Ингвар (СИ)
— А что будет?
— А вот этого я сказать не могу, просто не знаю, процесс определения магических возможностей всегда сугубо индивидуален. Когда я первый раз сюда пришел, холокрон превратился во что-то, отдаленно напоминающее большой ящик, я даже не заметил, как оказался внутри него, а потом не почувствовал, как оказался на том же самом месте. Но нечто подобное происходит очень редко, обычно он почти не меняется, — что-то скребануло мне, какая-то опять недосказанность в словах призрака, а может быть, мимолетно мелькнувшая в его словах, его интонациях затаенная надежда. Нет, не знаю.
Я сделал несколько шагов вперед и словно перешагнул какую-то невидимую границу. И в тот же миг мое тело сжали тугие объятие незримого вихря. Стены величественного зала стремительно таяли, обращаясь в ничто, а перед моими глазами раскрывались невиданные картины. Я видел всю запутанную паутину подземных лабиринтов Академии, оказывается, мы с Мраком не прошли и сотой их части, видел и громадное здание самой Академии со всеми ее комнатами, помещениями, лабораториями, лестницами, коридорами, террасами и хранилищами. А потом все это поплыло куда-то вниз, одновременно заволакиваясь серой тоскливой мглой. Я не мог понять, что происходит — я никуда не шел, не летел, я даже не двигался с места, а мир вокруг меня начал стремительно меняться. Прямо передо мной заклубился кроваво-черный, с рыжими огненными прожилками туман. Струи его свивались и сплетались точно громадные удавы, затем в самом сердце этого дикого танца огненно-дымных змей возник небольшой просвет, оттуда хлынул мертвенный желтый свет. Просвет быстро расширялся и моему взору предстала ясная картина… Над выжженной, иссушенной невидимым светилом равнине клубились коричневые смерчи. Медленно ползли громадные удушливые облака, я почувствовал непереносимое зловоние этих туч. Нигде не было видно никаких следов растительности. И грохот, дикий, сводящий с ума грохот, а потом… потом яркая вспышка и я все также стою в шаге от сероватого камня, по которому нескончаемой вереницей бегут какие-то знаки, а в руках у меня миниатюрная копия холокрона.
— Профессор, вы тоже это видели?! Что это было?!
— Я ничего не видел, Ингвар. Ты просто стоял возле холокрона и все, а потом исчез и вновь появился, словно мигнул. А теперь не мешай мне, постой молча несколько минут. Я первый раз вижу что-то подобное. — Я перевел глаза вслед за взглядом призрака и слегка растерялся.
Еще совсем недавно серый шар сейчас светился и переливался всеми цветами радуги, по его поверхности бегали волны света, какие-то полосы, линии и закорючки, постепенно превращающиеся в текст, вот только этого языка я не знаю и что там написано не понимаю. Длилось все это действо недолго, как и обещал профессор, через две-три минуты все закончилось и шар холокрона принял свой изначальный вид, только мелькнул напоследок каким-то схематическим изображением человека, расчерченным разноцветными линиями, начинающимися, а может быть, и заканчивающимися в каких-то «клубках», расположенных в локтевых суставах, коленях, чуть ниже брюшины и где-то в районе, где спина переходит в шею.
— Все, Ингвар, пошли отсюда, больше нам здесь делать нечего, — как-то очень уж грустно сказал профессор и, ни на секунду больше не задерживаясь, пошел-полетел к выходу из зала, да так стремительно, что я успевал за ним только бегом.
Через полчаса, сидя в одичавшем саду в беседке, под пристальным взглядом призрака я наконец-то рискнул спросить.
— Профессор, может быть вы мне наконец-то расскажете, что произошло в зале с этим вашим холокроном, почему мы так поспешно его покинули, что за странные «кракозябры» бежали по шару и что вообще происходит?!
— Я… попытаюсь. Для начала, ты — не маг, ты нечто иное и до сегодняшнего дня считающееся легендой, сказкой, мифом. Ты — энергет. Считается, что оратай ими были, но это только на уровне предположений и допусков.
— Так это хорошо или плохо?
— Ни то и ни другое, если рассматривать этот вопрос с точки зрения мироздания. А вот если сугубо утилитарно, то для тебя это очень и очень плохо.
— Почему?
— В нашем мире ты не выживешь… наполняющая наш мир энергия просто убьет тебя, ты не сможешь ее принять. Здесь, на территории Академии, за Барьером, ты какое-то время сможешь жить, год, десять, может сто лет, но рано или поздно твоя энергосистема полностью восстановится и с этого момента счет времени твоего существования пойдет даже не на дни, а на часы.
— А что же такое особенное в энергии вашего мира, что она меня убьет?
— Говоря мир, ты имеешь в виду планета?
— Да.
— А вот это еще одна проблема. Я, говоря мир, сейчас имею в виду всю эту вселенную. Всю эту реальность. Твоя внутренняя энергетика не совместима с энергиями нашего мира, они как бы находятся в противофазе, и только потому, что твоя энергосистема сейчас находится в ужасном состоянии, часть ее выгорела, часть замкнута, а немалая часть вообще разорвана на куски, ты смог выжить на Реоле в первые дни своего здесь появления.
— То есть, это не только не моя планета, так даже и не моя вселенная? И она меня убивает, ну или убьет со временем?
— Да.
— Во попал-то! — не сдержался я и со злости саданул по камню стола. — Что же мне теперь, подыхать здесь!?
— Ну, не обязательно… Хотя, чтобы выжить, придется сильно постараться.
— Что?! Что надо сделать?! Спасти, бля, принцессу, завалить дракона, построить башню до неба!?
— Ну, принцесс и без тебя есть кому спасать, а за причинение вреда, не говоря уж об убийстве дракона, еще в годы моей юности казнили самым неприятным образом, да и башню строить незачем, — улыбнулся Мрак. — Все намного проще и сложнее.
— Профессор, не тяните, рассказывайте.
— Хорошо. Однажды, очень давно, когда я переступил порог Академии сущим несмышленышем, чуть-чуть старше тебя, будучи ее студентом, я попал в одну очень некрасивую историю, и чтобы спасти свою жизнь, я был вынужден бежать, бежать без оглядки. Единственный путь для спасения был вниз, в катакомбы под комплексом зданий Академии. Открою тебе маленькую тайну, под Академией на несколько лиг в глубину земли и на десятки лиг в стороны находится целый подземный город. Кто бы знал, сколько смельчаков и просто недоумков сгинуло в этом подземном лабиринте… Что-то я отвлекся. В общем, где-то там, в этих переплетениях коридоров, шахт и лестниц, я наткнулся на одну очень интересную комнатку. Вообще-то, вроде бы ничего особенного, будь эта комната где-нибудь в одном из зданий, то любой бы прошел мимо и даже не обратил бы внимания — подумаешь, еще один рабочий кабинет какого-то неумехи-неудачника. Старое, продавленное кресло, небольшой диванчик, пара книжных шкафов и рабочий стол. Книги, в большинстве своем, полный хлам, никчемная беллетристика, да несколько учебников за начальные курсы. Скорее всего, кто-то из студентов много лет до того назад обустроил себе там тихое местечко. В общем, я прожил в той комнате почти месяц, пока все не улеглось, от безделья изучал учебники, что в последствии мне очень пригодилось, ну и почитывал книжонки, не заниматься же круглые сутки. И вот среди этого чтива мне попалась одна занимательная книжечка, как ты бы сказал, написанная в жанре фантастики, рассказывающая о похождениях одного из оратай. Честно скажу, написано было отвратительно, слог корявый, автор постоянно перескакивает с одного на другое, язык бедный, и вообще, больше всего эта книга напоминала не приключенческий роман, а какой-то отчет или дневник, который ведут от случая к случаю. Единственное ее достоинство было, это большое количество описываемых в ней рунных схем. Парочку я даже попробовал воспроизвести и, к моему удивлению, они сработали так, как и описывалось в книге. В общем, я проштудировал всю эту книжонку и, стыдно признаться, сдавал переводные экзамены благодаря имеющимся в ней рунным схемам аж до пятого курса, выдавая их за свои разработки. Преподаватели были просто в восторге. Так вот, в самом конце книги говорилось, что этот оратай решил совершить путешествие в другой мир, другую вселенную, и приводилась схема очень сложной геммы, вписанной в не менее сложную рунную схему. Скорее всего, я бы только посмеялся над этой схемой, если бы в описании не говорилось, что для работы этой схемы необходим холокрон…