Карфаген 2020. Восхождение (СИ)
Передвигаемся туда все так же, четверками. Дом находится в третьем ряду построек и соединен с соседними стеклянными оранжереями, с нашей стороны такие переходы уцелели. В крови бурлит адреналин, мне непривычна роль загонщика. Ногой бью пластиковую дверь в оранжерею, но она заперта. Прикладываю коммуникатор к считывающей панели, и она принимает запрос — ИИ запрограммированы подчиняться запросам с более высоких уровней.
Пространство утопает в диковинной растительности. Пахнет сыростью, зеленью, цветами. Водя стволами по сторонам, проходим небольшой бассейн, окруженный травой с продолговатыми листьями в человеческий рост. Никто не нападает, что ожидаемо. Вижу впереди движение, вскидываю руку, веля всем остановиться, целюсь в шевелящиеся растения. Мимо статуи обнаженной женщины, прикрывшейся рукой, проходит еще одна наша группа.
— Восьмерка — готовность, — повторяю я.
Впереди идущая группа попадает под обстрел: слышны выстрелы, крики, звенит разбитое стекло. Бросаюсь на помощь нашим, но, когда добегаю до тринадцатого дома, все уже кончено: трикстеры пустили по плазменному разряду в каждое окно, и изнутри тянулся густой черный дым.
— В доме никого, — проговорили искаженным динамиками женским голосом. — Вероятно, ушли через подземный ход.
— Восьмерка? — интересуюсь я.
— Ждем, — откликаются лучшие бойцы, заранее отправленные на перехват в подземелье. — Парализаторы готовы, позиции заняты… Слышу шаги. Отбой.
В гермошлем встроены фильтры, и он защищает от отравляющих веществ, потому проникаю в задымленный дом. Возле запертого изнутри люка толпятся трикстеры, кто это именно, не разобрать: костюмы-то у всех одинаковые, знаков отличия нет.
— Это Леон, — представляюсь я. — Не взрываем, ждем. Восьмерка, отчитайтесь, как будет ясность. Все остальные — молчать. Говорим только, если что-то экстренное.
Через пятнадцать минут пробивается восторженный голос Дэна:
— Цель взята. С обеих сторон без потерь! Охренеть снаряга! Движемся назад.
Щелкает щеколда, и люк в полу распахивается, появляется Дэн, друг за другом вытаскивает семь тел, восьмое и девятое — мальчики лет семи и десяти. Программа подсказывает, что Ципион — низкорослый черноволосый мужчина с оттопыренными ушами. Его послужной список удивляет даже меня. Указываю на него, на двух его приближенных с такими же списками совершенных преступлений.
— Хозяин, — узнаю Миранду, она осталась вместе с Виктором во флаере сопровождения, куда должны будут погрузить пленных. — Прибыли полицейские. Что им сказать?
— Что уже иду. Информируй Ра, чтобы готовил мобиль для транспортировки пленных на базу. Потом подготовь транспортник, что полетит на Сабанский полуостров, к приему людей. Бойцов накормить, и ждите меня. Я полечу с ними.
По общей связи говорю:
— Тела троих преступников — на борт, доставить во флаер сопровождения, остальных оставить здесь. Пехота — занимайте места во флаерах, летите в точку сбора, грузитесь на транспортник и ждете меня. Дальше будет разбираться полиция.
Выхожу из дома и шагаю к ограждению, над ним виден зависший старенький полицейский «ястреб», на каком я работал во внешнем патруле. Чуть дальше в воздухе маячит машина, управляемая Виктором. Стягиваю шлем, жадно вдыхаю воздух, пахнущий гарью. Зрение перестраивается, и меня покачивает.
На борту своей «осы», переодеваясь, даю команду Миранде связаться с полицейскими.
Стягиваю костюм и будто бы остаюсь без кожи. Сперва по плану поговорить с полицейскими, потом — штурм второй, третьей, четвертой резиденций преступных боссов, затем -часовой допрос пленных.
* * *Штурм резиденций проходит штатно, примерно так же, как первой: сперва атакуют флаеры, преступники вяло отстреливаются, потом сдаются, и в работу вступают штурмовые группы. В нас стреляют, но не причиняют особого вреда, броня держит даже импульс из простенького плазмогана, а ничего серьезного у дельт нет.
Зато мне становится ясно, как горстке альф и бет удается держать в страхе миллионное население зиккурата.
Каждый раз после удачного штурма мои бойцы радуются, как дети — им в удовольствие работать в такой броне!
Когда боссы понимают, что все серьезно, и им не отбиться, пытаются уйти под землей, где их перехватывает восьмерка. Сбежать ни у кого не получается, потому что накануне я изучил все ходы и выходы, а лучше всего в подземельях ориентируются трикстеры, пусть даже это чужой черный ход. Восьмерка работает чисто, парализует убегающих, потом опознанных мной боссов грузит на флаеры, их семьи оставляет на месте, сдавшихся передает полицейским.
Управляемся к четырем вечера. Выгрузив трикстеров, летим на базу, а я думаю о том, что нужно слить Лексу изображения с камер внешнего обзора а также с тех, что встроены в гермошлемы, чтоб он смонтировал презентацию работы трикстеров для Гискона. Только вспоминаю покровителя, он будто мысли читает и набирает меня.
— Жене стало хуже. Когда ты сможешь… уделить ей внимание?
— Завтра. Как именно ведется отсчет отката способности, не знаю. Если с момента последнего… применения, то примерно в обед.
Следует тяжелый вздох, и я продолжаю:
— Но попробую сразу после двенадцати ночи. Вдруг получится. Просите защиты у Танит. — Последнее говорю, скорее опираясь на интуицию, чем на знания.
Проскальзывает мысль, что если его супруга скончается, то из нас получится неплохая сцепка озлобленных на Боэтарха, и тогда его можно использовать в своих интересах. А значит, хорошо, если она умрет, но что-то во мне противится здравому смыслу. Надо делать, как должно, и поступать по совести… Которой у меня отродясь не было, а тут вдруг поселилась в голове сопливая тварь и нашептывает всякую ерунду. Зверобогие не должны вызывать сочувствие.
Они за людей не считают таких, как я, что показала их встреча с трикстерами, и отняли у меня самое дорогое. Их мир должен быть разрушен.
— Прибытие в пункт назначения через две минуты, — отчитывается пилот-наемник. — Дальнейший план действий?
— Возвращаетесь к пункту сбора, ожидаете меня. Затем, как прописано в контракте, сопровождаете транспортник на Сабанский. Отбой.
Эти люди наняты на пять дней, за это время они должны обучить трикстеров пилотированию и особенностям ведения боя на поверхности.
В голове нужно удержать столько информации, свести столько концов с концами, что не остается места для рефлексии. Переключаюсь на первоочередные дела, а именно — допрос преступников. «Оса» приземляется в зарезервированное за ней место, высаживает нас и уносится прочь. Оглядевшись, шагаю к ожидающему меня Ра.
— Я закрепил за нами грузовой мобиль. — Он поглядывает в коммуникатор, притопывая.
Пока есть время, пробегаюсь по этажу парковки — ищу засаду или радиоуправляемую бомбу, но ничего не обнаруживаю и все равно подумываю, что неплохо бы менять точки приземления, нам нельзя быть предсказуемыми, учитывая открывшийся талант Боэтарха навязывать свою волю.
Надана и Вэра прилетают спустя пять минут, Миранда остается приглядывать за трикстерами. Флаер сопровождения с грузом на борту прибывает последним, и мы с оружием наизготовку принимаем одиннадцать пленных, которые к тому моменту уже очухались.
Наемники сгоняют мафиозных боссов в кучу, они проверяют на прочность наручники зыркают друг на друга. Кто-то из них руководил налетом на дом Помпилиев и виновен в смерти Тевуртия и Элиссы. Подхожу к ним, криво усмехаюсь и потираю руки.
— Полагаю, господа, вы знакомы и догадываетесь, зачем вы здесь, ведь так? Вас ждет удивительная экскурсия по четвертому уровню. Для многих она будет в один конец. — Обращаюсь к наемникам: — Грузимся!
Шестеро наемников направляют пленных к Ра, стоящему возле открывшегося прохода в грузовой мобиль, опять же напоминающий гигантский лифт, развернутый горизонтально, только сидячих мест тут всего шесть. Немногочисленные люди на старт-площадке обходят стороной вооруженную команду, а я внимательно за ними слежу, готовый пристрелить любого.