего раба нет обоих мизинцев. Впрочем, клеймо ферм тоже отсутствует. Вспомнилось брошенное Сиото, будто один из них слишком строптив и может сгоряча что-нибудь отмочить. Строптив? Он пытался бежать шесть раз! Мало кто решался, боясь наказания, даже подумать о попытке выбраться, а этот снова и снова упрямо рвался на волю. Когда руки опустились, на мужественном лице осталась лишь отчаянная решимость. Незнакомец болезненно покосился на Силион, которую считает всё ещё своей новой хозяйкой, и понёсся, словно обезумев. Физическая подготовка человеческого слуги оставляет желать лучшего (хоть и крайне могуч, но не годится для «соревнований» в скорости), а потому предводитель Сопротивления быстро нагнал, повалил на траву и перевернул на спину. Сцепив зубы, несчастный молчит, не пытается сопротивляться. Уставился в одну точку перед собой, преисполненный мечтой и беспомощным ожиданием расправы.