Первое поселение (СИ)
— Супа, три порции, — скомандовал Конральд. — И пива.
— Пива нет, — трактирщик скорчил извиняющуюся физиономию. — Есть остатки браги. Пиво привезут только послезавтра.
— Если холодная — тащи брагу!
— Три?
— Три. И, думаю, две воды для разбавки.
Мы заняли угловой круглый столик. Конральд уселся, закинув ноги на свободный, четвертый стул, и начал обозревать зал, высматривая знакомые и незнакомые лица. Но ничего не сказал и тут же уставился в крышку стола. Деревянную, выполненную из плотно подогнанных друг к другу досок, тщательно выскобленных не только рубанком, но и ножами, а потом и щетками, которыми отчищали всевозможные бытовые остатки.
Пока мы ждали еду, я постарался рассмотреть таверну получше. В зале были высокие потолки. Действительно высокие, потому что с них свисали еще и большие люстры — целых две — с десятком свеч в каждой, чтобы освещать центральный зал. Были и круглые колонны — обструганные бревна, к которым тоже крепились свечи, но чуть ниже. Обязательно на металлических опорах, чтобы попрочнее. И на безопасном расстоянии от самой колонны.
А в пространстве между колоннами размещались столики самых разных форм и размеров. Были на одной ножке, на трех и на четырех, круглые и квадратные, овальные и прямоугольные. И все разного цвета, точно делались один год назад, а другому уже на тот момент было лет десять.
Забавно, но чем больше я вникал в этот мир, тем реже я вспоминал о прошлом. Что толку о нем вспоминать, если я все равно не могу ничего конкретного сказать, кроме строительного колледжа?
Ах да, и что мне примерно шестнадцать лет. Но если Отшельник так упростил формулы, не мог ли он ошибиться и с остальным? Например, с сообразительностью? Не то чтобы я четыре балла из десяти считал слишком унизительным показателем, но за последнее время, как мне показалось, я стал воспринимать мир вокруг себя иначе. Более вдумчиво, с каким-то планированием.
Трактирщик принес еду, поставил перед каждым по тарелке с приборами, кружки с брагой, которая пахла яблоками, и глиняный кувшин с водой. Вся посуда, кроме кувшина, была выполнена из дерева в той или иной форме.
Тарелки — выскоблены из цельной заготовки, а вот кружки больше походили на миниатюрные бочки — с такими же кольцами, только здесь они по большей части выполняли декоративную функцию. Так мне показалось. А еще к ним крепилась деревянная ручка, которая сохранила следы грубой обработки, стертые годами активного использования.
— Приятного, господа, — раскланялся трактирщик и вернулся за стойку.
— А как же слухи? Информация? — поразился я, когда Конральд и Аврон принялись за еду, постукивая деревянными ложками по дну тарелок.
— Попозже. Сперва поедим, — невнятно ответил наемник. — Если есть возможность есть — используй ее. Для следующих процессов тоже возможность не упускай, — поучительно добавил он.
Они вдвоем с Авроном черпали из тарелок бульон, на вид наваристый, только мяса в нем не было. Плавала какая-то зелень, немного овощей.
— Ешь, не бойся. Или ты редис не ешь?
— Я все ем, — слегка обиженный подобным подходом, ответил я и взялся за ложку.
Через пару минут к нашим опустевшим тарелкам подошел трактирщик и Конральд сразу же взял его в оборот.
— Милейший, — начал он в духе мушкетеров, — еда достойна, и мы это ценим. Сколько с нас?
— Доля медяка, — ответил он. — И еще можете прийти завтра.
— Бавлер, — выразительно посмотрел на меня наемник.
— Что⁇ Мне платить? Да у тебя…
— Ш-ш-ш, — приложил палец к губам Конральд. — Финансовые вопросы обсуждать вслух публично не стоит. Ты мне заплатил за сопровождение и помощь в расследовании. Остальные расходы мы с тобой не обсуждали, но я из своей зарплаты тратить ничего не намерен.
Тратить еще больше денег! Моему бешенству просто не было предела. Ощущение, что Конральд попросту разводит меня, возникло так же внезапно, как и необходимость разменять еще одну долю от серебряного.
— Но погоди тратить, Бавлер. Может, нам поднимут ставки после одной моей просьбы, — наемник сделал хитрое лицо.
— Вы хотели бы чего-то узнать?
— Конечно, иначе бы и разговор в эту тему заводить не стали. Мы ищем женщину. Тоудой ее зовут, но, вероятно, это имя вам ни о чем и не скажет, потому что она едва ли назвалась своим именем.
— Тоуду не знаю, — тут же покачал головой трактирщик. — Знаю только, что у нас одна женщина пропала несколько дней тому назад. Два или три дня, если быть точным.
— Пропавшие у вас люди нам не так интересны, как те, которые появились здесь примерно в то же время, — вежливо продолжил Конральд. — Думаю, что еще одна доля медяка вас вполне способна разговорить. Не может не пройти через деревню женщина на молодой лошади. Ну никак не может она пройти и остаться не замеченной. Хоть кто-то ее да видел. Тем более не один день прошел. Слухи до вас точно дошли.
— Деньги покажите, — на лбу трактирщика выступила испарина. Тем же полотенцем, которым он вытирал кружки, он вытер и лоб. До браги я еще не дошел, как и все остальные, но пить ее мне теперь расхотелось.
— Покажи ему деньги, Бавлер. Он тебя не знает, это нормально.
Я неохотно вытащил остатки серебряного и показал трактирщику. Тот удовлетворенно кивнул.
— За еще одну долю серебряного я могу вам доподлинно сказать, что у меня был один посетитель. Известный в Ничках пивовар, но я вам этого не говорил. Он рассказывал, что приютил у себя особу, доселе в нашей деревне никогда не бывавшую. Якобы горожанку. Не знаю, что она ему наплела, но чтобы в наши края горожанка попалась — смешно. И он сказал, что он пришла с севера. Если вы идете по следу вашей дамы, то едва ли это она. Вы пришли с юго-запада.
— Спасибо за интересное пояснение, — ответил Конральд. — Полагаю, что вашу личность в разговоре с неким пивоваром лучше не раскрывать?
— Да, буду весьма признателен.
— Итого с нас?
— Две доли медяка.
— И еще мы можем прийти отобедать завтра?
— Да, — помедлив, ответил трактирщик. Получить побольше денег нахаляву у него не вышло.
Может, у кого другого он бы и выменял еще денег, но уж очень грозно смотрелся Конральд в походном кожаном костюме и с мечом. Да и у меня нож был на виду. С сумкой и в не слишком чистой одежде я и вовсе походил на разбойника.
— Чудесно! — Конральд негромко хлопнул по столу. — Нас такой расклад устраивает. Как видишь, — добавил он, как только ушел трактирщик, — деньги решают все!
Глава 10
Тоуда
Как ни пытался я выяснить что-либо у Конральда, когда мы двинулись к дому пивовара, ничего не получилось. Наемник сказал лишь, что не будет отвечать на мои вопросы до тех пор, пока я сам все не пойму. И мне оставалось лишь гадать, верны ли наши предположения или нет.
Дама пришла с севера. Информация, которую мы получили от трактирщика, а тот от пивовара. А пивовару сказала сама женщина. Никто при этом не подтвердил, что она была на лошади. Но почему-то нам ее выделили. Наверно, потому что она вообще была единственной прибывшей. А заполнилась, потому что представилась горожанкой.
Объяснимо, хотя и немного странно из-за выбора направления. В любом случае, мы узнали, что дом пивовара стоит с самого края деревни.
Кстати, наемник и Аврон как будто бы пропустили манипуляции с полотенцем и под конец нашил посиделок опустошили кружки. Я к браге так и не притронулся.
Дом пивовара выглядел не так шикарно, как таверна, но в целом тоже смотрелся неплохо. В два этажа, пусть и без балкона. С тремя большими окнами и массивной дверью между ними так, что слева осталось два окна — вроде большой комнаты, а справа — одно окно.
Вглубь участка уходили другие строения, а ворота были чуть приоткрыты. Прислуги я не заметил, но Конральд бодро шагнул на территорию. Раздался бешеный лай и наемник спиной вперед, едва не затоптав нас, шарахнулся обратно.
— А вы чего здесь забыли⁇ — раздался грозный окрик из окна. Краснощекий мужчина в плотном халате высунулся почти до пояса. — Чего вы здесь забыли⁇ Вы же мне не бочки привезли, да?