Чужое право первой ночи (СИ)

В конце концов, если я ничего не могла с этим поделать, мне оставалось только смириться и с удовольствием принимать то, что было мне послано, не так ли?
Тем более что времени у меня на это оставалось уже совсем немного.
***
– Алиан, как вам это место?
Дейран лежал на спине, закинув руки за голову и глядя куда-то вверх в почти безоблачное небо. В его зубах из стороны в сторону непрерывно ходила колосившаяся травинка, которую мужчина расслабленно пожёвывал до тех пор, пока, наконец, не заговорил со мной после долгого, но необъяснимо уютного молчания. Колосок выпал из его рта куда-то на мягкое волокно пледа, но граф оставил его в покое и перевёл взгляд на меня, сидевшую рядом с ним, подтянув колени к груди и положив на них свой подбородок.
Мы оба по-прежнему были одеты в свои купальные костюмы, позволяя им обсохнуть под сиявшим на небе солнцем. На пледе для пикника покоились остатки нашей трапезы, а на дне бокалов плескалось ещё немного вина, которое мы, не сговариваясь, решили не допивать. Неподалёку, у соседнего дерева, спокойно паслись наши послушные лошади, время от времени отмахиваясь лоснившимися хвостами от досаждавшим лишь им одним мелких мушек. Почти в центре озера разместилась пара невесть откуда взявшихся лебедей, степенно кружившихся ровненько друг за другом, словно заколдованные. В воздухе пели птицы, а ещё выше, далеко над ними неспешно ползли пушистые фигурные облака, принимавшие облик различных причудливых животных из далёких земель или древних сказаний.
Всё это было как-то неописуемо волшебно, маняще и свободно… И совершенно не соответствовало моим представлениям о той жизни, которую я давно уже себе распланировала.
Я повернулась к Дейрану полубоком и уточнила в ответ:
– Вы говорите об озере? Или об Акросе в целом?
– Об озере, – пояснил граф, но затем дополнил, – Но я не хочу ограничивать вас в ответе.
Я вновь обратила взгляд к водной глади, немного взволнованной плававшими вдалеке птицами. Лебеди перестали гоняться друг за другом и теперь будто бы смотрели друг другу в глаза, сложив свои длинные шеи в некое подобие сердца.
– Никогда в жизни я не видела ничего более прекрасного, – шумно выдохнула я без малейшей попытки солгать, – Это озеро, и горы, и деревья вокруг…
И, неожиданно для меня, сам непривычно безмятежный и умиротворённый Дейран, как неотъемлемая часть его будто бы сказочных владений.
Я не понимала, откуда у меня взялось это странное, почти инстинктивное чувство единства. Может быть, о нём поведал мне горный ветер, шелестевший в ветвях похожих на клубничный зефир деревьев, или прогремел шумевший вдалеке водопад, приносивший в долину приятную свежесть. А может, мне на ухо привычно нашептала моя природная интуиция. Так или иначе, но я была твёрдо убеждена в ощущении, что без Ле’Куинда не было бы Акроса. А без Акроса не было бы Ле’Куинда.
Это связь была так же неразрывна, как окружавшие нас крутые горы и их вековые снежные шапки. Как светлые и тёмные божественные близнецы, при всём своём бесконечном могуществе неспособные существовать в нашей реальности друг без друга. Как Ирра и сумрачные тени, в которых вечно таилась его загадочная сущность.
Как я и моя неукротимая жажда охоты, раз за разом влекущая меня к новым приключениям.
– Если весь Акрос хоть немного похож на эту долину, или на ту, где расположен ваш дворец, тогда, полагаю, что я не зря связала свою жизнь именно с этим местом, – усмехнувшись, я вернулась к своей роли и перевела взгляд на вершины гор, неприветливо скалившиеся небесам своими белоснежными зубами.
Мужчина позади меня неопределённо вздохнул. Словно собирался извиниться за то, что продержал меня взаперти так долго, что я не успела увидеть ничего, кроме самого замка и его окрестностей, но потом вспомнил, что изначально это была моя идея, и понял бессмысленность всего дальнейшего разговора.
Я вновь повернулась к графу, продолжавшему непрерывно смотреть в мою сторону, и неожиданно для себя самой предложила, будто бы пытаясь найти подтверждение собственной интуитивной теории:
 
– Может быть, расскажете мне об Акросе? О том, каким вы его видите. И о том, что он значит для вас.
Дейран задумался и ненадолго обратил взгляд к далёкому, почти бесконечному небу, как если бы моя просьба показалась ему непростой, а затем всё-таки качнулся и поднялся, словно собираясь с силами. Взгляд его неспешно пробежался по долине, по каждой её детали, каждой скале и каждому дереву как будто в поисках спрятанной где-то подсказки о том, с чего ему следовало начать свой рассказ. По розовым кронам прошелестел ветер, сорвав несколько лепестков и уронив их в чистейшую озёрную воду, а когда его порыв долетел до нашего уединённого местечка, то вместе с ним до моих ушей как будто донёсся шёпот самого Акроса, понятный одному лишь графу Ле’Куинду.
– Может быть, вы этого не помнили или не знали, но до недавних пор Акрос был беднейшим графством Касэта, – начал рассказывать Дейран, – Беднее даже северного Дакраса, круглый год заваленного снегами, или далёкой южной Оши. Северяне всегда славились своими наёмными солдатами. Считалось, что вечный холод закаляет их нрав, а свирепые командиры без лишних сомнений отсеивают слабых. И поэтому графы, а до них – лорды материковых стран, были готовы отваливать баснословные кучи касов за право управлять хотя бы одним отрядом дакрасских головорезов. Ситуация в Оше была совсем другой, но оттого не менее доходной. Уже тогда там была прекрасно развита ветвистая и очень сложная сеть контрабанды… Впрочем, это вы хорошо знаете и без меня.
Погрузившись в свою историю, Дейран начал постепенно складывать остатки еды в специальный мешочек и отставлять расположенную на пледе посуду куда-то в сторону. Вряд ли он понимал, что именно делал. Скорее, его руки по привычке пытались заниматься хоть чем-то полезным, пока мозг блуждал в океане старинных воспоминаний.
– А что же было в то время у Акроса? Почти одни лишь только горы, просветов между которыми едва ли хватало на то, чтобы выращивать достаточно леса и провизии для выживания населения. Акрос был никому не нужен. Он был опухолью на теле Касэта, уродливым вросшим близнецом, от которого невозможно было избавиться. И лишь потому он существовал как отдельная территория, а не принадлежал одному из своих соседей, которые не хотели о нём заботиться.
Граф полностью очистил плед от всего лишнего, и теперь, за неимением иного занятия, начал заплетать венок из росших на расстоянии вытянутой руки пушистых красных и жёлтых цветов.
– Единственным ресурсом, которого у нас тогда было в избытке, – одновременно со своим нехитрым занятием продолжал рассказывать мужчина, – Была, как ни странно, простая человечность. Люди Акроса знали, что смогут пережить очередную зиму, только если объединятся и помогут друг другу выстоять против стихии. И то же самое знали их лорды, а впоследствии – их графы, никогда не считавшие себя выше своего народа. Наоборот, они понимали, что именно благодаря тяжёлому труду своего народа они по-прежнему оставались живы и могли оказывать помощь тем, кто в этом нуждался.
– А потом в Акросе нашли золото, – вспомнила я, и мужчина кивнул мне в ответ.
– Сначала золото. Потом серебро. Потом драгоценные камни: сапфиры, рубины, изумруды. Алмазы, конечно же. Спустя какое-то время оказалось, что проще было назвать, чего в Акросе не было, чем перечислить всё, что нам удалось найти. Мы будто бы вскрыли сокровищницу самих богов. Вот только никто из Шести так и не появился, чтобы покарать нас за это богохульство, и тогда мы присвоили найденное себе.
– Неужели никто не попытался захватить власть, когда вы обнаружили все эти богатства? – удивилась я.
Дейран отрицательно покачал головой.
– Народ Акроса всегда стоял за своих правителей. Никому из местных и в голову не пришла бы мысль о том, чтобы попробовать отобрать то, чем графы и так щедро делились со своими подданными. Например, всего за пару лет моим предкам за счёт добытых ископаемых удалось навсегда покончить с вековыми проблемами зимнего холода и голода, равномерно распределив ресурсы между всеми нуждающимися и закупив недостающее у ближайших графств. Что же касается наших соседей… Во-первых, уже тогда существовала Коалиция, законы которой запрещают прямые военные столкновения между графствами, а во-вторых, даже если бы кто-то решился захватить наш трон, против его войск добровольно вышел бы весь народ Акроса. Не говоря уже о том, что теперь у нас были деньги на дакрасских наёмников.