Крысиный бег lll (СИ)

— Ну. Твой смысл мне не нравится. — Макар брезгливо поморщился.
— Как и мне твой.
— Это намёк на то, что мы не уживёмся вместе?
— Это не намёк, это прямой текст, Макар.
— Тогда уйди нахер на задворки сознания и просто наблюдай. Оставь это тело мне. Или активируй Узор Перерождения и уходи. Он же привязан именно к тебе, ты уйдёшь — я останусь. Всё просто. Обещаю, в этом случае я никого из твоих не трону.
— Уже тронул! Яна, Маша, Николь… — Я замолчал ненадолго, посмотрел в его злые глаза и закончил: — Мы не будем делить это тело, Макар. Я не буду оставлять его тебе. Я тут хозяин, а ты всего лишь паразит, захватчик. Знаешь, что делают с паразитами? Их вытравливают…
Я чувствовал, что мог это сделать. Я мог запереть его в глубинах разума, мог изгнать в буфер, в космос. Но это означало оставить ему ещё один шанс. Пожалуй, шансов он имел достаточно.
Я прикрыл глаза и представил, как я стираю его из памяти. Уничтожаю. Выдираю с корнем. Выжигаю! Это так просто, когда ты хозяин.
Я открыл глаза. Вопль, крик, скулёж заставлял морщиться, но я смотрел на это. Фигура Макара горела ярким пламенем, плавилась, отекала, меняя формы. Это был седой старик, затем мужчина средних лет, потом парень, затем ещё два старика, затем мельтешение форм прекратилось, и он начал оседать бесформенной обугленной кучей. На этом твоя история закончена, Макар. Уверен, твой разум я не найду больше нигде. Его больше не существует.
Теперь я понял, почему он был в белом, а я в чёрном. В этой истории я плохой. Я стёр бессмертный разум из ткани Мироздания навсегда. Это наверняка неправильно, жестоко, подло. Все разумы, вся информация — это частицы единого целого. Их нельзя уничтожать, стирать. Я откуда-то знал это. Но мне было насрать на эти правила… Я не первый это сделал, и я не последний.
Мысленно коснулся Взора и потянулся к Николь. Своей Николь. Была одна сумасшедшая идея… Я просто не мог отложить её на потом и не проверить прямо сейчас.
Мой разум снова рванул куда-то ввысь, через миллиарды звёзд, сквозь миллионы галактик. В пустоту…
— Пойдем со мной, Николь. — Я протянул девушке руку, хоть рук у меня и не было.
— Куда, Майки?
— Скоро узнаешь… Пойдём…
Если это сработает, я вернусь сюда и за Машей. Я не позволю кануть в небытие своим любимым… Я достану их даже с того света. Я сраный Орфей…
Я почувствовал её касание. Теплое и такое родное. Это моя Николь! Я осторожно потянул её за собой, и она подалась.
— Что ты хочешь сделать, Майки? — Осторожно спросил меня голос Николь.
— Вернуть тебя.
— Куда?
— Назад. Ко мне… Ты мне нужна. Я же люблю тебя!
— Ты мне тоже нужен. Но… Как ты себе это представляешь? Опиши…
— Мы вернёмся вместе… Я подыщу тебе тело и…
— О! Пока ты его ищешь, мы будем в одной голове?
— Да.
— Уверен, что это хорошая идея?
— Нет, блядь!
Я правда не уверен. Что если я свихнусь? Что человеческое тело не выдержит, не сможет вмещать в себя сразу две матрицы сознания? Что если мы вытесним один другого? Куда я тороплюсь? Я так сильно хотел вернуть её... Спешил…
Я завис в пустоте, оценивая вырисовывающиеся перспективы. Николь всегда была умной девочкой… Задавала умные вопросы. Я мог активировать Узор Перерождения и уйти в следующий якорь по цепочке перерождений, как предлагал Макар, оставив её в своём теле... Тогда бы конфликта наверняка не было. Но тело Майка... Зачем ей тело парня?
Нужно придумать нормальную схему. Как засунуть матрицу сознания в новое тело. Я обязательно придумаю… Мне нужно только время. Чуточку времени… Узор Перерождения это и якорь, и предохранитель и точка отправки… Нужно как-то связать это всё воедино. В одну мысль. Не сейчас. Сейчас у меня нет подходящих оболочек, а сидеть в одной голове… Николь права, это не самый удачный вариант.
— Майки! Не торопись! Я никуда не денусь. Подумай. Подумай, как всё сделать правильно.
— Я вернусь за тобой, Николь. Найду тебе самую лучшую оболочку и вернусь.
— Звучит не очень… Оболочка… — Я почувствовал, как она морщит свой несуществующий носик.
 
— Зато понятно.
— Только никаких смертей! Я не хочу, чтобы из-за меня кому-то пришлось умирать. — Она ненадолго задумалась. — И стать парнем мне тоже не предлагай, если что!
Да уж! Целый список требований, словно я сраный Дед Мороз! Тело найти не проблема. Вопрос в другом… Этично ли это?
Да мне насрать на этику! Я не беззубый вегетарианец! Я самый обычный человек, который хочет лучшего для своих близких, друзей, любимых. На остальных мне плевать. 
Но я и не Макар. Не хочу уподобляться ему, не хочу быть как он. Да и Николь мне этого не простит. Значит, нужно что-то придумать. Придумать что-то такое, и при этом не стать сраным Макаром, гуляющим по чужим телам, отнимающим чужие жизни…
Я придумаю. Обязательно придумаю!
— Я подумаю, Никки. Это непростая задачка…
— Вот и подумай! — Она тепло улыбнулась и оттолкнула меня от себя. — Думай, Майки. Голова тебе дана именно для этого…
Вот маленькая заноза! Даже после смерти она ничуть не изменилась…
Я открыл глаза в своём теле. Сколько времени прошло? Пять… десять минут. Не сильно много. Словно здесь время текло по-своему. Я всё ещё пришпилен к стене и беспомощен, словно бабочка, которой оторвали лапки. Да уж. А я думал, все проблемы решились со смертью Макара.
Тело Николь с перерезанным горлом лежало недалеко от меня в луже крови. Моя Николь умерла в день смерти Макара. Но почему-то больно именно сейчас… Я знаю почему… Тварь! Нужно же было нанести узор на свою дочь…
Может я мог запихнуть разум Николь обратно в это тело? Попытаться оживить его… Бля! Это всё неправильно, да и нихера у меня не выйдет. Я тогда Янку еле от смерти спас, а здесь тело мертво уже не одну минуту, и не две. Да и неправильно это…
Два Одарённых, два подручных Макара стояли напротив и изучающе смотрели на меня. Здоровые парни, крепкие. Сильные. Кто-то из них держал меня своим Даром, когда я пытался рыпнуться на Макара. Нужно быть с ними предельно аккуратным.
Один из них приблизился и поднёс к моему глазу остриё кинжала, с капающей с него чёрной, густой жижей.
— Вас долго не было, Господин. Всё нормально? — Глухим басом спросил парень.
Господин? Они знают, что в этом теле должен очнуться Макар? Он им всё рассказал? Продуманных хер!
— Нормально. Снимите меня. — Ответил я хриплым голосом и закашлялся кровью. Сука! Воткнутый в грудь клинок не даёт нормально регенерировать.
Они колебались. Незаметно переглянулись между собой, и парень с кинжалом опустил свою руку, убрав кончик лезвия от моего зрачка.
— Если вы не пошевелитесь, я так и сдохну. — Заметил я, застонал и откинул свою голову на грудь, изображая обессиленную жертву.
В этот раз они повиновались. Один из них упёрся в мою грудь, второй выдернул клинок, фиксирующий меня в подвешенном состоянии. Бережно усадили меня на пол, облокотив о стену, и отошли на шаг, преданно наблюдая, как моя Регенерация работает над раной на моей груди.
Я благодарно кивнул и украдкой огляделся по сторонам. Макар не соврал — мы, практически, победили. Никого из нападавших не было видно, да и судя по количеству, все до единого полегли здесь.
Доносился какой-то шум с первого этажа, но так, вяло. Словно нападающие не спешили нападать, а оборонявшиеся не решались что-то предпринять в ответ. Хорошее решение — дать Одарённым разбираться между собой, а потом уже либо сдаться, либо примкнуть к победителям.
В конце коридора на полу лежала Яна. Она уже пришла в себя, зло теребила кожаный ремешок на своей шее и смотрела в нашу сторону, изображая полное равнодушие, но прислушиваясь к каждому нашему слову. Она смотрела на меня, что-то подозревая или понимая, что произошло. Или думая, что понимает. Её злой, яростный и полный презрения взгляд в мою сторону был красноречивее любых слов. Возможно, эта парочка что-то обсуждала вслух, пока я был в откючке, и она что-то слышала.