Рождение (СИ)
* * *Лиам несмело подошла к самой кромке берега и посмотрела вниз. Словно бы не водоём, а один большой кусок полированного хрусталя: всё чётко можно разглядеть, столь каменно-неподвижно. У надсмотрщика как-то видела похожий кристалл-сувенир. Не верится, будто там может скрываться что-либо живое. Рядом гулко раздались торопливые шаги Тални, спешившего покормить своих подопечных.
— Любоваться — любуйся, а воды не тронь, — ещё на расстоянии потребовал он строго, но, подойдя ближе, оробел от осознания, что разговаривает с юной полненькой девушкой, беспокойно сжавшейся под неожиданным присмотром статного вольнорождённого с обнажёнными жилистыми загорелыми руками, красноречиво подсказывающими образ жизни воина. Её коротко стриженные волосы, словно у мальчика, сделали лицо ещё более круглым, но ей подходит, придаёт облику некоторую уютность. Латаное длинное платье, явно с чужого плеча, выдаёт происхождение ещё лучше, чем запуганность — у дикой человеческой общины не хватило запасов, скидывались старьём на буквально нагих новичков.
— Извините… Я не хотела помешать! Я… Я просто посмотреть… Столько рассказывают небылиц… Я ухожу уже! Я не трогала! — попятилась, споткнулась и чуть не упала, но парень вовремя подхватил под локоть (благо, выработал неплохую реакцию при обучении фехтованию) и учтиво предложил:
— Так торопишься, словно б натворила чего… Я ж не прогоняю. Смотри, коли любо! Было бы на что… Страшные они у меня, честно говоря… Не понравятся, наверное.
— Дело не в красоте… Такое только хозяева умели! Они растят на пропитание рыбу где-то дальше в долине… Слышала когда-то. Это великое умение! — поделилась посетительница с восхищением, вызвавшим одновременно радостную гордость и приступ застенчивости.
— Да что я умею… Это Силион меня учила всему. Я повторить пытаюсь. Икру вот отложили недавно, как она и говорила. Я загородку для мальков соорудил, а то они в большинстве своём погибнут. Вот и всё. Кормлю их — они приплывают сами.
— А кто тебе помогает? — полюбопытствовала гостья, приободряясь.
— А чего мне пока помогать? Сам справляюсь. Если пойдёт сильно много работы — поговорю с Осилзским. Чтобы кого снарядил. Но пока без надобности, — признался Кама. Почему-то это вызвало разочарование слушательницы, поэтому молодой человек поспешил показать свои «владения» и поведать об их особенностях. Самому казалось, что всего лишь поддерживает разговор, но она действительно увлеклась: внимает каждому слову, уточняет сложное. Приободрилась и даже заулыбалась, то и дело с неумелым кокетством подёргивая себя за коротенькую чёлку. Но потом кого-то увидела за спиной рассказчика и померкла, словно кто задул огонёк.
— Столько нового узнала, Лиам! Занимательно? Правда? — прозвучавшее вызвало дрожь, скользнувшую по округлым плечам. Только-что любопытные голубые глазёнки потухли, наполнившись чем-то неведомым для рождённого на свободе.
— Я пойду, — сказала почти шёпотом и поторопилась куда-то. Сунату немного постоял, откланялся и пошёл следом за нею. Ни единый мускул не выдал его эмоции. Будто дрокк [14].
— Ты бы поосторожнее с планами нашего дальнейшего пропитания. Не надо это всем знать, Тални. Не надо, — мягко велел Ланакэн. От неожиданности молодой друг чуть сам не свалился в свой бассейн. Раздосадованно выругался и угрюмо покосился на очередного посетителя:
— Подслушивали? Зачем?
— Не подслушивал. Шёл к тебе, смотрю, а тут гости. С нею ты общаешься, а мужчину не приметил. Милая, конечно, но не надо так сразу отвлекаться. Всю твою вдохновенную историю он внимал, будто зачарованный!
— И что? Тоже мне, секрет!
— Можешь считать — секрет. Поверь: ты ещё не очень хорошо вник, какую роль взял на себя в дальнейшем. Так вот, если хочешь, чтобы всё не пошло прахом, будь аккуратнее со словами! Это не совет, а приказ! — уже жёстче заметил Осилзский, хмурясь бестолковости товарища.
— Здесь же нет григстанов! Чего мне своим не доверять! Мы же спасли их с ферм! — скепсис придал утверждению оттенок вызова.
— И всё-таки… Поверь мне! Хорошо? — устало попросил Создатель Убежища. Подчинённый нехотя согласился. Воспользовавшись перерывом в пререканиях, собеседник поспешил перевести разговор в альтернативное направление. Предстоящее изучение подземных глубин заинтриговало и отвлекло. Остаётся вызвать бессменного картографа, запастись необходимым снаряжением и выступить вдоль русла. Как и предполагалось, Кама кормит рыбу травой, приносимой с поверхности, и пищевыми отходами, а чем питались его подопечные до вмешательства извне, для него по-прежнему тайна. Исходя из строения жителей водоёма, это замкнутая экологическая система, не сталкивающаяся с внешним миром, начисто лишённая солнечного света. Но что-то же ест рыба!
Отправив юного спутника на сборы, его руководитель взвесил всё, что успел пронаблюдать, и решил отыскать посетительницу зарождающейся рыбной фермы. Найти девушку труда не составило. Она озадаченно мерила шагами тоннель взад-вперёд, стараясь разобраться с зародившимся нехорошим предчувствием. Уловив чьё-то приближение, остановилась, узнала и неуклюже поклонилась.
— Как тебя зовут? Ты же из недавно освобождённых?
— Ага! Лиам.
— Сколько тебе лет? — обыкновенный вопрос вызвал чуть не истерику. Рефлекторно отступила на несколько шагов и хрипло выдавила:
— Семнадцать, шестьдесят восемь алмов [15].
И начала шмыгать носом. Ланакэн подзабыл за годы значение и постарался смягчить:
— Меня интересовал лишь возраст. Успокойся. Тут никто не съест. Твой вес больше не важен для выживания.
— А… м… ну, да… конечно… извините! Я… привыкла так… Страшно, — жалко промямлила она и заставила себя засмеяться.
— Ты слышала о старом проекте по выведению «идеального слуги-человека»?
Торопливый кивок предварил более, чем исчерпывающий ответ:
— Ага! Князь велел их всех в срочном порядке забраковать. Их сразу и забрали всех… А они ещё пытались бунт поднять, но почти никто не хотел… На фермах ещё хоть несколько лет впереди может быть, а побежишь — сразу прибьют. Или накажут. Но они научили некоторых, кто хотел слушать, как протянуть подольше… Я поэтому и цела пока… Они научили не есть раз в несколько дней. Вот. Но сами спастись не смогли. Это до моего рождения ещё случилось. Жалко их. Хорошие были. Как Вы, — почему-то сорвалось с языка.
— А этот… Сунату… Как выжил? Не мальчик ведь уже… По меркам ферм — старик.
— Он на развод оставлен. Только не успели они. Для того и оставили. Чего-то посмотреть хотели. Убедиться, что ли… Не знаю я. Это сложно как-то. Потом ему пятерых женщин подобрали, а тут вы нагрянули. И все их планы развалили. Здорово получилось! Не ожидала вовсе! — буквально светится от удовольствия. Понаблюдав за реакцией, Создатель Убежища взял за пухлую ладошку. На внутренней стороне запястья небольшое клеймо, ещё не совсем зажившее, уточнило причину эйфории.
— Мда… Тебе и впрямь повезло. Не по нраву пришёлся? — Лиам поникла и подавленно выразила собственные рассуждения:
— А разве это их интересовало? Там не спрашивают. Всё решают за тебя… Рождение и смерть… Миг и день… Не понять Вам. Вы там не были. А тут так много можно чего! Даже, если завтра убьют, это ведь не важно! Главное, я живу, как хочу! И никто не может решить, что меня пора съесть! Верно же? — откровенно выраженная мысль заставила улыбнуться.
— Ага. Рад за тебя. Надеюсь, ты и впредь будешь такой же оптимисткой! — незнакомое слово смутило, но уточнять не стала. Кивнула, разобрав лишь: сказанное означает что-то хорошее, и снова склонилась на прощание.
Глава 21
НОВЫЕ УРОВНИ ЛАБИРИНТА УБЕЖИЩА
Шоу лихорадочно перепроверил количество присутствующих в наличии листов тонкой кожи для нанесения новых подземных маршрутов и торопливо кивнул, подтвердив свою готовность. Осилзский поднял факел повыше и зашагал вверх по течению. Благодаря тому, что некогда вода здесь стояла где-то на локоть выше, вдоль спокойного русла тянется практически ровная дорожка, крайне удобная для идущих друг за другом путников. Периодически, правда, мешают низко спускающиеся сталактиты, опасно искрящиеся в лучах света факелов. Иногда их грани остры, словно бы кто специально наточил. Тални, наконец, не удержался и рубанул по одному такому своим простеньким кинжалом в надежде очистить путь всем. Какого же было его удивление, когда, столкнувшись с шершавой поверхностью, клинок непокорно заскользил вдоль сероватой сосульки, а затем… треснул. Кусок стального полотна беспомощно рухнул к ногам владельца, едва различимо звякнув на грани слышимости. А на естественном украшении пещеры не осталось и следа. Все трое остановились, чтобы рассмотреть получше загадочный материал. Кажется, он постепенно очистился за миллионы лет от окружающей породы потоком, который прежде здесь находился. В сероватом мелкозернистом камне встречаются голубые кристаллы, пропускающие свет в себя.