Сотворение зла для экспертов (ЛП)

Заилас сидел на кровати, все еще в человеческой одежде. Его книга с фотографиями была открыта на его коленях на странице с горой в Орегоне. Он говорил, что хотел забраться на нее, и я бездумно выпалила, что он мог, а потом глупо отмахнулась от его интереса, напомнив, что он хотел домой, а не путешествовать по миру людей.
Он моргнул от моего внезапного появления, а потом встал с кровати и бросил книгу на матрац.
Тяжело дыша, я замерла, пройдя несколько шагов после порога, в состоянии паники. Я не могла сделать это. Не могла это сказать. Я не могла обнажить сердце. Было куда безопаснее и проще отказываться от него, чем рискнуть его отказом.
Слова Миррины шептали мне на ухо: «Осмелься, как осмелилась я».
— Амавра?
— Я не хочу, чтобы ты уходил.
Слова вырвались. Резкие, сбивчивые, неловкие.
Его лоб сморщился, знакомое выражение смятения.
— Я не хочу, чтобы ты уходил домой, Заилас! — я не хотела кричать, но только так я могла сказать это. Прижимая полотенце к груди, я зажмурилась. — Я хочу, чтобы ты остался со мной. Я хочу, чтобы мы были вместе, остались тут вместе и увидели все места из твоей книги, и чтобы нам не пришлось еще долго прощаться.
Слезы катились по моим щекам, я закончила шепотом:
— Я не хочу прощаться навсегда.
Тишина.
Я заставила себя открыть глаза. Заилас все еще стоял перед кроватью, застыл от удивления, глядел на меня. Загадочный. Непонятный. Волшебная связь уже не давала мне доступа к его мыслям и чувствам.
Так что я должна была поделиться своими.
— Я з-знаю, что ты не хочешь оставаться. Это не твой мир, и тебе придется всегда скрываться или притворяться человеком или… или… и тут у тебя ничего нет, но… но… — судорожное дыхание вырвалось из легких. — Но я все еще хочу, чтобы ты остался со мной.
Эгоизм заявления с силой ударил по мне, и мои плечи поднялись к ушам. Я хотела, чтобы он пожертвовал всем, чтобы остаться со мной? Насколько жестокой я была?
— Ничего?
Я посмотрела в его глаза.
— У меня ничего нет тут? — он медленно склонил голову. — Ты тут.
Во рту пересохло, мое сердце колотилось так, словно ожидало убийственный удар.
Его хвост медленно покачнулся, и Заилас шагнул ко мне, скользя взглядом по моему лицу.
— Ты — моя амавра, Робин.
— Что это означает?
Он остановился передо мной.
— Это означает, что ты моя избранная. Это означает, что я рискну всем, чтобы быть с тобой.
Я прижала свою дрожащую ладонь к его груди, пальцы сжались в кулак, ловя ткань куртки.
— Ты хочешь уйти?
Прошел лишь миг перед его ответом, но тишина звенела в моих ушах, убивая уязвимое сердце.
— Я должен остановить виш призыва. Валъир создал ее. Я знаю, как ее остановить, так что должен.
Дрожь пробежала по мне. Я шумно выдохнула.
— Я понимаю. Наши предки создали магию призыва. Мы должны ее остановить. Только мы и можем.
Если не мы, то кто? Моя дочь, если она у меня будет, вызовет Валъира? И тот демон, младше, чем Заилас, слабее, не такой уверенный и без уникальных навыков Заиласа, сможет довериться человеку? У них будут силы или мотивация покончить с призывом?
Это должны сделать мы. Заилас и я. Значит, ему нужно было уйти через портал.
Я глубоко вдохнула. Еще раз. Потом еще. Вдыхала, пока не смогла успокоиться. А потом подняла руку, прижала пальцы к его шее и притянула его лицо ближе.
Медленный поцелуй. Он развивался. Усиливался. Мои губы приоткрылись, приглашая его язык, и его рот идеально лег на мой.
Я прижалась к его груди, затерялась в поцелуе. Затерялась в нем, в этом моменте.
Его легкое прикосновение скользнуло по моей спине, и он убрал полотенце. Оно упало на пол. Его ладони скользнули по моей влажной коже.
Я расстегнула его куртку и сбросила с его плеч. Он стряхнул ее с рук и отбросил. Его ладони вернулись к моему телу. Он касался и ласкал меня, а я нашла пряжки его грудной пластины. Они расстегнулись, и я бросила ее на пол со стуком.
Я снимала его броню и одежду по частям, при этом его ласки становились все настойчивее. Наконец, я ослабила шнурки по бокам его шортов и опустила их.
 
Теперь мои ладони скользили по Заиласу. Изучали изгибы его мышц. Спустились и робко обхватили его, мое сердце колотилось, все внутри трепетало от жара.
В этот раз он не прижимал меня, не забирал контроль. Он позволил мне исследовать его. Дал мне толкнуть его на кровать, чтобы он сел на краю матраца. Дал мне залезть на его колени, прижаться бедрами к его бедрам и раскачиваться, пока жар не стал сильнее.
В этот раз его ладони на моих бедрах не сдавливали, не мешали моим движениям. Он придерживал меня, а я опустилась на него, застонав, когда он заполнил меня. Хриплый гул донесся из его груди.
Мы двигались вместе, сжимая друг друга, и нам не нужен был инфернус, телепатия или магическая связь, чтобы быть в идеальной поразительной гармонии.
Нам не нужно было ничего, кроме друг друга.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ
Я сидела на полу в гостиной, окруженная бумагами и записями. Гримуар Атанас поверх своего ящика и мой блокнот лежали на диване, не тронутые. Амулет Валъира был рядом с гримуаром, его тайны были раскрыты, но на три тысячи лет позже, чем нужно.
Антея и Миррина обе звали амулет «ключом», но он был больше похож на демонический гримуар, чем артефакт.
Его первое заклинание: магия, подавляющая контракты демонов, скорее всего, чтобы Зриила никогда не поработили. Второе заклинание: видение прошлого, чтобы показать потомку Антеи, как появился призыв. И третье заклинание: указания, как покончить с призывом.
Едва слышные шаги прошли ко мне, и появился Заилас. Он опустился рядом со мной, мы вместе разглядывали нашу работу — наше задание. Мы знали, что нужно было сделать. Другим делом было достичь этого.
Заклинание из двух частей нужно было исполнять с двух сторон портала, и оно было понятным. Заилас уже запомнил свою часть: сложный массив, который он мог моментально создавать сияющие магией, как и длинное заклинание на демоническом языке.
Моя часть была проще, но ее было сложнее исполнить. У меня тоже было заклинание — тоже на демоническом, я его заучивала — и массив Арканы, который нужно было добавить к заклинанию портала. Антея оставила место для него почти в центре, линии уже были на месте. Мне нужно было только добавить нужные руны в правильные места, а потом произнести слова.
Будет не просто, но выполнить это можно было. Самым большим препятствием был сам портал. Аркана Фенестрам требовал времени, пространства, материалов и навыков, которыми я не обладала.
Я смотрела на бумагу в моих руках. Уголок от карты Ксевера.
Мы не могли открыть портал, но Ксевер мог. Он уже выполнил почти всю работу. На рассвете через четыре ночи его портал будет готов, и мы могли использовать его, чтобы покончить с призывом.
Нам с Заиласом нужно было только найти его.
Я разгладила смятую бумагу, а потом свернула ее, чтобы убрать в свой чемодан. Все нужно было сложить.
Мы с Амалией решили, что не будем задерживаться в убежище больше трех дней, пока на нас шла охота. Медлить было опасно. Я уже была четвертый день в этой квартире, и я не могла оставаться тут еще дольше.
Тихое горе хлынуло на меня. Когда мы уйдем, шансы, что Амалия вернется, станут нулевыми.
— Что такое, амавра?
Я подняла голову, удивленная, что Заилас наблюдал за мной.
— Хотелось бы, чтобы Амалия была тут. Мы начали это вместе, втроем, и… она должна быть с нами.
Но она ушла из-за моей привычки скрывать чувства, которая касалась не только Заиласа. Я не сказала Амалии о своих чувствах к нему. Я не показала ей записи Миррины. Я не призналась ей.
 
Я вздохнула.
— Мне нужно извиниться, но я вряд ли ее снова увижу.
Хвост Заиласа покачнулся.
— Я знаю, где она.
Его слова не сразу дошли до меня.