Крошка Тим (ЛП)

Когда мы наконец вышли из кухни и дедушка заметил покрасневшие глаза мамы, он выглядел так, словно вот-вот взорвется снова. К счастью, бабушка схватила и вытащила его из комнаты раньше, чем он успел. Я не знаю, что она ему сказала или сделала, но я подозревала, что Дэнни ввел ее в курс дела, потому что, когда они вернулись, дедушка казался довольно подавленным и больше не делал попыток разлучить маму со мной.
По крайней мере, раз в час мама наклонялась ближе, чтобы шептать мне на ухо, как сильно она меня любит, просто чтобы услышать, как я тоже это говорю. За этим всегда следовала ее яркая улыбка и еще один поцелуй в щеку. Для всех членов семьи было совершенно очевидно, что мы совершили какой-то прорыв, как только они ее увидели, но все так же быстро уловили детали.
Я должен был признать, что, хотя у меня все еще была довольно большая рабочая нагрузка, особенно с моим новым побочным проектом по превращению вымышленного программного обеспечения Джона для управления складом в реальном времени, моя жизнь снова оказалась довольно хорошей. Так было до тех пор, пока я не наткнулся на обычные и вполне ожидаемые неровности дороги.
Как только адвокат Аарона прислал необходимые документы, я перевел деньги, которые судья присудил ему, на личный счет мамы, чтобы она могла разобраться с этим, когда придет время. Мой банковский счет теперь был опасно тонким, но я продолжал перекачивать наличные на свой счет PayPal и, теперь, когда развод был окончательным, перевел на свой банковский счет достаточно денег, чтобы оплатить все счета. Теперь началась игра ожидания, чтобы увидеть, выполнит ли он и свои финансовые обязательства.
Что он и сделал. Но он не смог удержаться от нанесения последнего удара.
«Это вся сумма алиментов до тех пор, пока ему не исполнится восемнадцать, плюс возмещение, которое я ему, видимо, «должен». — сказал Аарон холодным тоном, вручив маме чек на сумму более 5810 долларов. «Я не хочу иметь ничего общего с этим мальчиком и не хочу, чтобы ты когда-либо упоминал о нем при мне. Вы будете получать обслуживание ежемесячно».
Затем он встал из-за стола и оставил маму – и обоих их адвокатов, если уж на то пошло – в ошеломленном молчании.
Я узнал об этом только через несколько дней. Усиленная привязанность мамы уже была немного чрезмерна после моего срыва в спальне, но теперь это стало почти тревожным. Она буквально цеплялась за меня всякий раз, когда у нее была такая возможность, заверяя меня, что никогда больше меня не бросит. Это стало граничить с жутким, когда она начала присылать мне небольшие текстовые сообщения в течение дня, чего она никогда раньше не делала. Такие вещи, как « Иду за продуктами. Все, что вы хотите? Люблю тебя, дорогой » или « Ужин в семь». Очень тебя люблю».
Поскольку ужин в нашем доме всегда был в семь, я подозревал, что эти сообщения были лишь средством напомнить мне, как сильно она меня любит. Мне потребовалось некоторое время, чтобы заставить ее наконец рассказать мне, что именно произошло между ней и Аароном. Признаюсь, после того, как я узнал факты, я не мог не оценить ее усилия.
Так прошло три недели, пока не произошло следующее большое событие. На самом деле, для Евы и Мии это было важнее, чем для меня, поскольку пришло время выпускного бала.
Как и на свидании ко Дню святого Валентина, я решил использовать все ресурсы, которые мог предложить мой шкаф в спальне, и сделать все возможное для них. Я арендовал лимузин, нанял фотографа и заплатил за платье Евы. Я даже согласился сопровождать Нору, когда она хотела, чтобы я купил костюм, который будет соответствовать выпускному платью ее дочери, несмотря на то, что она сказала мне, что это платье будет сверкающего цвета розового золота.
Однако портной проделал фантастическую работу, и я с удивлением осознал, что выгляжу не так смешно, как опасался. Сам костюм представлял собой обычный черный костюм с белой рубашкой. Но он заставил меня надеть жилет и галстук, которые, судя по всему, были сделаны из того же материала, что и платье Мии, а также засунул в мой нагрудный карман полоску ткани, оставшуюся от ее платья. Это было не то, что я мог бы носить когда-либо снова, но, по словам Норы, это было чрезвычайно важное воспоминание для девушки и должно было быть идеальным.
 
Когда наконец наступило свидание, я узнал, что она была права. Ева и Миа почти весь день готовились в доме Мии. Я пошел дальше и назначил Еве свидание, чтобы мы могли встретиться с девочками вместе.
Однако свидание Евы меня удивило, поскольку на тот момент парень уже добрых два года не скрывался. Не поймите меня неправильно, этот парень мне понравился, и мы очень весело пошутили о моем блестящем наряде, пока ехали к дому Мии. Это просто напомнило мне о нежелании Евы искать партнера. Я просто надеялся, что она вернет это обратно, как только выйдет на сцену колледжа.
Нашей первой остановкой после продолжительной фотосессии с родителями Мии стал местный парк, где нас ждал профессиональный фотограф, которого я наняла. Могу добавить, к большому удовольствию Евы и Мии. После фотосессии последовал ужин при свечах в бразильском стейк-хаусе, а затем мы поехали в бальный зал отеля, забронированный школой для мероприятия.
Поскольку я был единственным юношей-юниором на выпускном балу, я беспокоился о том, что почувствую себя не на своем месте. Этого не произошло. Мы с Мией танцевали, смеялись и целовались, и все ее друзья пришли меня принять. Однако стало совершенно ясно, что вечер не будет таким, каким я видел его в голливудских постановках.
Основная причина этого выпускного вечера заключалась в том, чтобы пожилые люди провели особенный вечер друг с другом, прежде чем все разойдутся и разъедутся по стране. Итак, я позволил Мии взять на себя инициативу и решить, чем она хочет заниматься, и был полностью доволен ее решением проводить как можно больше времени со своими друзьями. Даже когда выпускной закончился — а нет, мы не снимали «Королеву и короля» — они решили перенести вечеринку в круглосуточную закусочную, так как просто не хотели, чтобы она заканчивалась. Но, в конце концов, это произошло.
Спутник Евы приехал на такси домой около двух часов ночи, поэтому, когда нам тоже пришло время уходить, мы втроем остались одни в лимузине.
" Кексик..." — начала Миа примерно за несколько минут до того, как мы подошли к ее дому. — "Нам нужно кое о чем поговорить."
Я бросил быстрый взгляд на Еву, которая казалась такой же невежественной, как и я, прежде чем уделить Миа все свое внимание.
"Как насчет?"
«Ты ведь знаешь, насколько успешны отношения на расстоянии, верно?» — спросила она не колеблясь и не грустно, а скорее по-деловому.
"Да". Я сказал, чувство неуверенности поселилось в моем желудке.
«Ну, я поговорила с мамой… И думаю, у нас есть два варианта». Она остановилась, глубоко вздохнув. «Первый вариант — превентивно расстаться. Или скажи, что мы делаем перерыв».
"Перерыв." Я был невозмутим. «Трехлетний перерыв вряд ли закончится хеппи-эндом. Но я также не хочу расставаться с тобой только из-за возможности, что что-то может случиться».
"И я нет!"- она успокоила меня твердым кивком. «Но согласись… есть вероятность, что что-то произойдет. Двойная специализация в Северо-Западном университете будет трудной. И требовательный. Первые несколько месяцев я вообще не смогу вернуться. И даже после этого я, вероятно, даже не вернусь на несколько каникул».
"Ой". Я понятия не имел, что будет так плохо.
" Не пойми меня неправильно, Кексик. Я люблю тебя! Я не планирую быть с кем-то еще и все равно планирую, что мы будем вместе, когда вернусь из университета. Но... Три года – это большой срок. И я не знаю, смогу ли я... Вопрос в том, сможешь ли ты мне позволить, может быть... если я ослабну, ты сможешь мне это позволить ? Я не буду искать тебе партнера или замену. Но, может быть... вместо того, чтобы расстаться... мы могли бы открыть наши отношения на время моего отсутствия".