04.1912 (ЛП)

— Мэри, мальчишки снова ссорятся. Они могут не ссориться хотя бы немного? Меня это ужасно расстраивает и злит!
— Полагаю, сейчас на кону стоит нечто большее, нежели всего лишь мальчишеская гордость, — пожала плечами Мэри, — ваш брат, мисс Лотти, и юный мистер Картер… пытаются ответить на другой вопрос.
Шарлотта равнодушно зевнула.
— И на какой же, Мэри?
— Кто из них сильнее, быстрее, кто из них станет успешнее, — пояснила Мэри, — и вашему брату совсем не нравится, что юный мистер Картер побеждает.
— Даже если он и выиграет, — сказала Шарлотта, — разве это что-то поменяет? Билли Картер — гордый и глупый мальчишка. Такой же мальчишка, как и Джордж, только ещё более самолюбивый.
Мэри согласилась про себя с этим мудрым утверждением. К сожалению, ни Билли, ни Джордж не слышали слов Шарлотты, но едва ли они стали бы обращать на них внимание. Джентльмены такой породы предпочитали игнорировать слабые голоса женщин и притворяться, что у них над ухом зудит надоедливая муха, всякий раз, как леди (будь даже это их собственная сестра, мать или любимая) пыталась высказаться.
Билли Картер, хотя он и держался намного бодрее Джорджа, тоже уставал. Пытаясь отбить мяч, что Джордж безрассудно запустил к борту, Билли споткнулся, чуть было не упал и ударился плечом о крепкую обшивку. Билли сморщился и что-то прошептал себе под нос. Джордж, очевидно, обладавший умением читать по губам, не преминул поинтересоваться:
— Как, Уильям, разве уместно джентльмену ругаться?
Билли сердито заворчал и снова пасовал мяч — с такой силой, что даже сам воздух как будто завибрировал, точно разрезаемый ножом. Джордж тяжело оторвался от земли в прыжке, но руки его поднялись слишком медленно. Мяч ловко проскочил мимо них, вырываясь из ловушки, и посвистел дальше — к борту.
Лицо Джорджа тут же побледнело и исказилось. Глаза его безумно расширились; ужас и неверие в них смешались.
— Нет! — закричал он и метнулся к борту.
Билли Картер с деловым видом отряхнулся, усмехнулся и высокомерно скрестил руки на груди.
— Приятно было иметь с тобой дело, Джордж, — сказал он, — полагаю, теперь ты понимаешь, кто из нас играет лучше!
Шарлотта обеспокоенно спустила ноги с шезлонга. Джордж скрылся в полутьме, где-то за тенями канатов, и Мэри, как она ни напрягала бы зрение, не могла сказать, куда он убежал. Её сердце наполнилось ужасом.
— Мистер Джордж! — воскликнула она.
Никто не ответил. Шарлотта тоже поднялась и торопливо засеменила к борту.
— Джордж! — испуганно выкрикнула она. — Джордж, где ты?!
Билли Картер с подчёркнутой вежливостью промолвил:
— Доброй ночи, Шарлотта. Надеюсь увидеть тебя завтра утром.
Шарлотта грубо проигнорировала его слова и промчалась мимо, шелестя юбками. Билли поглядел ей вслед с мгновение, а затем пожал плечами и спокойно пошёл прочь. На его губах играла слабая торжествующая улыбка.
— Мистер Джордж! — Мэри обеспокоенно нырнула в прохладную тень. Почти ничего здесь не было видно, и она ориентировалась исключительно на кремовое платье Шарлотты, которое мерцало, как светлячок, в темноте. — Мистер Джордж, где вы?
— Джордж!
— Мистер Джордж!
«Неужели и он упал за борт? — в ужасе подумала Мэри. — Он мог… он… он как мистер Флэнаган, такой же вспыльчивый и безрассудный… если он это сделал… о Господи, если он это сделал…»
Мэри никак не удавалось связать мысли в цепочку: все они разбегались, разрывали хрупкие звенья, и в голове оставался лишь безграничный пульсирующий хаос.
— Мистер Джордж! Мистер Джордж!
В темноте что-то шевельнулось, и платье Шарлотты колыхнулось. Следом раздался изумлённый выкрик:
— Ой! Мама!
— Мисс Лотти?
Глаза Мэри уже немного привыкли к скудному освещению. Теперь вместо неясных тёмных и серых квадратов она могла различить не только фигурку потрясённо замершей Шарлотты, но и юного мистера Флэнагана. Джордж стоял у борта, в одной руке сжимая мяч, а на его вытянувшемся бледном лице было написано на редкость озадаченное выражение. Казалось, Джордж до сих пор не мог прийти в себя после серьёзного потрясения.
 
— Мистер Джордж! — с облегчением воскликнула Мэри и подбежала к нему. — Мистер Джордж, что с вами? Вы хорошо себя чувствуете?
Джордж медленно перевёл на неё стеклянный взгляд.
— Д-да, — запинаясь, промолвил он. — Да, да, я хорошо себя чувствую, спасибо за вашу заботу, мисс Джеймс. Я… — он тяжело вздохнул, — я… несколько обескуражен. Этот задира обыграл меня. Я… приношу свои извинения, Шарлотта, — Джордж взял сестру за руки и покаянно повесил голову. — Прости меня, но я не сумел исполнить свой долг перед тобой.
Шарлотта озадаченно поглядела на него.
— Джордж, ты точно здоров? — вкрадчиво осведомилась она.
Джордж потряс головой, как дурно сработанная шарнирная игрушка.
— Более чем, более чем, — пробормотал он, — Шарлотта, мисс Джеймс… я… я, пожалуй, вернусь в каюту. Я… я хорошо себя чувствую… но завтра, вероятно… я… я пойду, — он резко оборвал сам себя и поплёлся прочь. — Доброй ночи.
Мэри не могла ни на секунду вообразить, что случилось с Джорджем, пока она и Шарлотта искали его впотьмах, поэтому Мэри предпочла утешиться предположением, что здоровый продолжительный сон и сытный завтрак приведут Джорджа в чувство.
Упование на магическую силу блаженного сна господ тоже входило в привычки любой уважающей себя прислуги.
  
Глава 13. Побратимы
 
Тем не менее, если бы мистеру Джорджу Флэнагану неожиданно пришло в голову рассказать Мэри и Шарлотте о том, что он пережил, Мэри была бы далеко не так спокойна. По счастью, юный мистер Флэнаган предпочитал не распространяться о том, что не делало ему чести. Мистер Флэнаган, что уж тут и говорить, был законченным джентльменом.
Когда мяч подлого Билли Картера просвистел мимо его рук, Джордж с замиранием сердца понял, что партия проиграна. Ему никогда не хватило бы духу и скорости, чтобы домчаться до борта и схватить мяч, даже если бы он совсем не устал. А Джордж был измотан так, что пот скатывался с него ручьями. Тем не менее, сдаться, не попробовав, было для него позором, поэтому Джордж напряг все силы и пустился в погоню.
Но, когда Джордж нырнул в полутьму и вытянул руки, готовый ловить мяч, в этом уже не было нужды. У самого борта стоял, уверенно расставив ноги, потрёпанный мальчишка в лихо сдвинутой на ухо продавленной шляпе. Одет был мальчишка просто, если не сказать — бедно. Парни в холщовых куртках, перештопанных рубашках, слишком широких штанах и заскорузлых башмаках не прогуливались по палубам первого класса.
У Джорджа тут же вскипела кровь.
— Кто ты такой? — незамедлительно возмутился он. — Что ты делаешь на нашей палубе?
Мальчишка молча поднял правую руку. В кулаке его был зажат потерянный мяч.
— Не это ли ищете, мистер? — спросил мальчишка. Его отчётливый ирландский акцент, как шуруп, ввинчивался Джорджу в уши.
Джордж потрясённо воскликнул:
— Мяч!
Но, не успел он протянуть руку, как потрёпанный незнакомец перебросил мяч в другую ладонь и, словно бы издеваясь, сжал кулак. Джордж растерялся. Прежде никто ещё не осмеливался шутить с ним так.
— Мистер, — угрожающе заговорил Джордж и для внушительности топнул по палубе, — я не знаю, кто вы такой, но манеры у вас ужасные! Отдайте мне мой мяч!
— Э, нет, — и мальчишка снова перебросил тот в другую руку.
Пришелец был заметно выше Джорджа, поэтому, когда он поднимал мяч у себя над головой, Джорджу не оставалось ничего другого, кроме как смотреть и сдерживаться, чтобы не начать прыгать, будто обезумевшая собачонка.
— Верните мой мяч, — Джордж насупился и упёр руки в бока, — если вы не подчинитесь, я буду вынужден кликнуть стюардов и попросить их призвать вас к ответу!
Мальчишка отшатнулся к борту, и по его лицу расплылась хитрая ухмылочка.
— Да ладно, — сказал он, — и покажешь стюардам, что ты не можешь вернуть свой мячик, мальчик?