На свои круги (СИ)
- И кто она? Твоя жена... Я её знаю?
Он помолчал, жуя губы, словно думал, подбирал слова, как ответить на вопрос. Рассеянно поскрёб щеку.
- Ты – вряд ли, а вот Орвил – знает.- Гляну в лицо барона.- Это – Ана, дочь графа Крейва из Либерна. Ты должен её помнить, она была тогда с отцом... Она меня узнала...
- Да, конечно, я помню... Твоя первая любовь... И твои стихи...
Эрвин почему-то нахмурился при этих словах барона, хотя сам, ещё в королевской тюрьме, когда уже шёл суд, рассказывал об этом, но сейчас почему-то его слова задели его.
- Тогда она несколько раз приходила ко мне, мы много разговаривали, да и...- Орвил не дал ему договорить, перебил мягко:
- Я понимаю, не надо, Эрвин...- Он мог бы добавить: «Не оправдывайся, всё и так ясно, ты был один, твоя любимая девушка умерла, я знаю, как сильно ты любил её, и да, тебе пришлось жениться на другой... Я понимаю, ты – граф, тебе нужны законные наследники... Я всё понимаю. Но верю, что свою бегинку ты помнишь до сих пор... Ты и так слишком долго был один. Ты сказал, десять лет... Значит, ты жил памятью о своей Ллоис долгих семь лет, пока, наконец, решился жениться... Я всё понимаю».
- Она была вдовой, и отец её был непротив... Нашему сыну восемь...- Пожал плечами, видя улыбку на губах баронессы. О, она долго просила его не быть одному, ещё тогда, на последнее Рождество, когда он был у них в Арвине, просила найти себе жену, завести детей, как подобает графу... И сейчас она, наверное, рада за него.
- А как твой Эрвин? Где он? Ещё не женился? Ему сейчас, должно быть, двадцать... Я бы хотела увидеть его. Каким он стал?
- Он пока рядом со мной, со свадьбой не торопится.- Граф смотрел в лицо баронессы и понял, что та подозрительность, то раздражение, что были в нём, когда гости эти пришли к нему, испарились, как утренняя роса на солнце. Это всё та же Ания и всё тот же прежний Орвил. Просто они очень давно не виделись, вот и всё.
- От девушек, верно, отбоя нет?- Ания улыбнулась графу.- Я помню, как в Дарнте все горничные были от тебя без ума. И сын твой, наверное, такой же?- Усмехнулась беззлобно, без обид.
- Я сейчас...
Эрвин на момент вышел из шатра, а ещё через минуту к ним зашёл молодой человек. О, Ания тут же узнала его, отцу можно было и не представлять его.
- Это – мой Эрвин... Сейчас он пока оруженосец, но после я приму его в рыцари и дам землю, что-то давненько засиделся он в моих оруженосцах. Правда?- сам спросил сына, и тот усмехнулся:
- Да, милорд.
О, он был похож на своего отца, то же обаяние, та же стать, но в то же время его отличала какая-то затаённая грусть в тёмных, не отцовских, глазах, наверное, это досталось ему от матери, которой он не помнил и не знал.
- Подойди, мой мальчик!- Ания позвала его к себе, протягивая руку, и молодой человек подошёл к ней, склонился, целуя перстень на руке. Шепнул:
- Миледи...
- Ты, наверное, совсем не помнишь меня? Твой отец перстал привозить тебя к нам. В последний раз я помню тебя пятилетним мальчиком. Как же ты вырос, милый мой, каким красивым стал! Видит Бог, я жду-не дождусь, когда ты снова приедешь к нам, в Арвин!
Он немного нахмурился, услышав об Арвине. Да, он не ослышался, это были враждебные земли, но женщина напротив была очень добра и приветлива. Он заговорил:
- Я помню Арвин, он иногда снится мне... Сад... Я помню вашу старую башню, как же звали её?
- Башня святого Августа!- подсказала ему Ания.
- Точно! А я и забыл! Я помню вашего сына, Артина, кажется... Он был младше меня, мы играли с ним у камина... Я помню...
Ания грустно улыбнулась, её взгляд устремился мимо молодого оруженосца, она шепнула чуть слышно, кивнув согласно:
- Артин...
Все присутствующие, кроме молодого Эрвина, знали о старшем сыне Ании, прочитали её мысли, догадывались о её боли, но не знали её размеров и границ, поэтому граф приказал сыну:
- Найди барона Этмура, распорядись, чтобы освободили пленного... Возможно, понадобится кузнец...- Глянул на Орвила:- Как зовут вашего сына?
- Элин... Я пойду с ним, я сам найду его. Можно?
- Конечно...- Граф согласно кивнул, и через мгновение он остался с баронессой один на один. Ания заговорила первой:
- У вас замечательный сын. Он хорошо воспитан. Кому вы отдавали его на воспитание?- Она даже не заметила, как перешла на «вы», но граф не стал поправлять её, ответил:
- Никому. Я сам воспитывал его. Может быть, немного строже, чем надо было. Младшему я сейчас позволяю больше.
- Наверное, потому что мама рядом, она не даст ребёнка в обиду, ведь так?
- Может быть.- Граф согласно кивнул. В свете свечей блеснули его седые виски.- Мне жаль, что так получилось с вашим сыном...
- Это всё барон Элвуд, вы же очень хорошо его знали. Он умел отравить человеку жизнь. Думаю, там, в Аду, он жестоко платит за всё своё зло...
Да, Эрвин знал, как она любила своего ребёнка, на что она готова была пойти ради любви к нему, что могла стерпеть и вынести. Их дни пути до Берда, её жаркие молитвы промелькнули в одну минуту перед глазами. Это была жестокая месть со стороны старого барона. Хитрая, изворотливая месть.
- Он здесь, кстати...
- Кто?- не поняла Ания, вскинула голову, глядя снизу вверх, нахмурилась недоумённо. О ком речь?
- Ваш сын... Артин... Ему девятнадцать, он освободился от власти своего опекуна, он теперь барон Дарнтский, и никто ему не указ, он может сам теперь решать, с кем ему общаться и видеться. Он свободен теперь от власти своего отца и его семьи... Вы могли бы начать всё с начала! Если, конечно, вы...
- Да!- она перебила его и даже поднялась на ноги, не будучи в состоянии сдерживать свои эмоции. Её мальчик, её сынок, он здесь, он рядом!- Я хочу увидеть его...
- Он считает барона Элвуда своим отцом, а Дарнт – его земля, я хочу, чтобы вы помнили об этом, когда будете разговаривать с ним, и вы, и,- он дёрнул головой в сторону выхода из шатра,- Орвил, конечно же...
Ания нахмурилась, понимая, о чём он просит её. Шепнула:
- Ты хочешь, чтобы он воевал против своего настоящего отца?- Опять перешла на «ты» и опять не заметила этого.- Чтобы он не знал всей правды? Ты этого хочешь? Он столько лет жил во лжи, в окружении людей, подобных барону Элвуду...
- Я просто не хочу потерять своего вассала... Он – мой слуга, Ания. Он – мой барон...
Она в бессилии замотала головой, на глаза навернулись слёзы отчаяния и слабости. Он так близко и так далеко...
- Он – мой сын... Он – наш сын... Мой и Орвила...
- Он – мой барон, Ания, и я не хочу потерять его...
- Почему? Почему мы говорим об этом, Эрвин? Я – мать, у меня забрали сына! Нечестно! Неправильно... Всё неправильно, разве нет? Я любила его всегда, я сильно его любила, я...- Он перебил её:
- Я знаю об этом...
- Он должен знать, он должен всё знать. Пусть сам решает всё для себя. Нужна ли ему мать...- Он снова перебил её, не дав договорить:
- Мать, но не отец!
Она замерла и поджала губы, лицо её стало вдруг строгим и даже жёстким.
- Почему мы опять воюем? Зачем эта война? Как тогда... Отец на сына, а сын на отца... Почему, Эрвин? Ты же всегда был против... Ты никогда не хотел этого. Ты помнишь?
Граф вздохнул, глядя на неё.
- Ваш граф самовольно занял наши земли. Мои бароны просят моей защиты. Я не могу молчать. Ты же знаешь пословицу: «Короля играет свита»? Я не хочу, но я не могу молчать... Я вмешаюсь. Война идёт. И завтра – сражение. И да, твои муж и сын будут воевать друг с другом... Это – жизнь! И в ней всё происходит не так, как нравится тебе, любому, да какая разница!
- Тогда, это жестокая жизнь...
Граф вздохнул на её слова.
- Да, жизнь жестокая... Найди вокруг себя хоть кого-то, кто не согласится с тобой, хоть одного, кто не пострадал от жизни...
Ания долго молчала, и граф молчал.
Первой заговорила она:
- Помнишь те дни, когда мы шли до Берда? Всё было ясно, вот – свои, вот – чужие, друзья, враги... Мы были молоды... У меня был сын, я боялась за него, ты – был графом, только скрывал это...