На свои круги (СИ)
- Нет! Я спрашивал её, я прямо спросил её, мой ли это ребёнок, и она ответила мне – нет!
- Солгала...
- Нет! Она бы не стала...
- Ну,- Эрвин пожал плечами,- если она смогла обмануть даже кубок барона...
- Зачем ей это?
- Я не знаю! Ты можешь спросить её при случае...
Барон только хмыкнул в ответ. Конечно, такого секрета он не ожидал.
- Это правда? Ты точно знаешь это?
- Она сама сказала мне. Я поклялся ей, что не причиню зла ей и её детям, поэтому, надеюсь, ты не наломаешь дров... Ты просто знаешь об этом и всё, и ничего не предпринимаешь, ведь так?
- Ты о чём?
Молодой барон был уже давно на ногах, метался у кресла, освещённый светом камина, не в силах скрыть своих переживаний. Наконец, сел на подлокотник по обыкновению и уставился на Эрвина красноречивым взглядом.
- Ты же не поедешь требовать своего сына себе, правда? Или не попытаешься выкрасть его из Дарнта?
- Конечно же, нет!- Передёрнул плечами.
Эрвин наблюдал за ним. Да, его можно понять. Если стольких восторгов вызвал у него сын Эрвина, столько заботы он проявил по отношению к чужому ребёнку, то, что уж говорить о родном сыне. Это другое, это совсем другое, и Эрвин уже знал об этом не понаслышке...
- Почему ты раньше не сказал? Ты должен был мне всё рассказать. Это же мой ребёнок, это мой сын... И он там с ним? Что он сделает с ним? Как можно это допустить?
- Ему только год, и рядом с ним его мать.
- Да, это точно...
- Так что, успокойся... Пока...
Барон усмехнулся и продолжил:
- Получается, что год назад я послал врача в Дарнт, чтобы спасти своего сына?
- Врача? В Дарнт? Ты о чём? Я думал, это молитвы в Берде спасли твоего сына...- Эрвин об этом ничего не знал, он ведь всё оставшееся лето провёл в заточении, а Ания об этом не говорила с ним.
- Ну и молитвы, конечно же, не без этого...- согласился Орвил.- Почему она не сказала мне? Я должен был знать... Это жестоко с её стороны... Как она могла так со мной?- Сокрушался барон, не верящий в то, что узнал.- Сын... У меня есть сын... Она родила мне сына...
Эрвин поднялся и добавил себе вина. Да, вот тебе и секреты, поделились тайнами, тоже мне, сыграли в шахматы... Ничего, он это переживёт, свыкнется с этой мыслью и будет жить дальше. Они там, в Дарнте живые и здоровые, уж она-то там своего ребёнка в обиду не даст... Может быть, когда-нибудь всё сложится в жизни этого барона, и он сможет ещё повидать и свою женщину, и своего сына. Он же хороший человек, и Бог обязательно будет на его стороне. А иначе как? Если уж ему не помогать, то кому тогда помогать? Таким, как барон Элвуд или дядя Вольф? Ну уж нет...
* * * * *
- Ты поэтому всё не унимался с этим кубком отца, потому что знал о ней, да?- спросил Орвил, наливая себе разбавленного вина.
После ужина они с Эрвином засиделись у камина, снова завели разговор о том, что не давало покоя.
- Ну да...- Эрвин согласно кивнул.- Я знал, что за ней есть этот грех, почему она тогда смогла выпить из него? Прав ли вообще барон? Такой ли волшебный этот его кубок?
- Ты же сам так и не выпил из него ни разу, да?
- Ну... Пытался дважды, вернее, даже не пытался, мне предложили, барон и сама баронесса, а я так и не выпил из него...
- Боишься, что кто-то узнает про твои тайны?
- Тайны?- Эрвин усмехнулся.- Тайны, наверное, есть у каждого, и у тебя, и у меня, и у любого, у всякого, я думаю.
Они помолчали. Эрвин не сидел, он стоял у камина, потом железной кочергой разгрёб угли в камине и долго смотрел на алые останки бывших дров, думал о своём. Тайны, конечно, они есть у каждого. Правда, как-то они обменялись с бароном по секрету, каждый рассказал то, что скрывал от другого и от всех. Но стало ли от этого легче на душе?
Конечно, в последнее время они стали ближе друг к другу, стали больше доверять. Этот барон привёз Эрвину его сына, полностью устроил его жизнь здесь, да и сам Эрвин прожил тут без бед всю зиму. Вот уже и весна, зацвели миндальные деревья, ещё листьев почти нет, а миндаль уже цветёт. Прилетели птицы, и запели ручьи. Доспехи Эрвина почти готовы, это значит, что скоро он отправится в путь. Ему придётся пока оставить своего сына здесь, под присмотром женщин в Арвине, здесь его няня и кормилица. Когда в жизни Эрвина что-то определится, он заберёт мальчика, хотя барон уже предложил через несколько лет стать воспитателем ребёнка. Всё может быть, возможно, Эрвин и согласится. Узнав барона получше за все эти месяцы, тут проведённые, он понял, что этот человек не научит его ребёнка дурному. Он честный и благородный сеньор, почему бы и нет?
- Знаешь, что не даёт мне покоя?- спросил барон, и Эрвин обернулся к нему от камина, но сам ничего не спросил, просто ждал продолжения.- Я же тогда разговаривал с настоятельницей бегинок, помнишь? Она же сказала, ты пошёл искать свою семью, ты всё забыл и пошёл искать своих. Ты нашёл кого-нибудь?
- У меня никого нет, я один...
- Что случилось с тобой? Ты вспомнил? Кто ранил тебя? Она сказала, что, наверное, это были разбойники, но, я думаю, разбойники не убивают в спину и, уж тем более, не оставят раненым, они добьют обязательно...
Эрвин вздохнул. При воспоминаниях о прошлом заныло в груди, перенесённая рана останется с ним на всю жизнь... Когда-то перед тем, как уходить, он всё рассказал Ионе ткачихе, она помогла ему. Неужели этот барон сделал для него меньше? Да и вообще... Кому сейчас всё это важно? Титул, земли, положение... Сейчас ему куда важнее был его ребёнок, его благополучие, его здоровье...
Может быть, то, что сейчас связывает его с этим бароном, можно назвать отношениями дружескими, уж слишком многое они пережили вместе, слишком многое доверили друг другу. А в таких отношениях должно быть, как минимум, доверие. Уж в том, что этот барон не предаст его и не метнётся докладывать обо всём, что узнал, личным врагам Эрвина, тот не сомневался. Вряд ли барон Орвил имеет связи с графом Гаварда, с дядей Вольфом, чтобы лично писать ему письма или пытаться выслуживаться. Он вообще-то служит даже другому графу, сопернику Гаварда, так что...
- Это не разбойники были...- Голос оказался негромким, но Эрвин не стал повторять громче.- Хочешь, я всё могу рассказать тебе? Но знай, ты всего лишь второй человек будешь, кому я всё рассказал. И ты должен пообещать мне, что не воспользуешься всем этим во вред ни мне, ни моему сыну. Я, конечно, доверяю тебе, но мало ли что...
- Я – могила...- Орвил улыбнулся. Он и представить себе не мог, что ещё услышит, чем-то, разве, можно его удивить?
- Я – настоящий граф Гаварда! Тот человек, что сейчас управляет Гавардскими землями, тот, кто привёл всех к войне, это мой дядя, он самозванец. Однажды я поспешил оставить завещание на его имя и написал письмо королю, чтобы он рассматривал моего родственника, как моего наследника всех земель и титула... Он после этого подстроил мою смерть и занял моё место...- Эрвин говорил, говорил и говорил, много больше, чем сказал Ионе в своё время, высказывал свои мысли и предположения, делился своими страхами и тревогами.
Говорил о том, как виделся однажды со своим коварным родственником в Виланде, как тот приказал арестовать его, как самозванца. Говорил о том, что его потеряли, тела его не нашли, как хотели, а нашли потом другого человека, убили, изуродовали и похоронили в фамильном склепе под его именем. Он много говорил, а барон просто молча и терпеливо слушал его, не перебивая и не вставляя своих каких-то реплик и вопросов, хотя их, вероятно, у него было много.
Когда Эрвин примолк, барон спросил его:
- Отец не узнал тебя? Вы должны были видеться, он должен был принести клятву тебе после смерти твоего отца, когда ты вступил во власть над Гавардом.
- Вот тогда только и виделись.- Эрвин согласно кивнул.
- И что, он не узнал тебя?
- Тогда было много народу, все мои бароны и их старшие сыновья-наследники, тебя, кстати, я там не помню...