Зов скитальца. Том первый (СИ)

— Нил. Иди разберись с этим козлом! Не хочу, чтобы он съездил мне между ног.
Тот, кто стоял в стороне с джинсами бедной девушки, бросил добытый трофей на землю, достал нож и направился в мою сторону. Я достал пистолет и направил его на преступника. Идущий в мою сторону остановился.
— Ты чего, Нил? Нет у него патронов! Обычная пустышка! Убей придурка и давай продолжим.
Бандит некоторое время переминался с ноги на ногу, а затем сорвался с места и вновь пошел на меня, занося свою биту над головой. Делать было нечего. Первый патрон. Я выстрелил прямо в голову мужику. Эхо разнесло звук по округе. Нападавший упал на спину. Из отверстия во лбу засочилась кровь. В КГБ я людей не убивал. А вот когда на скорой ездил, вполне много подобного повидать пришлось. Поэтому труп бандита, с которого капюшон слетел при падении меня нисколько не смутил.
— Ах, ты ублюдок! — главарь сделал несколько шагов в мою сторону, но остановился.
Что ж. Еще два патрона на троих. Придется блефовать, чтобы последний сам убежал.
— У тебя же нет больше патронов, правда? — оскалился главарь.
— Проверишь? — я улыбнулся в ответ.
Слишком долгая пауза. Если он предложит своим приятелям броситься на меня втроем или резко дернется я могу промахнуться и тогда… Нужно брать ситуацию под контроль.
— Слушай, чужак, — начал бандит. — Есть предло…
Я выстрелил извращенцу в лоб. Второй готов. Туша упала сперва на колени, а потом завалилась на бок. Сила в этих…энергетических патронах терялась. Первого отнесло довольно далеко, а этот чуть на ногах не удержался. Я посмотрел в сторону окна, где в последний раз видел демона. Он стоял там же с маленьким огоньком пламени на хвосте и пожимал плечами.
Бездыханная девчонка висела на руках у оставшихся в живых бандитов. Один из них передал ее второму, поднял руки перед собой, открытыми ладонями вперед, чтобы обозначить, что двигается мне на встречу с добрыми намерениями.
Жажда, которая дурманила голову становилась еще сильнее. Я почти был готов наброситься на этого разбойника и сожрать его еще бьющееся сердце. Но я сдерживался из последних сил. Прицелился в лоб поддонку и нажал на спусковой крючок. Три из трех. Фух. Задача минимум сделана.
Последний, еще живой бандит, выпустил несостоявшуюся жертву из рук и бросился наутек. Скажу честно, мне хотелось отпустить его, но жажда внутри меня не позволила этого сделать. Я опомнился только тогда, когда вырывал его сердце из груди.
Трапеза продолжалась недолго. Жажда была настолько сильна, что я съел сердце ублюдка за считанные минуты и только тогда вспомнил, что где-то за спиной лежит бедная девушка, которой требуется моя помощь. Обернулся. Это была эльфийка. Она стояла прямо надо мной и смотрела на мои испачканные в крови руки и пасть.
  
Глава 7. Город призраков
 
— Я… это… — срочно нужно придумать оправдание, чтобы девчонка не убежала подальше от психа, пожирающего сердца. — Это не то, что ты думаешь… В общем…
Вдруг силуэт девушки замерцал. Затем образ стал более мутным, а со следующим дуновением ночного холодного ветра растворился в воздухе. Я широко раскрыл глаза.
— Это еще что за выкрутасы? — пробубнил я себе под нос и перевел взгляд вниз.
Я сидел верхом на трупе изуродованного эльфа. Изгой. Мои руки были в его крови. Я встрепенулся, тут же поднялся на ноги и отскочил от тела на несколько шагов. На парковке жертв моих волшебных пуль не было. Никого. Кроме меня и эльфа, чье сердце я сожрал.
Вся эта чертовщина мне привиделась? Я задрал свитер, чтобы посмотреть на печать. Свечение удовлетворенно гасло под шрамом.
До меня постепенно начало доходить что произошло. Голод пришел ко мне во сне. А когда я проснулся, коварная метка разыграла целую сцену в моем разуме, чтобы я не выпил микстуру скитальцев, а отведал настоящей крови.
— А-а-а, черт! — заорал я. — Проклятый демон! Проклятый демон! Выходи!
Мой крик эхом разносился по пустой заправке и потерялся на другой стороне трассы, среди оголенных стволов деревьев.
 
— Выходи, поддонок!
Никто не отвечал. Я схватился за голову и упал на колени возле трупа изгоя.
Проклятая метка знала на что давить! Жалость. Чувство, от которого так упорно пытался отучить меня Архиус. Он пытался привить мне жестокость и равнодушие не без причины. Но почему нельзя просто сказать, что у меня могут возникнуть галлюцинации и под их воздействием я могу совершить преступление? К чему высокие речи о скитальцах и их предназначении? Если зло — вот здесь. Внутри меня!
— Я клянусь, я узнаю твою природу и избавлюсь от тебя! Слышишь? — я рвал глотку на пустой парковке и теперь в глазах любого прохожего был бы самым настоящим сумасшедшим.
Благо прохожих не было. Остается только радоваться, что это изгой, а не какой-нибудь важный путник, за убийство которого меня ждала бы верная смерть. Вряд ли кто-то будет сильно переживать потерю угнетенного.
Меня затошнило. Я приложил руку ко рту. Может получится отправить содержимое желудка обратно? Пусть печати будет неповадно!
Я засунул два пальца в рот. Рвотный рефлекс вызвал съеденное сердце наружу. Еще раз. Зеленая желчь прыснула на асфальт. Еще раз. Ничего. Какая-то магия не выпускала сердце изгоя из меня. Кто бы мог подумать, что я окажусь в новом мире, где моим антагонистом станет собственное тело? Какие сюрпризы еще ждут меня в будущем? Нужно быть готовым ко всему. И сделать все, чтобы избавиться от своей темной стороны.
Я посмотрел в лицо убитого. Большой волдырь на щеке мне не привиделся. Несимметричное плечо тоже на месте. Изгой одет в пальто с пуховым воротником — видимо вышел из леса уже вечером, когда похолодало. На спине ножны. В них меч. Я схватился за рукоять и достал лезвие. Руны на том же…условно китайском языке. Не горели. Беззаботно покоились на холодном металле.
Может меч магический? Возьму с собой. Любой помощник в бою против василиска будет кстати.
Я закинул ремень с ножнами за голову и заглянул в карманы изгоя. Спички. Кошелек. В нем несколько серебряных монет. Зачем ему деньги, если угнетенные не контактируют с внешним миром? Нашел? Или они расплачиваются в своих поселениях той же монетой? Какая-то еда, завернутая в полиэтиленовый пакет, перчатки. Мой размер. Возьму, чтобы не отморозить конечности пока добираюсь до Д’дардиса.
В остальных карманах пусто. А тут что? Сенсорный компьютер. Или как там его называют еще? Планшет, что ли… Видел такие у молодежи. Только этот не работает. Зачем ему таскать нерабочее устройство с собой? Хотя… Кажется, на экране девайса — я запомнил это слово из рекламы, — что-то нацарапано. Я зажег спичку и поднес к экрану. Ладно хоть тут понятный язык.
«Доброе утро, папа. Жаль, что мы не смогли попрощаться с тобой лично. Ты бы не понял. Сегодня я приняла решение покинуть наш лагерь. Проклятье, которое может завладеть мной, как говорил тот скиталец, что однажды забредал в наше поселение, обрушит много несчастий на головы избранных. Я должна уйти в школу охотников на чудовищ. Там обо мне позаботятся и научать стоять за себя. А главное, я буду знать, что не наврежу своей семье. Да и тому дракону в горах давно пора указать на его место. Если он продолжит похищать наш скот, лагерь долго не простоит.
Это было трудное решение. Ты воспитывал меня с самого детства как родную дочь. Да-да. Я уже слишком взрослая, чтобы не верить в историю, что я — настоящее чудо, на которое радиация не оказала влияния. Среди избранных за все мои восемнадцать лет никто не родился без мутаций. Я знаю, что ты меня нашел и приютил. За что я тебе безгранично благодарна.
Через два дня ухожу. Надеюсь, ты не бросишься в погоню. Пожалуйста, не делай этого. Ты помнишь, что рассказывал тот старик? У скитальцев не должно быть близких. Иначе они все умрут. Не забывай ходить на могилку к матери и приносить изартемы от меня. Ты всегда говорил, что она их любила…
Люблю тебя, па. Твоя Исси.»
Я опустил письмо. Это был отец одного из скитальцев? Видимо он следовал в Олимпус за своей дочерью. Елки-моталки… Я должен буду найти эту Исси и рассказать о его судьбе. Это будет правильно. Хоть и больно. Возьму с собой планшет. На случай если бедная девушка не поверит мне на слово. И…дракон? В этом мире водятся драконы? Надеюсь, мне не придется с одним из них встретиться.