Заклятие на любовь
– Поторопимся? – намекнул он. – До ночи надо всех расселить и…
– Пошел вон! – заорала я. – Я никуда не пойду, пока меня не переведут на факультет ведовства!
Кот зашипел и выгнул спину. Меринда, Зея и оба студента вытаращили на меня глаза.
– Хм… Ладно, – только и ответил парень.
Они ушли и оставили меня в одиночестве. На быстро пустеющей площади. Под темным угрюмым небом.
Ненавижу вас всех!
*** 7 ***
Бежали минуты, но никто не торопился утрясать недоразумение с путаницей факультетов. Не знаю, на что я, собственно, рассчитывала? Старшекурсникам и дела нет до моей печали, мэтрисс Звонк сидит дома и удовлетворенно потирает ручонки, а декан ведунов, мэтр Авис, знать не знает, что у него увели студентку.
Ничего-ничего, Па-а-амела, ты еще попляшешь, когда я выведу твои махинации на чистую воду, но сейчас следует сосредоточиться, найти соседку и выбрать комнату.
Пока я опомнилась, почти всех первогодков развели по домам. Осталось несколько человек, и они, точно намагниченные, постепенно стекались все ближе друг к другу. Я невольно оказалась в центре притяжения лишь потому, что не двигалась с места. Я обрадовалась было, но пригляделась к последышам и ужаснулась!
Справа ко мне робко приближалась веснушчатая девица с волосами цвета морковки – им далеко до моего благородного медного оттенка. Слева короткими перебежками, волоча за собой объемный узел, подбиралась каланча – такая длинная и худая, что того и гляди сломается пополам. Двое парней – один другого страшней – заходили с тыла. Какой-то паноптикум, честное слово!
– Привет, девочки! – раззявил в улыбке рот страшила номер один, патлатый и сутулый тип в поношенной мантии. – Как насчет того, чтобы поселиться в одном доме? Похоже, остались только мы.
Еще бы вы не остались! На вас ведь без слез не взглянешь, а поселить рядом с собой такое чучело – все равно что повесить на дверь объявление «Осторожно, изгои!»
Ой… Матушки-батюшки! Но если я сейчас стою в центре круга, значит…
Нет, глупости. Я давно бы могла найти себе соседей, если бы не взбрыкнула.
Я в панике огляделась: не остался ли еще кто-то без пары, но увы.
– Я Бруно, – представился страшила номер один.
Команда уродцев обменивалась улыбками. Морковь и Каланча успели выяснить, что обе учатся на факультете чаровников, парни с восторгом подтвердили, что они тоже. Все с ожиданием уставились на меня.
Ладно. Это все равно ненадолго. Завтра я пообщаюсь по душам с распрекрасной Памелой, и она как миленькая переведет меня на факультет ведовства!
– Я – Клара!
Морковь подошла на небезопасное для своей жизни расстояние, будто вот-вот полезет обниматься! Избави меня, Солнцеликая, от этой участи! Я отодвинулась и едва не уперлась спиной в подкравшуюся сзади каланчу.
– Меня зовут Мальвина, – сообщила она и тут же засмущалась, покрылась пунцовыми пятнами.
– Ди, – коротко представился страшила номер два, до того не проронивший ни слова.
Тощенький парнишка с длинным носом, узкими скулами, щербинкой между передних зубами. Густые темные волосы, пожалуй, отлично смотрелись бы на ком-то другом, на Ди же они выглядели чужеродным элементом, словно природа, знатно поизмывавшись над его внешностью, прослезилась от увиденного и сжалилась над бедолагой.
– Вот и славно! – взмахнула руками морковная Клара. – Вы не представляете, как нам повезло. Почти все домики расхватали, но нам достался супердом! Там всего две комнаты. Девчачья на три места, а двухместная у парней. Здорово, да?
Я мысленно завопила. Я вопила долго и отчаянно, пока мой внутренний крик не прервало появление того самого старшекурсника с котом-фамильяром. Морковь и Каланча немедленно бросились тетешкать мерзкое животное, кот терся о ноги, пушил хвост. Его хозяин, хотя ему нечего было пушить, выглядел не менее гордым и вальяжным.
– У вас обязательно появятся свои фамильяры, девочки, – покровительственно сообщил он.
На меня взглянул с опаской.
– Ну что, Пеппилотта, не передумала ночевать под открытым небом?
– Передумала, – проворчала я.
«Я еще заставлю тебя целовать носки моих туфелек!» – злорадно добавила я про себя.
– Пеппилотта! – восхитилась Мальвина басом. – Пеппи! Какое милое имя. Тебе идет!
Странно… Очень странно, что я не испепелила ее взглядом на месте!
Наш парад уродцев побрел по дорожке, вымощенной бордовыми, под цвет факультета, кирпичами прямиком к рядам аккуратных домиков.
Мой саквояж тащил заморыш Ди. Он и Мальвинин баул прихватил, как только не рассыпался от натуги. Ничего, не стонал, не пыхтел. Старательный коротышка Ди. Бруно нес свою и Морковкину сумки. Эти страшилы, небось, радовались, что впервые в жизни приблизились к настоящим девчонкам.
Я шла с гордо поднятой головой, как на эшафот. Еще вчера я и вообразить не могла, что графиня Алисия Уэст будет делить домик с отщепенцами. Сегодня утром я думала, что ситуация близка к катастрофе. Наивная! Настоящая катастрофа только начиналась!
Как я и опасалась, самый крошечный, стоящий наособицу домишко, дом-изгой, дом-неудачник, окруженный истоптанным газоном, с покосившимися ставнями и с намалеванным на стене неприличным знаком, оказался нашим.
Сдается мне, здесь испокон века селились чудилы.
Парни вручили нам вещи. Клара рассыпалась в благодарностях, Мальвина снова запунцовела и робко кивнула Ди. Надеюсь, он не ждал от меня признательности? Я не просила его нести мой багаж.
Я подхватила саквояж, толкнула дверь и захлопнула ее перед носом сунувшейся было Клары. Как бы мне хотелось запереться на сто замков, остаться в одиночестве и тишине хоть ненадолго!
Не тут-то было. В комнату робко протиснулась Морковь, за ней, пригнувшись, Каланча, и в маленькой спаленке сразу сделалось тесно.
Под потолком вспыхнули магические светильники. Не знаю, как можно существовать в этой каморке! Она размером не больше спичечного коробка.
Я упала на кровать, заправленную к нашему приезду и застеленную бордовым покрывалом. Они нарочно мозолят мне глаза этим мерзким цветом? Хорошо хоть, потолок белый. Буду смотреть в потолок!
– Пеппи, – позвала Клара. – Пеппи. Пеппи, Пеппи!
– Да чего тебе? – рявкнула я так, что Морковь шарахнулась в сторону.
– Ты за формой пойдешь? Склад сегодня допоздна работает. Можно и завтра, конечно.
– Пойдем, – со вздохом сказала я.
Еще одного дня в пододеяльнике от кухарки я просто не вынесу.
Села. Кровать надсадно заскрипела, прогнулась подо мной. И она туда же: издевается!
Наверное, мое лицо так красноречиво передало мои чувства, что Каланча жалостливо сморщилась.
– Ничего, не переживай. Кровать выдержит. Должна. Они ведь рассчитаны на таких… таких корпулентных девушек.
Корпулентных – гадство, гадство, гадство! – девушек!
*** 8 ***
Жизнь, набирая обороты, продолжала катиться под уклон.
Едва забрезжил рассвет, я со всех ног побежала в центральный корпус. Теперь он напоминал скорее растревоженный улей, чем островок безмолвия и покоя. Студенты в бордовых и зеленых одеждах, с бумагами, книгами, свертками в руках, поодиночке и группами носились туда-сюда, казалось, без всякой цели. Только преподаватели в черных накидках не поддавались всеобщему хаосу. Один из них, молодой мужчина, стоял у мраморной плиты и водил пальцем в воздухе. Повинуясь его жесту, на камне проступали сияющие письмена. Вот она, высокая магия!
Завороженная, я подошла поближе. Что там? Тайное знание, недоступное непосвященным? Заклятие-оберег, изгоняющее из академии злые силы?
– Расписание? – в негодовании воскликнула я.
На стене пылающими буквами довольно коряво и впопыхах были начертаны дни недели, а магистр приступил к распределению учебных дисциплин по группам.
– Первокурсница? – ответил вопросом на вопрос суровый преподаватель. – Какие-то проблемы?
Воздух над его головой сгустился, отрастил перья, клюв, и вот на плечо магистра опустилась какая-то пичуга вроде воробья, склонила голову набок.