Сотворение зла для экспертов (ЛП)

— Ты — амавра и ваянин. Я буду думать о тебе каждый шаг под солнцем.
Дрожь пробежала по мне. Он потянул, притягивая меня ближе, и наши ладони оказались зажаты между наших тел.
— Enpedēra vīsh nā.
Его хриплый шепот окутал меня, и я закрыла глаза.
— Enpedēra vīsh nā, - выдохнула я.
Красный свет вспыхнул на амулете, боль обожгла мою ладонь. Жар пронесся по руке, опалил грудь и угас.
Темная яростная тень с алым ядром появилась на своем месте в моем разуме. Мысли Заиласа проникли в меня, слишком быстрые, чтобы уследить за ними, но я так много ощущала.
Его печаль. Его сожаления. Боль от опустошения в нем.
Мои глаза открылись, и я потянулась к его лицу. Моя ладонь прижалась к его щеке, и я встала на носочки, чтобы наши лица были ближе, словно так я могла четче ощущать его разум.
Он отодвинулся, инфернус все еще был в наших руках.
— Закончили? — крикнула Амалия из своей комнаты. — Уже с инфернусом?
— Да, — вяло сказала я, стараясь успокоиться. Я убрала ладонь от его лица.
Она прошла в гостиную, и она имела право покачивать бедрами при ходьбе. В черном одеянии из кожи и спандекса она будто сошла со страниц моей любимой книги в жанре фэнтези — опасная охотница, выслеживающая киберпреступников.
Заилас отпустил инфернус, и я разжала пальцы. Символ Валъир сиял в центре. Я повесила цепочку на шею.
Через несколько минут мы вчетвером были готовы, включая Заиласа. Вместо путешествия в инфернусе он снова был наряжен как человек, но он не смешался бы с толпой.
Его законченный наряд был почти футуристическим, как одежда Амалии, и еще более грозным. Он был в куртке с капюшоном, штаны скрывали поножи, а перчатки были с прорезями на кончиках пальцев для его когтей. Добавьте отражающие очки, и он выглядел почти как злодей.
Мы спустились из квартиры и сели в черный седан дяди Джека, небольшой холодный дождь стучал по нам. Машина отъехала. Дядя Джек ощущал себя некомфортно в простой, но хорошо сидящей одежде. Я оглянулась на Заиласа.
Мы уезжали. Мы провели последнюю ночь вместе. Уже поделились, скорее всего, своим последним поцелуем. Вот и все.
Я бы не могла представить это в самых диких мечтах. Что я буду связана с демоном, и как это изменит меня. Как это изменит его. Следы, которые мы оставили на душах друг друга, никогда не пропадут.
Машина замедлилась, и это отвлекло меня от мыслей. Я склонилась, чтобы посмотреть в лобовое стекло, дворники двигались по стеклу, убирая дождь.
Высокие небоскребы центра сменились старыми зданиями в четыре-пять этажей, их окна были темными. Фонари озаряли пустые дороги, кроме одной машины впереди. Полицейская машина со сверкающими фарами загородила часть дороги рядом с установленной оградой.
Я тут же узнала вид — мы видели такое, когда Тахеш сбежал, и МП приказала перекрыть большую часть Истсайда.
Если они снова приказали эвакуировать обычных жителей, значит, я была права. То, что происходило с «Вороной и молотом» — одобряла это МП или нет — происходило сейчас.
Едва замедлив машину, дядя Джек заехал на тротуар. Офицер в машине открыл дверцу, но мы уже миновали барьер. Машина подпрыгнула, дядя Джек съехал на проезжую часть, и мы понеслись по зловеще пустой улице, приближаясь к гильдии.
— Смотрите, — шепнула Амалия.
Я склонилась над центральной консолью, пояс безопасности впился в мое плечо. Примерно в улице от нас над крышами поднималась колонна дыма с оранжевым отливом.
— Остановите тут, — приказал Заилас.
Дядя Джек остановил машину и выключил двигатель. Мы вышли из машины, подняли капюшоны от дождя, собрались на тротуаре и смотрели на озаренное огнем небо впереди.
Вне машины я слышала отдаленный грохот, взрывы, лязг, а еще другие звуки, хор криков и визга.
— Что происходит? — прошептала Амалия.
Я сжала кулаки.
— Идем.
Заилас уже двигался быстрым плавным бегом, пригибаясь. Я поспешила за ним, и Амалия и дядя Джек следовали за нами. Темные пустые здания возвышались, воздух заброшенного района усиливал звуки отчаянного сражения, которые были все громче, пока мы подходили ближе.
 
Заилас свернул в узкий переулок, вел нас к другой улице. Он замер на краю тротуара и выглянул из-за угла. Я склонилась, чтобы тоже увидеть.
В половине улицы от нас в невинном сиянии фонарей мифики бились за жизни.
Огонь сверкал, вспыхивала цветная магия, волшебники активировали артефакты в отчаянной защите от нападающих: жутких волков. Пена текла из их пастей, мышцы выпирали из кожи, они бросались на мификов, щелкая зубами, яростно рыча, заглушая этими звуками крики людей.
Страх пронзил меня от вида огромных волков. Ни один зверь не мог двигаться так быстро, особенно, когда эти существа были на сто пудов тяжелее обычного волка.
Это могли быть только оборотни. Я могла поспорить на деньги, что, как и вампиры, с которыми мы сталкивались, они были усилены Ксевером с помощью крови демона.
Заилас смотрел на них, его мысли кипели.
Низкие… быстрые… четыре лапы… как kanthav?.. Насколько сильные…
Волк поймал руку мужчины зубами и дернул, бросил жертву на землю.
Очень сильные… нападают только зубами… мягкая шкура…
Его быстрая оценка стала неуловимой, он анализировал бой за секунды. А потом Заилас сжал пальцы.
— Мы пойдем по прямой, — сказал он, его сверкающие мысли утихли, он сосредоточился. — И поищем Наживера.
Я едва начала кивать, а он выскочил на улицу. Я поспешила за ним, Амалия — следом, мы устремились к бою. Силуэты мификов стали четче.
Хвост Заиласа уже не обвивал его пояс, а ударил по земле за ним, и он пригнулся.
Он проехал к лапам ближайшего волка, сбил его. Волк падал, когти Заиласа скользнули по его животу — обычные, сияющие когти не требовались. Оборотень еще падал, а Заилас прыгнул на следующего, снова сбил с лап и разорвал живот.
Я замедлилась, меня поражала жестокость. Волки были огромными и ловкими, но Заилас, держась у земли, убирал это преимущество. Они не могли сбить его, потому что он атаковал на их уровне.
Он ударил волка ногой по челюсти, не дав ему укусить, а потом вонзил пальцы с когтями в грудь другого. Я следовала в дюжине шагов за опасным демоном, пока он двигался среди волков по краю сражения.
Голос зазвенел в хриплом крике, и я оторвала взгляд от Заиласа. В нескольких ярдах от нас мужчина упал, и волк был на нем, сжимал зубами его предплечье.
— Дрю!
Зора с яростным криком вырвалась из ниоткуда, взмахивая большим мечом. Оборотень, терзающий руку Дрю, отскочил с рычанием — но еще двое присоединились к нему. Зора встала над павшим товарищем, сжимая оружие, не дрогнула, хотя оборотни выстроились для нападения, и их общий вес был около шестисот пудов.
Я повернула к ним, схватила артефакт, висящий на шее. Волки наступали линией, слюна капала из пастей.
— Ori impello cylindrate!
Мой новый артефакт сверкнул, и колонна кружащегося воздуха полетела из него. Она попала по ближайшему волку, толкнула его в двух других и отбросила всех троих на пятнадцать футов. Они рухнули кучей, вопя.
Зора повернула голову ко мне, ее рот раскрылся.
— Робин? Ты жива?
Я замерла — нам нужно было двигаться, найти Ксевера и Наживера как можно скорее — но три волка уже поднимались, выбираясь из кучи.
— Нам нужно унести Дрю, — выпалила я, сжимая его руку.
Она сжала плечо его куртки одной рукой, его разорванная рука истекала кровью. Мы вместе потащили его по асфальту, но волки приближались, их зловещие бледные глаза смотрели на нас.
— Зора, — выдавил Дрю. — Отпусти меч.
Она отпустила его, и оружие взмыло в воздух. Длинный клинок в крови и дожде сиял в свете фонарей, полетел к приближающимся волкам, ударил по их лицам.
 
Зора схватила Дрю обеими руками, и Амалия появилась между нами, сжала его куртку. Мы втроем тянули его по улице в тени закрытого магазина.
Рыча, волки пронеслись мимо летящего меча и бросились на нас.