С любовью, Шторм (СИ)

— Шторм? Эвелин? Вы там? Гости уже заждались и скоро будет подан ужин.
Шторм прерывает поцелуй, пытаясь отдышаться, но все еще продолжая погружаться в меня.
— Уже идем!
— Я автор любовных романов и знаю, чем вы двое там занимаетесь! — кричит она в ответ. — Поторопитесь! Вы можете заняться этим и после свадьбы.
Смеясь, мы игнорируем ее и продолжаем жадно целоваться.
Его бедра замедляются, сводя с ума своей длиной. Я выгибаю спину, принимая его глубже, и целую в шею, в надежде приглушить крик, когда выкрикиваю его имя. Если кто-то находится в соседней комнате, я уверена, что они слышат, как моя задница бьется о стену, когда Шторм взрывается внутри меня.
Он осторожно опускает меня, обхватывает ладонями и, наклоняясь, нежно целует.
На его лице расплывается широкая улыбка, когда мы смотрим друг другу в глаза.
— Секс в браке самый потрясающий, — признается он.
— Любой секс с тобой потрясающий.
Отстранившись от Шторма, оглядываю комнату в поисках чего-нибудь, чем можно было бы привести себя в порядок. Бросаю взгляд на салфетки на столе, где все еще разложена вся моя косметика.
— Все будут гадать, где мы, — нервно говорю я, пока мы одеваемся и пытаемся сделать вид, что не занимались сексом как безумные кролики.
Он одаривает меня своей озорной мальчишеской улыбкой.
— Уверен, все уже точно знают, где мы. — он помогает застегнуть молнию на моем платье, затем целует меня в затылок. — Это твой день, детка. Ты можешь делать все, что, черт возьми, захочешь.
Я поворачиваюсь к нему лицом и улыбаюсь.
— Это наш день.
  
ГЛАВА 10
 
Эвелин
Когда мы входим в зал для гостей, все хлопают и приветствуют нас — уверена, что сейчас я красная, как лобстер, — но Шторм просто притягивает меня в свои объятия и целует, заставляя всех поддерживать сильнее.
Хотя мы наняли группу, чтобы братья и кузены Шторма могли насладиться вечером со своими партнершами, Тэлон и Рейн все равно хотят спеть дуэтом романтичную песню, написанную специально для нас, с Лукасом, играющим на скрипке. Пока мы целуемся, они выходят на сцену, и Тэлон хватает микрофон.
— Дамы и господа… Шторм и Эвелин Валентайн!
Зал наполняют нежные звуки скрипки Лукаса, и Шторм выводит меня в центр танцпола. Через несколько мгновений к скрипке присоединяются остальные члены группы, а Тэлон начинает петь проникновенным и глубоким голосом. Эта песня только для нас. Но когда рядом с Тэлоном встает Рейн и поет свою часть песни, от ее красоты на глаза наворачиваются слезы.
Шторм смотрит на меня, начиная танцевать.
— Эй, не плачь, или я сброшу их прямо со сцены.
Я кладу голову ему на плечо.
— Просто песня очень красивая, — говорю я со слезами на глазах. — Они вложили так много в эту песню ради нас. Я обожаю ее. И их.
— Я люблю тебя.
Я смотрю ему в глаза, чувствуя, что сердце вот-вот разорвется от любви к нему.
— Я тоже тебя люблю. Это самый счастливый день в моей жизни.
— Приготовься, детка, это только один из многих.
И, без каких-либо сомнений, я верю — Шторм говорит чистую правду.
***
После танцев, рука об руку мы приветствуем наших гостей. Вместо подарка мы попросили всех сделать пожертвование нашему любимому местному приюту для спасения домашних животных, которым владеет и управляет семья Грейс, давние друзья Валентайн.
В конце ужинаем, а затем разрезаем торт с глазурью, похожий на настоящий снег. Торт, который слишком красив, чтобы его резать и есть, как говорила бабушка несколько недель назад. На самом верхнем слое — жених и невеста с длинными волосами, стоящие рядом с пикапом. Шторм заказал это у той же девушки, что сделала снежный шар, подаренный им мне на Рождество после первой встречи. Бабушка аккуратно снимает украшения и небольшой верхний слой с торта, затем кладет их в подарочную коробку, чтобы мы могли забрать их с собой.
Вечер выдался бурным. После танцев, нескончаемых бесед с гостями, фотосессии, мимолетных поцелуев с мужем и торта понимаю, что давно не видела Эми. Ещё раз осматриваю комнату, но нигде ее не вижу. Даже в баре за флиртом с симпатичным барменом.
 
Рядом Шторм обсуждает группу с братом Ашером и их другом — Тором. Я легонько касаюсь его руки.
— Пойду поищу Эми. Сейчас вернусь.
Он целует меня, затем я направляюсь в другой конец комнаты, где замечаю Айви и Лукаса возле двери, они о чем-то говорят.
Как только я подхожу к ним, Айви обнимает меня.
— Эвелин! Мы очень рады за вас двоих. — она сияет. — Выглядишь великолепно, а платье просто сногсшибательное.
— Спасибо. Азия поработала на славу.
— Ты похожа на ангела. Зимняя тема превзошла саму себя, — говорит Лукас.
— Твое соло на скрипке — фантастика. Большое спасибо за такой подарок.
Он поднимает бокал с шампанским в мою сторону.
— Все для вас, ребята.
— Эй, а вы не видели Эми? — спрашиваю их. — Не могу ее найти.
Они качают головами.
— Нет, — говорит Айви. — Еще с церемонии, если честно.
Я морщусь.
— Ладно… пойду, разыщу ее.
Я выхожу из приемного зала и направляюсь в дамскую комнату, в голове крутятся всевозможные сомнения. Может, она заболела? Или что-то случилось, и ей пришлось уйти? Это на нее не похоже — исчезать без предупреждения. Я была уверена, что весь вечер она будет суетиться вокруг меня, поправляя волосы и говорить, чтобы я ровно стояла.
На полпути по коридору замечаю, как она выходит из двери слева, следом за ней Майк с не зажженной сигаретой во рту и поворачивает к выходу, исчезая в конце коридора.
— Эми… — я бегу к ней. — Я повсюду тебя ищу.
Сейчас, когда я вижу ее лицо, понимаю, что моя лучшая подруга, всегда выглядящая с иголочки, немного растеряна. Помада и подводка размазаны, а волосы взъерошены.
— Где ты была? — спрашиваю я.
Она поправляет волосы.
— Танцевала. Потом мне стало жарко, и я вышла подышать.
Я вообще не помню, чтобы она когда-либо танцевала.
— Танцевала? — повторяю я, приподнимая бровь. — Лицом? Что с твоим макияжем?
Кончиками пальцев она смахивает остатки подводки под глазами.
— Говорю же, было жарко.
Прищурившись, внимательно изучаю ее.
— Что с тобой? Ты выглядишь запыхавшийся.
Отказываясь встречаться со мной взглядом, она продолжает идти к приемному залу, и я следую за ней.
— Разве у тебя нет мужа, с которым можно танцевать, целоваться или трахаться возле стенки?
— О, Боже мой, ты слышала нас?
— Не я одна.
Я качаю головой. Подумаю об этом позже. Сейчас мне надо знать, что она скрывает.
Схватив за руку, останавливаю ее. Понятия не имею, как она так быстро ходит на каблуках, когда я едва поспеваю в балетках.
— Эми… Я знаю, когда ты мне что-то не договариваешь. Что ты сделала?
— Не что… — она лукаво улыбается, демонстрируя идеальные белые зубы. — А кто.
— О черт. Кто?
— Майк.
— Майк! Издеваешься? — шиплю я.
Повернувшись направо, она толкает дверь в дамскую уборную, и я следую за ней.
— Что произошло? — требую я объяснений после того, как убеждаюсь, что здесь никого нет.
— Мы перепихнулись, — просто говорит она, моя руки.
— Перепихнулись? Что это значит?
Она смотрит так, словно у меня десять голов.
— У нас был секс, Эв.
— Что?! Где? И почему?
Она скрещивает руки на груди.
— Расслабься. Все произошло в гардеробной. Никто нас не видел.
— Не могу в это поверить. Зачем тебе это?
— Когда я видела группу, каждый раз пускала слюни по бас-гитаристу, и никогда не замечала, насколько горяч Майк.
— Пожалуйста, скажи мне, что не спала с братом моего мужа.
— Почему ты так реагируешь? Мы взрослые люди. И оба этого хотели.
— Это было в гардеробной. С сотней гостей рядом! Включая его мать и бабушку. Что с тобой такое?