Капитан без прошлого (СИ)
И с этими словами она опрометью бросилась прочь из каюты.
Вот ведь пришла беда, откуда не ждали! Эта-то малявка куда?!
Нужно было, наверное, ее сразу остановить и образумить: на немедленное списание на твердь дерзость Дик, может, и не тянула, но спускать такое поведение юнге ни один капитан просто не имеет права — если он, конечно, в здравом уме!
Но я настолько опешил, что позволил девочке беспрепятственно выскочить за дверь.
Ладно, может, так даже будет к лучшему — остынет, одумается… Ну и я пока поразмыслю, как с ней дальше быть…
Шаккр!
* * *Переговорить с Ксен до нырка мне так и не удалось, а при входе корабля в тоннель ее вырубило — получается, несмотря на все ухищрения Ее Высочества нахалки. Но как только девушка более-менее пришла в себя, я сразу ее навестил.
Блондинка лежала в своей каюте, в кровати, куда ее поместили заботливые дроны Аран. Толстое одеяло укрывало бедолагу-суперкарго по самый курносый носик — после тоннельного обморока пострадавших всегда сильно знобило.
— Как ты? — задал я с порога, может, и не самый оригинальный, но зато искренний вопрос.
— Все уже знают, — невпопад ответила Ксен из-под одеяла. — Ну, о нас… — а может, как раз впопад.
— Похоже, что так, — кивнул я.
— Я только Брин рассказала, — пояснила девушка. — Но Уняйя догадалась — у нее же чутье — и, наверное, разболтала Дик. Ну а Аран… От нее вовсе не скроешься.
— Не скроешься, — снова согласился я.
— Мне так стыдно… — прошептала блондинка. — И все-таки я ни о чем не жалею! — сдернув одело с нижней части лица, заявила она чуть ли не с легким вызовом.
— Я тоже ни о чем не жалею, — не замедлил уверить ее я.
— Правда? — робко улыбнулась Ксен.
— Правда. Это было лучшим, что я о себе помню! — ничуть не покривив душой, признался я.
— У меня так же… А помню я побольше вашего!.. — улыбка девушки сделалась шире. — Когда в следующий раз окажемся на пороге смерти — повторим? — понизив голос уже даже не до шепота, а едва различимого выдоха, спросила затем она.
— С нашим неугомонным юнгой долго ждать не придется! — усмехнулся я.
Возможно, стоило ответить как-то иначе — например, спросить, обязательно ли брать за ориентир угрозу смерти… Но эта светлая мысль пришла мне в голову с запозданием, а в тот момент что выскочило — то выскочило.
Как бы то ни было, если моя собеседница и желала какого-то другого ответа, то никак этого не показала.
* * *Дик явилась с повинной без моего вызова. Не знаю уж, сама сообразила или надоумил кто, но раскаяние девочки выглядело искренним.
— Простите, капитан, — выговорила она. — За… За мое поведение. Я вела себя недопустимо… Это первое. Полезла не в свое дело — это второе. И даже будь это моим делом — реагировала неправильно. Это третье. Подобное не повторится, обещаю! — подняла юнга на меня красные, но сухие глаза. — Если на Огуа вы выставите меня на твердь, я вас пойму, — продолжила Дик, не дав мне толком и рта раскрыть — будто спеша сама поднять опасную тему, пока о ней не заговорил я. — Но прошу, капитан: дайте мне еще один шанс! Клянусь, я больше никогда не подведу вас! Слово… Слово принцессы Гохара!
Ого, вот так тяжелая артиллерия пошла в ход!
— Мне не нужно слово принцессы Гохара, — покачал головой я. — Здесь, на «Еве», такой нет, не так ли?
Девочка дергано закивала в знак согласия.
— Если ничего не путаю, передо мной стоит мой юнга, Дик Днэсс иль Бака, — продолжил я. — Или ее слово стоит меньше обещаний той принцессы?
— Не меньше, — резко мотнула головой мелкая. — Я — Дик, юнга «Евы», и я никогда более не дам вам повода во мне сомневаться! — с расстановкой произнесла она. — Только оставьте меня на корабле, прошу! — умоляюще прошептала затем. — Космос свидетель, капитан: я оправдаю ваше доверие!
— Хорошо, — не стал уже тянуть с ответом я. — Юнга Дик Днэсс иль Бака! Ваши извинения приняты! С учетом сильного нервного напряжения, в котором вы находились в момент проступка, ограничимся на этот раз устным замечанием. Несите службу, юнга!
— Слушаюсь, капитан! — сглотнув, судорожно отсалютовала мне девочка.
23. Вторая на луне
Оставшиеся три нырка прошли для Ксен и Брин благополучно: ни та, ни другая жертвой тоннельного проклятия не стала. Нельзя, правда, не отметить, что в свободное время обе блондинки возобновили свои занятия с Дик — юнга изо всех сил старалась быть полезной экипажу. Может, эти их упражнения и впрямь как-то сказались: все-таки у нашего пилота теперь насчитывалось целых девять успешных попыток подряд — в прошлый раз Брин вырубилась как раз на девятой. Впрочем, это было аккурат на уровне ее дипломных девяносто двух процентов соответствия и уж точно ничего не гарантировало в будущем.
Никаких других существенных происшествий до конца рейса на борту также не случилось — да и несущественных, в общем-то, тоже. Разве что уже на самом подлете к системе Огуа Аран доложила, что изгнанный ею вирус попытался о себе напомнить, но без труда был нашим бортмехаником бит. Как и обещала мне ранее шестисолнечница, на корабле даже ни одна лампочка при этом не мигнула.
— Интересно, как вирус вообще оказался в том перстне? — задумчиво пробормотал я, внимательно выслушав отчет Аран.
— Сама недоумеваю, — охотно поддержала тему цифровая копия. — Слишком уж это мощное — и слишком специфическое — оружие, чтобы случайно заваляться у банального уличного грабителя! На что бы оно ему сдалось? Разве что тот негодяй и не догадывался, что за штуку таскает на пальце — ну, как наша Дик потом. Просто отобрал перстень у кого-то — и нацепил…
— Ну, не знаю, — покачал головой я. — Открыто носить такой трофей… Разве что чисто для форсу бандитского? Украденные деньги легко перевести на анонимный счет — и никаких концов потом не сыщешь. А перстень — его же могли случайно опознать!
— Да что там опознавать — оболочка самая заурядная, — махнула рукой шестисолнечница. — Таких по галактике гуляет — миллиарды! Вот начинка в печатке — да, пряталась нетривиальная. Но это нужно фелидой быть, чтобы догадаться! Я, например, ничего не заподозрила, хотя в кристаллах разбираюсь!
— Да уж, у нашей Уняйи чутье так чутье… — хмыкнул я, подумав при этом не только о перстне.
— Это еще хорошо, что у нас на борту нет гóргора, — в свою очередь усмехнулась моя собеседница. — Они, говорят, и вовсе мысли читают! Правда, вроде как, мало что там понимают. Но то, что кажется им неприятным, из чужой головы выпалывают!
— Гóргоры же вроде с людьми не контактируют, нет? — припомнил я.
— Ну так и фелиды редкие гости на человеческих кораблях, тем более — в экипажах!
— Если буду брать в команду гóргора — то только гóргора-девочку, — несколько нервно хохотнул я. — Дабы не разрушать сложившейся гармонии. Бывают же гóргоры-девочки?
— Понятия не имею, — развела руками Аран. — Гóргоры — одна сплошная загадка, почище фелид!
— Прям как человеческие женщины, — подмигнул я шестисолнечнице. — Нам подходит, берем!
* * *Диспетчерская порта КК-177, арендованной «Космокором» луны на орбите родной планеты наших близняшек (да, да, ясное дело, я помню, что Брин — клон, но так звучит куда теплее), была полностью роботизирована. На подлете пилотам даже не требовалось лично выходить на связь и запрашивать разрешения на посадку — вся необходимая информация считывалась с борта специальными сканерами, после чего, также автоматически, звездолет получал посадочное предписание. Более современные корабли и вовсе заводились на твердь без участия своих экипажей, при помощи особых улавливающих лучей, но старичкам-«Оркам» подобное было недоступно, так что Брин без дела не осталась.
— М-ня, странно! — проговорила справа от меня из бомбардирского кресла Уняйя, когда после доброго получаса орбитальных маневров «Ева» наконец опустилась на выделенную ей площадку. — Такая продвинутая луна, а на летном поле — обычный человек с сигнальными огнями, м-ня…