Найдёныш, или подарок на Новый год (СИ)

— Приезжали?
— Угу…
— Ня-а-а-а! — требовательно закричал Ванюша.
— Тсс! Сейчас будем кушать.
— Они попросили оставить Ваню у себя на период новогодних праздников.
— Ну, в их нежелании работы я и не сомневалась. Лера, ты должна его отдать.
Мама потрогала баночку с пюре, открыла крышку и поставила на стол. Ваня сразу же начал тянуть ручки к еде. Лера взяла ложечку дрожащей рукой и принялась его кормить. Первый раз он сморщился, а потом улыбнулся и широко распахнул глаза. Возможно, пробовал такую еду впервые.
Слова матери переливом эхо повторились в голове. От неё Лера такого точно не ожидала.
— Почему ты хочешь, чтобы я избавилась от Вани? — спросила она с горечью.
— Потому что ты привяжешься к нему, а потом придётся вернуть. Понимаешь, как разобьётся твоё сердце?
Лера поджала губы. Она продолжила кормить Ваню. После половины баночки он начал морщиться и выталкивать всё изо рта.
— Ладно. Наелся. Надо нам с тобой купить игрушки какие-то… Чем бы мне тебя занять?
Лера поднялась на ноги и понесла Ваню на ковёр в гостиной. Усадила его и повернулась к маме.
— Ты уже начала к нему привязываться, верно?
Лера поджала губы.
— Я бесплодна, мам… Что, если это шанс? Подарок на Новый год от деда Мороза? Как думаешь?
— Я не могу об этом думать. Я боюсь, что его отнимут, и твоё сердце разлетится на кусочки.
— Мам, я всё понимаю. Всё хорошо. Я осознаю, что его придётся отдать. Я хочу… Хочу попробовать себя в роли матери. А потом, возможно, уговорю Колю взять ребёнка из детского дома.
— Думаешь, он пойдёт на это, если сейчас не рядом с тобой?
Лера пожала плечами. Она не знала, что ответить. У неё совсем не было времени на построение предположений. Сейчас хотелось спать, но следовало поехать в магазин и купить побольше памперсов, еды и средств гигиены для малыша. А ещё хотелось выбрать ему какие-то игрушки, чтобы было, чем занять.
— Ты посидишь с Ваней, пока я съезжу в магазин? — спросила у мамы, хлопая ресничками.
— Ну, конечно, посижу. Но ты уверена, что потом справишься и не позволишь сердцу разбиться?
— Уверена, — ответила Лера, понимая, что это обман.
***
Весь день шёл наперекосяк. Артём успел заехать в офис и проверить, как идут дела, а когда стрелка часов начала приближаться к заветным девяти, рванул к клубу, надеясь, что удастся поговорить девушкой, называющей себя Агата Ли.
Артём никогда не считал посещение подобных заведений нормой. Теперь следовало впервые оказаться в «Содоме и Гоморре». Фасад заведения переливался разноцветными огнями, как новогодняя ель. На проходе стояло два здоровенных амбала.
— Пропуск есть? — зарычал один из них.
— Нет. Я первый раз, — поправил воротник пальто Артём, потому что ветер стал пробираться под верхнюю одежду.
— Тогда вам бы сначала пропуск оформить. Дверь справа. Как оформите, так и пройдёте.
— А если моим пропуском станет парочка крупных купюр? — охранники переглянулись. — Серьёзно, ребят, я сюда пришёл первый и последний раз… Мне этот пропуск не нужен.
— Проходи, купюры выронишь из карманов прямо на входе.
— Понял.
Артём потянулся в карманы, где у него заранее были подготовлены деньги на такой случай. На входе, как и договаривались, бросил две пятитысячные и вошёл. Коридор тускло освещался, от стен из кирпичной кладки разило холодом. Направо был поворот с надписью гардероб. Вместо привычной для роли гардеробщицы старушки там сидела и принимала вещи девушка в бюстгальтере и трусиках. Красивая и бездушная кукла барби. Артём снял пальто и протянул ей, думая, что в таком наряде она может всё себе отморозить.
— Сладкого вечера, — промурчала девушка, отправляя ему воздушный поцелуй.
— Благодарю.
Артём пошёл дальше по коридору и уже скоро оказался в большом зале, утопающем в ярких разноцветных огнях с диско-шаров. Музыка играла громко, как в любом другом клубе, а на сцене, находящейся в центре, вокруг шестов девушки двигали своими полуобнажёнными телами. Следовало отметить, что движения у них были отточенные, чёткие. Одна крутилась на шесте, запрокинув голову назад, другая изображала подобие секса, третья просто танцевала рядом. И вот бы понять, кто из них Светлана. Олег прислал её фотографию, но под маской разглядеть лицо было невозможно. И хоть Артём никогда раньше не посещал подобные заведения, считая это дурным тоном, он был здоровым мужчиной, и его возбудил вид полуголых тел.
 
Подошёл к барной стойке и попросил мохито. Бармен ухмыльнулся, но спорить не стал.
— Почему вы так отреагировали? — не выдержал и спросил Артём.
— Мохито — женский напиток обычно…
Артём посмотрел по сторонам.
— А я и хочу угостить женщину… Не подскажите, кто из них Агата Ли?
— Агата? Да ты, видать, совсем новенький. Агата – наша Прима, звезда этой сцены, клубничка на торте. Она сейчас в гримёрной. Её выступление — гвоздь программы. Она появится не раньше, чем через час.
— А можно как-то попасть к ней в гримёрную?
Несмотря на то, что его осудили, Артём всё-таки выпил мохито для смелости. Напиток показался чересчур сладким на вкус.
— Да туда очередь обычно… — подшутил бармен, но в ту же секунду нахмурился. — Нет. Нельзя. Никого не пускают.
— Ну, а если очень надо? Я отец её ребёнка и должен поговорить с ней…
У бармена глаза широко распахнулись. Он подозвал своего напарника, вышел из-за стойки и поманил за собой пальцем. Почему-то Артёму в эту секунду показалось, что у этого парня не совсем нормальная ориентация. Завернув за сцену, он три раза постучал в дверь. Высокий широкоплечий мужчина открыл и сощурился.
— Это кто? — спросил он грозным голосом, словно был великаном.
— Не переживай, лапочка! Это со мной! — ухмыльнулся бармен, ткнув охранника пальцем в грудь.
В эту секунду внутренности Артёма стянуло тугим узлом. Амбал усмехнулся и пропустил. Так и рвался с языка вопрос — обязательно ли было представлять его геем, но Артём сдержался. Остановившись у двери с изображёнными на ней ангелочками и сердечками, бармен постучал три раза.
— Агата, девочка моя, тут пришёл мужик, который утверждает, что он отец твоего ребёнка. Ты его примешь или на кол его посадить?
Артём судорожно сглотнул. Сравнения, возникшие в его голове, выглядели какими-то чересчур пошлыми. Он уставился на дверь, за которой играла приятная мелодия. Вскоре послышался щелчок. Дверь отворилась. На пороге стояла хрупкая девушка, её золотистые волосы до плеч были красиво уложены и залиты блёстками. Несколько секунд она смотрела на Артёма, а затем послышался звук пощёчины. Щёку так сильно обожгло, что след наверняка не пройдёт теперь ещё долго.
— У вас тут намечается серьёзный разговор, поэтому я пойду.
Бармен ушёл. Артём и Агата стояли в пустом коридоре и смотрели друг на друга. В её больших синих глазах плескалась печаль.
— Зачем явился через полтора года? Думал, что прощу? — спросила она звонким голосом и чуть вздёрнула подбородок.
— Ребёнок, — начал Артём.
— Что ребёнок? Он не интересовал тебя полтора года, а теперь ты заявился сюда и хочешь поговорить о судьбе ребёнка? Катись к чёрту!
Артём мысленно выдохнул, ведь она не сказала, что ребёнок не его... Получается, ребёнок родной, не на стороне она его нагуляла.
— Послушай, я всё понимаю, но нам действительно есть, о чём поговорить. Я всё тебе объясню. Дай мне только возможность.
Ещё одна пощёчина обожгла теперь уже вторую щёку. Артём посмотрел на Свету, стараясь унять в себе желание закинуть её на плечо и утащить в тёмную комнату, где она будет с ним разговаривать. Никуда не денется.
 
— Катись к чёрту, я тебе сказала, — повторила она без тени сомнения в голосе.
— Послушай, если ты хочешь оставить его себе, мы можем договориться. Вы ни в чём не будете иметь нужды, я обеспечу вас за возможность просто брать его на выходные.