Рождение (СИ)
— Ведь ты же григстанка… Вам всё равно с кем, не так ли… А если со мною? Давай? Это было бы весело! Ничего не обещающая ночка между двумя врагами!
Его бледные глаза натолкнулись на подошедшего Ланакэна. Но останавливаться не собирается. Очевидно, даже доволен, что именно предводитель Сопротивления станет свидетелем разговора. Осилзский остановился и молча посмотрел прямо на него, незамеченный спутницей.
— Так как? А, Силион? — житель Шукрских чащ выдохнул воздух ей на длинную девчачью шею, откровенно стараясь возбудить. Тални уже снова рядом, обеспокоенный не на шутку происходящим. Гаур и не заметил, как кровная кандидатка поднесла ладошку ко рту, стараясь перебороть тошноту. День верховой езды в её нынешнем положении даром не прошёл. Его слова, что называется, влетели в одно ухо и вылетели в другое, не оставив даже напоминания. Лишь неприятный осадок где-то в самых дальних уголках ума.
— Простите, господин Тиннарис… Мне надо удалиться! — хрипло выдавила и бросилась наутёк, оставив прилипчивого «ухажёра» в прострации от настолько специфической реакции. Создатель Убежища беззвучно подавился смехом, наблюдая за полным досады оппонентом.
— Странная женщина…
— Да она и не услышала твоего предложения! Ей плохо стало. Когда ждёшь ребёнка — бывает! — залился хохотом рыборазводчик, росший некогда в большой семье и без труда угадывающий проблемы соратницы.
— Уж поверь мне, Ланакэн, раньше или позже, а согласится! Она только григстанка! У них не настолько развито чувство любви, как у человека! Зря тешишься иллюзиями! Впрочем, лучше сказать — такого чувства у них вообще нет! — бросил зло новичок. Создатель Убежища чётко и достаточно громко отозвался:
— Сегодня ты пытался навредить женщине, ждущей от меня ребёнка. Ей нельзя нервничать. Потому я могу это расценивать, как угрозу жизни ей и будущему малышу. По всем нашим законам я мог бы вызвать тебя на поединок. Учитывая, что ты отныне мой подчинённый, я прощаю на сей раз. В следующий — мы скрестим мечи.
Наследник Аюту развернулся и быстро пошагал проверить выставленный на ночь дозор, стараясь успокоиться. А стоявший рядом Кама под нос себе пробубнил:
— Он на нынешний момент считается лучшим бойцом в Убежище. Так что смело можешь считать: тебе повезло! А вообще… Не хотелось бы мне оказаться на твоём месте!
Дитя Леса бесцеремонно усмехнулся, глубоко оскорбив Тина — среди своего окружения он считается до сих пор непревзойдённым мастером. Но поддаваться досаде не собирается, равно как и сдаваться. Наоборот — поставил себе первостепенную задачу: проверить, насколько хорош с оружием нынешний руководитель подземного города. Слова дерзкого мальца без подтверждения вызывают серьёзные сомнения в достоверности.
* * *Когда на горизонте появились первые проплешины пустоши Раднаара, Тални всё-таки отбросил колебания и с суровой миной занялся сбором пёстрых полевых цветов. Весь его облик кричит: лучше парня не трогать. Увлекался занятием всё больше и больше, старательно подбирая самые крупные и яркие из попадающихся растений. Соул занервничал, ибо почувствовал: старого друга итак смутил прошлый букет молодого товарища, куда ближе по возрасту подходившего Силион, но до сих пор не проявлявшего никаких других знаков излишнего внимания к григстанке. Кажется, Осилзский ощутил приступ ревности тогда, хоть и не признался даже себе. В добавок, у Кама есть в арсенале неприятная особенность, данная им разницей в возрасте и положении: даже на поединок не вызовешь, если что, ибо мальчишка никак не годится в соперники. Однако на сей раз юноша не стал презентовать подношение спутнице, а застенчиво понёс в Убежище. Прошлую рекомендацию товарищей нашёл вполне уместной, только очень боялся очередных насмешек с их стороны. Силион постаралась не рассмеяться, наблюдая за насупившимся соратником. И тут обнаружила, к немалому своему смятению, как Ланакэн украдкой облегчённо вздохнул, старательно отворачиваясь. На губах предводителя Сопротивления промелькнула радостная улыбка — опасения не подтвердились.
Глава 32
ОТКРОВЕННОСТЬ
Народ поспешно собирался, привлечённый известием о возвращении предводителя и его спутников с пополнением. Соул радостно кинулся навстречу топчущемуся в сторонке Кири. Мальчик просиял улыбкой и потянулся к лекарю, вызвав непривычную нежность на его резких чертах. Тални что-то буркнул про необходимость проверить рыбу и поторопился к Лиам, явно желая застать её одну, во избежание лишнего внимания (Риул может быть где-то поблизости, а иногда его общество сильно смущает). Постепенно люди расходятся, шумно обсуждая последние события. Осилзский помог распределить ошалевших от грандиозности увиденного новичков, стараясь не замечать пристального взора на сей раз держащейся на некотором расстоянии Дамиссы, выяснил: накануне вечером прибыли оттоиры с ваммарами. Отныне они селились неподалёку от нгутов. Судя по всему, остаётся лишь передохнуть и выступить на кромовые фермы. Всё складывается по планам, немного успокаивая Ланакэна. Представилась реальная возможность немного передохнуть.
Одда заметила, как Шоу вошёл в зал и, на мгновение притянув проходившую мимо молоденькую женщину, что-то шепнул ей на ухо. Та рассмеялась, но, тем не менее, отвесила ему лёгкий подзатыльник и поторопилась дальше. Хохотнул, проводив красотку озорным взглядом.
— Ты здесь недавно, да? Вот от этого шалопая лучше держаться подальше. Он, конечно, ещё вместе с Шамулом сражался, но характер невыносимый! Вечно руки распускает в своей «любвеобильности»! Хотя, почитай что герой Сопротивления! — посоветовала стоящая рядом Арнат, сурово следя за картографом. Она и не предполагала, насколько по другому воспринимаются её слова. Фуи чуть нахмурилась, запоминая человека, которого следует опасаться. Для бывшей падшей «распускать руки» воспринимается вовсе не так же, как у рождённой на воле собеседницы. Опыт общения с григстанами вывел из сказанного определённую характеристику и склонность к насилию у незнакомца, пугающего даже настолько крепкую вольнорождённую с явно не трусливым нравом. И тут Одда заметила Силион. В предыдущий раз ей не удалось пообщаться с нею. Теперь же явно предоставляется шанс выразить всю благодарность, что рвётся наружу, невысказанная. Ведь при их единственной встрече игрушка Римма даже не подозревала, какой дар преподносит ей появление в жизни именитой григстанки.
Светловолосая девушка нагнала освободительницу и несмело обратилась:
— Госпожа Окналзски!.. Я… Я так благодарна Вам за то, что меня освободили! Я… Спасибо!..
Подруга бывшего хозяина обернулась и мягко улыбнулась, но в глазах читается очевидная неловкость.
— Я… Здесь я не выше тебя по статусу… Ещё здесь не обращаются «госпожа». У них так не принято. И ещё… Здесь я просто Силион. Не Окналзски. Только Силион [19], - голос всё-таки предательски дрогнул. Торопливо наклонила голову, прощаясь, и поторопилась по своим делам, оставив ошарашенную Фуи. Именно тогда рядом оказалась Дамисса. В надменном лице мелькнуло странное выражение, когда язвительно бросила бывшей претендентке на дворянство:
— Ну, падшая, как дела? Хозяин ещё благоволит тебе? Видно, не настолько и плоха, как выглядишь.
Одда не могла даже пальцем пошевелить, наблюдая представшее зрелище. Взгляд насмешницы незаинтересованно скользнул по новоиспечённой наезднице и скрылся под роскошными ресницами. Чудовищно: женщина, воспитанная в замке Руали, здесь на столь низкой ступени; в человеческом сообществе тоже существуют падшие, но… видимо, ими становятся григстанки и, возможно, полукровки?.. Фуи не упустила, как старается не выдать свои эмоции её спасительница, и всё-таки даже суставы побелели — так плотно стиснулись маленькие кулачки. Боль оскорбления, на которое даже ответить нечего, проявилась слишком очевидно для новой жительницы Убежища. Бывшая игрушка Таузски прерывисто вздохнула, лишь теперь осознав: от удивления даже дышать перестала, — и бросилась за той, кто преподнёс волю. Всем сердцем жаждет лишь одного: утешить, поддержать хоть в чем-то… Однако не успела сделать и пары шагов, как дорогу преградил рыжеволосый крепкий мужчина. Именно о нём слышала столь тревожащие отзывы.