Зов скитальца. Том первый (СИ)

— Мы решили сохранить тебе жизнь, — сказал старший из братьев, когда существо вернулось.
Они что-то замышляют, Кай… Не верь им. Чую я, что они что-то замышляют…
— Мы сохраним жизнь тебе и одному твоему другу.
Орки хватают клетку, поднимают и отбрасывают в сторону. Жуткий грохот разносится по чертогам.
— Что? Вы хотите отпустить меня просто так? — я не поверил своим ушам.
— Конечно! Мы хотим не просто отпустить тебя, но и позволить спасти одного из своих близких от смерти. Подойди ближе к Пламени Мира.
Что задумали эти близнецы? Какой-то подвох. Это точно… Может просто столкнут меня прямо в огонь? Вместе с кольцом? Хотя вряд ли.
Ступаю ближе.
— Посмотри в огонь. Что ты видишь? — спросил главный своим басом.
Присматриваюсь. Синие, желтые и красные языки пламени гипнотизируют меня. Через несколько мгновений я начинаю видеть очертания и наконец появляется картинка.
— Это Архиус? — спрашиваю я скорее у своего гремлина.
— Это лучший друг твоего отца, Кайлан, — говорит орчиха. — Король заточил его в темнице за неповиновение. Старик сказал, что скитальцы не примут ни чью сторону в войне. В том числе и владыки Емии. Потому что так велит кодекс. Тогда Ободор приказал морить его голодом и дать кинжал, чтобы доказать, что кодекс — это собачье дерьмо. Через несколько минут он убьет себя, вопреки учению Серба Безумного, который наказывает своим последователям, что самоубийство скитальца эта наивысший позор.
— Проклятье. Архиус. Ты был мне как отец… — пробормотал я себе под нос.
— Но ты можешь спасти его, — продолжил мутант. — Ты отдашь мне кольцо, и я открою портал прямо в королевскую темницу. Так ты сможешь остановить старика.
— Хорошо! — немедленно соглашаюсь я.
— Или! — останавливает меня грузный бас. — Ты можешь спасти эту эльфийку.
Я в непонимании возвращаю взгляд на огонь. Языки пламени превращаются в небоскреб. Крыша. На самом краю стоит Хаша.
— Лорд Таарис узнал, что эта эльфийка мать купидона. Он воспользовался Голосом Власти и приказал ей покончить жизнь самоубийством. Скажи, и я открою портал прямиком на крышу небоскреба в Гильдрисе. Только подумай, ты сможешь уберечь ее от гибели.
— Я отдам кольцо, если поможешь спасти обоих!
— Нет, — мотает головой орк. — Я, итак, подарю тебе две жизни, вместо одной. Хочешь, чтобы погибли все? Просто бросай кольцо в огонь и давай прекратим нашу игру. Хочешь спасти себя и еще хотя бы кого-то — играй по нашим правилам.
Елки-палки, елки-палки, елки-палки! Вот где подвох. Неужели придется выбирать…
— Сколько у меня есть времени?
— Чудак подумал, что это все! — захихикал писклявый. — Это только начало! Гляди в огонь.
Я чувствую, как дрожат руки, а пот на лбу становится холодным. Никто не готовил меня к тому, что придется выбирать кому жить, а кому умереть.
Глубоко в пламени появились очертания. Это Иссида?
— Эльфийка, к которой твой гоблин испытывает сильную привязанность, — подтвердил мою догадку орк. — Гремлины редко называют это любовью, но в целом…можно сказать и так…
Это Иссида, Кай! Милли с ней! Милли с ней! Мы должны спасти эту эльфийку, Кай!
— Должно быть демон уже прожужжал тебе все уши, — ухмыльнулся орк и тут же перешел к делу. — Эльфийка откликнулась на наш зов недавно. Но некоторые обстоятельства помешали девчонке точно исполнить наш приказ. В итоге она прошла через портал, ведущий не в наши чертоги, а в логово оборотней. Из него уже однажды выпускали чудовищ в наш мир. Так эльфийка оказалась в убежище кровожадных перевертышей, а один из них попал в Олимпус. Тебе решать, сын Цолдэна. Мы можем открыть портал в логово чудовищ и тогда ты получишь шанс спасти ее.
Иссида сидит в глубокой яме. Связанная и изнеможенная. На краю ямы лестница. Если ее спустить, эльфийка сможет выбраться из ловушки. Ее печать слабо светиться в темноте. Она начинает испытывать голод. Ей очень страшно. Оборотни ждут своего вожака, чтобы приступить к трапезе. Еще есть шанс выручить ее и скрыться от монстров.
Меня затошнило. Может от нарастающей жажды, может от нервов.
 
Мы должны спасти Милли, Кай! Мы должны спасти ее. Ты не можешь выбрать кого-то другого!
Мне очень сложно. Неведомые чувства так и тянут броситься спасать Иссиду, с которой я даже никогда не разговаривал. Это выше моих сил.
— Это все?! — ору в безумной ярости.
Орки насмехаются надо мной. Размахиваются молотом, и он с огромной силой опускается рядом. Каменный пол проламывается и мелкие камушки летят мне в лицо.
— Это не все! — рычит орк. — Ты бросил нам вызов, смертный! Ты. Бросил. Нам. Вызов! Смотри в Пламя Мира! Смотри и не отрывай глаз!
Я возвращаю взгляд на огонь. Другз. Сидит в стальной клетке. Ждет своей участи. Его взгляд такой же пустой, как был тогда. Когда он услышал зов и ушел в глубины чертогов. Орки сиамские близнецы подходят к нему и отбрасывают клетку. Хватают низкорослика и отгрызают ему голову. Это будущее. Будущее, которое случится, если я выберу не его.
— Мы отдадим тебе твоего друга. Выбери гнома, и мы отправим его вместе с тобой обратно в Олимпус, — ухмыляется один из братьев.
Голова кружится. Сейчас точно вырвет.
— Ну давай же, скиталец! Чью жизнь ты выбираешь, а кому позволишь умереть? Не думай долго. Каждый из них умрет через две минуты. Одна из которых тебе на раздумье, а вторая на то, чтобы спасти кого-нибудь одного.
Я повернулся к пламени. Гремлин неустанно твердит, что я должен спасти эльфийку. Архиус тянется к кинжалу, чтобы лишить себя жизни. Хаша в нескольких мгновениях от того, чтобы шагнуть вперед и упасть с пятидесятого этажа.
— Пятьдесят секунд, скиталец, — ерничает писклявый. — И если ты не выберешь гнома, я откушу ему голову прямо на твоих глазах…
Сумасшедший смех разносится по чертогам, и мутант открывает три портала, которые ведут в разные концы света.