Кость от костей

– Думаешь, он попался? – спросила Джен. – Или упал в яму?
– Если так, нам это только на руку, – ответил Гриффин. Он выговаривал слова вдвое медленнее обычного, и ему явно стоило большого труда оставаться в сознании. – Мы можем найти укромное место, разбить лагерь и не волноваться, что зверь нас найдет.
– Да, но мы же точно не знаем, – возразила Джен. – Где он… где Уильям поставил капкан?
– На оленьей тропе… от хижины к ручью, – прохрипела Мэтти и показала в ту сторону, откуда они пришли.
– Значит, с противоположной стороны, – вздохнула Джен. – Я бы хотела удостовериться, что животное поймано, но возвращаться туда, где живет псих с лопатой, не очень-то разумно.
– С лопатой и ружьем, – добавила Мэтти.
А еще с ножами, гранатами и другим всевозможным оружием; вы даже не представляете, сколько всякого у него есть.
Тут Мэтти поняла, что Уильяму даже необязательно идти за ними по лесу. Он может выследить их с расстояния и застрелить из винтовки; может забраться на уступ выше того места, где они сидели, и сбросить им на головы гранаты.
– Вам надо… уходить, – произнесла она и встала. – Спуститься с горы.
Си Пи убрал черную коробочку и достал из кармана другой предмет – компас. Он пристально посмотрел на него.
– Проблема в том, что мы идем в другую сторону. Так мы с горы не спустимся. Путь на вершину лежит на запад, а к подножью – на восток. Мы все это время шли на запад.
– А если пойти на восток, мы встретим Уильяма, – добавил Гриффин.
– Значит, придется обойти его кружным путем, – заявила Джен.
– Как? Все наши следы видны на снегу, – ответил Си Пи и показал на протоптанную ими тропу. Ее нельзя было не заметить.
Мэтти с надеждой взглянула на небо. Если начнется снегопад, следы заметет. Но на небе не было ни облачка.
– Надо… попробовать, – сказала она. – Здесь оставаться нельзя.
– Саманта права, – поддержала ее идею Джен, и Мэтти снова вздрогнула, услышав имя, которым ее так долго никто не называл. – Надо попробовать. Глядишь, повезет. Может, мы основательно вырубили того Уильяма и он не сможет нам навредить.
– Ты же не думаешь, что мы его убили? – спросил Гриффин.
Он говорил так тихо, что Мэтти едва разобрала слова.
– Если и так, мир ничего не потерял, – сказала Джен. Ее голос был веселым, но в глазах промелькнуло смятение. – И даже если он не умер, вряд ли сообщит о нападении властям.
– Нет, он просто убьет нас, – пробормотал Си Пи.
Он явно шутил или пытался шутить, но Мэтти кивнула.
– Да. Он убьет нас, – подтвердила она и пристально на них посмотрела; хотела убедиться, что они поняли. Преодолевая боль – напоминание о последнем разе, когда Уильям ее касался, – она добавила: – Вы… забрали меня. Я… его… жена. Значит, вас надо… наказать.
Они должны были понять, хоть и проигнорировали ее предостережения насчет зверя в лесу. Если бы Уильям не потерял сознание после удара камнем, он бы погнался за ними. Он бы погнался за ними и восстановил справедливость в своем понимании. Людские законы были для него не писаны; он жил по своим правилам. Не считал себя частью общества. По мнению Уильяма, чужаки вторглись на его гору, а на его горе законом было его слово.
– Нельзя просто взять и убить тех, кто поступает, как ему не нравится, – сказала Джен.
– Ему можно, – ответила Мэтти.
Джен вытаращилась на нее.
– Тем более надо скорее уходить. – Си Пи сверился с компасом. – Я буду посматривать на телефон, вдруг сигнал появится. Тогда вызовем спасателей, чтобы не пришлось идти пешком всю дорогу. Саманта, если они узнают, что ты здесь, тут будет столпотворение, вертолеты с телеканалов и все такое прочее. А пока давайте идти на восток. Или на юго-восток, чтобы не приближаться к хижине.
Он подхватил Гриффина под руки. Тот изо всех сил старался не уснуть, но голова его болталась, а глаза закатились. Нет, не надо им никуда идти. Надо найти укрытие, где Гриффин смог бы поспать.
В лесу за их спиной затрещали ветки; эхо разнеслось кругом. Хрусть, хрусть, хрусть. Хрусть, хрусть, хрусть. Мэтти замерла, сердце билось просто оглушительно, и она боялась, что зверь его услышит.
 
– Что это? – спросила Джен.
– Зверь, – ответила Мэтти.
– Криптид? – Си Пи обернулся, по-прежнему поддерживая Гриффина. Он посмотрел в лес, туда, откуда они пришли. – Черт. Не могу достать телефон и сфотографировать. Джен, достань свой.
– Нет, – возразила Мэтти и слегка подтолкнула его. – Уходим.
– Но я хочу…
– Уходим, – повторила она и пожалела, что не может крикнуть.
Треск веток приближался, но Мэтти не смогла бы определить точное расстояние до зверя. На горе была странная акустика: из-за тишины усиливались все звуки.
Снова раздался вопль, и Мэтти невольно попятилась. В этот раз кричал не зверь, а человек; в этом крике слышалась такая страшная боль, что кровь стыла в жилах. Мэтти вся покрылась гусиной кожей.
Кажется, кричал Уильям. И, кажется, он умирал.
Значит, это не зверь попал в капкан; или попал, но быстро освободился. Тогда он вряд ли серьезно поранился, и уже ничего не помешает ему их преследовать.
– Кажется, это… – начала было Джен и замолчала.
Все поняли, кто кричал, и все знали, что означал этот звук. Слова были излишни. Осознание отразилось на их лицах.
– Что делать? – спросил Си Пи. – Кажется, на него напали.
Впервые он не радовался перспективе встретиться с незнакомым зверем. Его голос дрожал.
– Может, помочь ему? – спросила Джен.
«Помочь? – подумала Мэтти. – Должны ли мы помогать человеку, который похитил меня, убил мою мать, годами избивал меня и напал на этих людей без всякой причины?»
– Да пошел он, – пробормотал Гриффин. Его речь по-прежнему путалась, но Мэтти разобрала слова.
Все повернулись к ней, и она поняла, что от нее зависит окончательное решение.
– Уходим, – сказала Мэтти.
Возможно, ей померещилось, но, кажется, они испытали облегчение оттого, что не придется вновь встречаться с Уильямом или зверем, который вдруг из любопытного объекта исследований превратился в угрозу.
Они медленно двинулись дальше. У Мэтти возникло дурное предчувствие; она все время поглядывала через плечо.
– А мы его услышим? – спросила Джен, когда Мэтти оглянулась в четвертый раз.
Та покачала головой.
– Только… если он сам захочет.
Джен скептически взглянула на нее.
– Зверь, который издал этот звук, этот рев, должен быть очень большим. Вряд ли он сможет подкрасться незаметно.
В памяти Мэтти всплыла та страшная ночь, что она провела в лесу одна, и женщина вспомнила, как только в последний момент поняла, что зверь за ней крадется.
– Сможет, – ответила Мэтти.
Джен с любопытством взглянула на нее.
– Ты как будто уверена.
Мэтти кивнула, но не стала объяснять. Ей было слишком трудно говорить.
Си Пи снова сверился с компасом, который держал в левой руке. Правой он обвил Гриффина; тот еле держался на ногах. Вдруг они остановились; Мэтти и Джен шли на несколько шагов позади, и из-за маленького роста Мэтти не увидела, почему они встали.
– Черт, – ругнулся Си Пи.
– Что там? – спросила Мэтти.
Тропа уходила вперед на несколько шагов и заканчивалась резким обрывом.
– А нам надо туда, – сказал Си Пи, осторожно опустил Гриффина, и тот сел на снег. – Юго-восток там. Но если у вас нет альпинистского оборудования, придется повернуть обратно и искать другую дорогу.
– А если пойти по краю скалы? – спросила Джен.
– Тут тропа идет с востока на запад, – ответил Си Пи. – Мы можем пойти на восток, нам туда и нужно; но, судя по всему, именно там сейчас огромный монстр раздирает на части мужика, который пытался убить нас лопатой. А можем пойти на запад и попасть на вершину, где живет чудище, но дом и полиция совсем в другой стороне.
– Сарказм необязателен, – заметила Джен. – Я просто задала вопрос.
– Тупой вопрос, – припечатал Си Пи.