Крысиный бег lll (СИ)

— И тебе это очень выгодно, да?
— Да. — Он потупила взгляд. — Ты ведь понимаешь моё положение — одно дело, если я спала с Майклом Романовым, главой Рода, победившего Орлова. Другое — если я пустила в свою постель безродного пацана, которым ты собираешься стать в ближайшее время.
— Допустим. Что я ещё должен знать об этом варианте?
— Сплошные плюсы! — Дарья обворожительно мне улыбнулась. — Тебе даже выдадут диплом после армии, об успешном окончании школы. Школа жизни иногда ценится выше, чем обычная, тем более, ты всё-таки отучился, просто слил экзамены. А Император любит своих солдатиков сильнее, чем ненавидит неучей.
— Вот сейчас было обидно! — Проворчал я.
— И ещё один плюс! Ты сможешь выбраться отсюда.
— В каком смысле?
— Ты больше не будешь узником, а станешь полноправным аристо. Мой аристо.
— Не твой! — Поправил я и задумался.
— Не мой, но все так буду думать. И завидовать. — Дарья мечтательно подняла глазки к потолку. — Молодой, красивый, перспективный, глава Корпорации, победивший в маленькой Родовой войнушке, отслуживший в армии Императора и заслуживший прощение Рода! Все забудут твои махинации с дипломом, а кто не забудет, тот… да пошёл тот в жопу!
Любят в этом мире военных, Радимир был прав. Вон как Демьянова размечталась. Понятно это не мечтательность сопливой девчонки, а просчёт жёсткой и беспринципной аристократки, но даже она видит в этом кучу плюсов для себя.
— Почему тогда этим путём никто не пользуется, чтобы сбежать отсюда официально? Почему мне об этом не сказали?
— А у кого ты спрашивал? — Дарья вернулась с небес на землю и спокойно посмотрела в мои глаза.
— У Алины…
— Угу…
— У своих юристов…
— Угу...
— У этого прыща, которого мне предоставили, вернее который шляется повсюду за мной и дышит в затылок. И хватит угукать!
— Уг… Я поняла. Сам ответишь на свой вопрос? У каждого из перечисленных тобой, были причины не говорить о таком варианте. Каждый из них предпочитает вариант с тихой пятилетней отсидкой в спокойном месте.
— Почему об этом варианте не сказал Радимир?
— Радимир? Ты думаешь, он тебе покровительствует? Ладно, не отвечай. Но раз не сказал, значит это не в его интересах, или ему стало плевать на тебя.
— Логично. Сука! — Выругался я. — Никому нельзя верить!
— И не говори. Только мне можешь…
— Смешно.
— Я попробовала.— Дарья усмехнулась.
— Ладно. Что не так с этой армией? Не может быть всё так просто. Ещё и прощение Императора можно бонусом заполучить. Почему этим не пользуются наши изгои?
— Ты прав. Было бы так просто, ты бы об этом давно узнал. — Дарья уселась на стульчике поудобнее, закинула ногу за ногу и принялась перечислять: — Во-первых, этот путь только для молодых. После 20 лет в армию не берут. Взрослых сразу отправляют в горячие точки лет на пять, а не в тренировочный лагерь. И про стандартный военный путь ты, наверняка, знаешь. Как ты понимаешь, пять лет на войне, вместо пяти лет здесь, в комфорте и шоколаде… На это решаются немногие.
— Я понял. Пока звучит неплохо. Так в чём подвох? Почему никто не предложил мне этот вариант сразу?
— Подвох… Подвох — это во-вторых. Я не знаю, что там происходит, никто не знает. Но оттуда возвращается лишь каждый десятый аристократ, про обычных людей я вообще молчу. Поговаривают, что там очень серьёзная подготовка, что там выживают только сильнейшие, что там готовят супер-бойцов для гвардии Императора. Да много всякой херни говорят!
— Почему херни? — Я не сдержался и усмехнулся. Ругалась Дарья очень забавно, такое впечатление, что это не её, а сквернословит она только для того, чтобы казаться грознее и брутальнее.
— Потому! Не верю я в это. Те, кто возвращаются, совсем не выглядят как супер бойцы, как элита. Хотя они и становятся уважаемыми членами высшего общества. Получают заслуженный почет, внимание, признание. Любовь молоденьких сучек из высшего общества. Они возвращаются богатыми и обеспеченными людьми, словно с какого-то набега. Словно из похода на Иерусалим.
— Спросить у них не пробовали? Что говорят вернувшиеся счастливчики?
 
— Думаешь самый умный? — Демьянова улыбнулась. — Спрашивали. Они все помалкивают, ни слова о службе в армии из них не вытащишь. Я общалась с одним из них, нужно было подлечить героя от серьёзных травм. Напоила его, умаслила, даже дала подержаться за грудь… Он такой милый, говорил, что я похожа на его маму…
— Бля, Дарин! — Скривился я от такого неожиданного поворота сюжета. — Давай без таких вот подробностей!
— Как скажешь, дорогой! — Снова она немного посерьёзнела. — Потом я подложила к нему двух девочек. Но он даже в таком состоянии не раскололся. Мне кажется, у них какой-то ментальный блок стоит. Короче, нихера непонятно, что там происходит, но мрут там аристо как мухи.
— Только аристо?
— Да я откуда знаю? Обычных людей никто не считает, но подозреваю, что тоже мрут.
— Там происходит что-то серьёзное? Что за секретность?
— Не думаю. Скорее… постыдное. Какая-то херня, о которой стыдно говорить или хвастаться. Я же говорю, оттуда возвращаются самые обычные, ничем не выдающиеся личности. О! Вот тебе пример для размышлений. Знавала я двух парней, которых отправили в Свободные Земли. Один — красавчик, боец, любящий риск и авантюры. Второй — его полная противоположность, тихий, трусоватый, который десять раз подумает, прежде чем куда-то влезть. Как думаешь, кто вернулся, а кого больше не видели?
— Трус вернулся?
— Ага! Причём за два года так отожрался, что перестал влазить в дверные проёмы. Я думаю, красавчик куда-то влез, а его друг просто забил на всё, пристроил свою жопу в хлебное место и сидел, никуда не высовываясь.
— И ты меня хочешь туда сплавить? Я же точно не буду сидеть на месте. — Я с укором покачал головой. — Тебе выгодно, если я сдохну там, да?
— Выгодно. — Демьянова кивнула и тяжело вздохнула. — Сдохнешь как герой, я даже получу с этого кое-какой прок. Видишь, я честна с тобой.
— Вижу.
— Боишься?
— Нет. Меня всё устраивает.
— Я так и думала. Спасибо, Майкл! Ты настоящий герой. Мой герой! — Дарья расплылась в довольной улыбке и наконец расслабилась. Я и не заметил, оказывается, как она была напряжена во время нашего разговора.
Я задумчиво отпил из чашки, не отрывая глаз от её красивого аристократичного лица, от прямого чуть вздёрнутого носика и от едва припухлых губ. Щелчок пальцев прозвучал в тишине словно выстрел.
— Майкл? — Её брови сами собой взлетели вверх.
— Разве ты это должна сказать, когда я щёлкну пальцами? — В ответ удивился я.
— Простите, Господин! — Она грустно хмыкнула, так же грустно улыбнулась одними уголками губ, и начала расстёгивать пуговицы на пиджаке. — Спереди или сзади?
Я улыбнулся в ответ. Дождался, пока она покажет мне свои коричневые соски и отмахнулся:
— Достаточно!
— Достаточно?
— Да.
— Почему? — Она нахмурилась, замерев пальчиками на вороте своего пиджака и застыв на месте.
— Это была проверка, насколько ты верна мне, насколько ты откровенна со мной.
— И как ты это понял? Из-за того, что я не противилась? Не думаю, что это показатель. Я могла бы сыграть и возмущённую фурию, и девственную недотрогу, и обиженную аристократку, если бы мне нужно было тебя убедить.
— Грусть в твоих глазах. Не похоть, не покорность, не жажда мести. Просто грусть. 
— Ты интересный, Майки. — Она склонила свою голову набок и присмотрелась ко мне. Выглядело это забавно — оголённые груди и внимательный, изучающий взгляд. — И странный. Я, пожалуй, буду ждать тебя с нетерпением. Мне любопытно, как сложится твоя судьба дальше. Может, даже реально захочу связать свою судьбу с твоей.
— Захочу ли я этого! Ты в нашей странной паре ничего не решаешь!
— Я знаю… Господин! И мне это даже нравится. Немного! Позволит ли мне Господин закончить то, что я начала?
— Я же сказал, это не нужно. Не переигрывай!