Видящая во снах
– Ну что? – поинтересовался Николай Петрович.
– Сказали приходить завтра.
– Ничего страшного, Олюшка. Время ведь еще есть?
– Да. Ты прав, приедем завтра.
Оля без слов села в машину. Всю дорогу в голову лезли только мысли о том, как спасти девушку. Хотела даже попросить деда съездить на то место, где должно произойти убийство, но отмела неуместное желание. Мало ли на что способен убийца, а рисковать единственным родственником, еще и пожилым, она не готова. Да и страшно. Страшно до безумия.
– Ну вот, опять, – чуть слышно проговорил старик, въезжая на свою улицу. Его дом находился в самом конце, напротив леса. Так сложилось, что ближайший сосед – аж в километре.
Район, где жил дед Оли, располагался на окраине города, за рекой, через которую вел старый мост. Здесь стояло мало домов: люди старались селиться ближе к центру, где много магазинов, детских садов, школ, да и на работу легче добираться.
Николай Петрович помнил, как бывшую деревню присоединили к городу и построили мост. В своем доме он прожил всю жизнь, а до него там жили его родители и бабушки с дедушками. И никуда отсюда уезжать травник не собирался. Природа рядом, да и тихо здесь.
– Деда, что случилось? – обеспокоенно спросила девушка, ощущая, как нехорошее предчувствие зреет внутри.
– Опять свет вырубили. Ни один ведь фонарь не горит, – недовольно проговорил мужчина, и лишь сейчас Оля заметила, что они едут только в свете фар. Уличные фонари и правда не работали. А ведь когда уезжали, дорога была освещена.
– И как часто здесь отключают свет?
Оля огляделась, всматриваясь в ночную тьму. Соседский дом уже остался позади, и теперь машина двигались вдоль кустов.
– Да за несколько дней уже раз третий. А раньше и не помню, когда такое происходило.
Девушка инстинктивно напряглась. Последние несколько дней… Она гостит здесь практически неделю, и не значит ли это, что все началось с ее приездом?
Глупости! Как простой человек может повлиять на электроэнергию? Совсем с этими снами и мыслями о маньяке с ума сошла!
Внезапно Оля почувствовала сладковатый аромат крови. В горле тут же появился ком. Работая медицинской сестрой, она не раз сталкивалась с кровью, и никогда не тошнило. А теперь только стоит подумать, как начинает мутить.
Опустила взгляд на свои руки и отчетливо увидела на ладонях кровь, ощутила ее тепло на коже, почувствовала, как струйки медленно стекают на запястья. Нос все больше и больше забивал тошнотворный запах. Как сегодня ночью после сна.
В голове зашумело, сердце громко забилось. Захотелось закричать от переполняющего душу страха.
Раздалось громкое воронье карканье. Девушка вздрогнула и подняла взгляд. Машина стояла возле дома, а на боковом зеркале с пассажирской стороны сидел огромный ворон и смотрел прямо на Олю. Именно эта ненормальная птица у Святого озера разодрала ей руку.
Глаза ворона полыхнули золотистым светом, и он снова громко каркнул. Звук разнесся по округе, затихнув где-то за кронами деревьев, в глубине леса. А затем птица взмахнула огромными крыльями и скрылась в темноте.
В это мгновение уличные фонари загорелись.
– Вовремя, однако, – раздался сбоку голос Николая Петровича, и Оля обернулась.
– Что? – растерянно произнесла девушка.
– Свет включили. Видимо, перебои какие-то, – пояснил дед и заметил бледное лицо Оли. – Олюшка, с тобой все в порядке?
– Да, – она мотнула головой, прогоняя наваждение. – Деда, скажи, а у вас всегда так много ворон?
– Каких ворон? – старик явно не понял.
– Ну, большой черный ворон сейчас сидел на зеркале. В последнее время я часто его вижу.
Николай Петрович перевел взгляд на боковое зеркало, а затем снова посмотрел на внучку.
– Олюшка, здесь не было никакого ворона.
– Как не было? Он только что сидел и громко каркал.
Старик опять взглянул на зеркало.
– Не было здесь никого, и я ничего не слышал. Пойдем-ка в дом. Тебе отдохнуть нужно. Устала, наверное. Я травки успокаивающие заварю.
Оля окоченела от страха и ответить не смогла. Только молча кивнула, соглашаясь. Задрала рукав на той руке, где остались нанесенные проклятым вороном, которого не видел и не слышал дед, раны. Хотя как такое громкое карканье можно не услышать? Опустила взгляд и замерла. Порезы пропали. Ее кожа была чиста. Ни намека на шрамы.
Но разве это возможно?
– Кажется, я схожу с ума, – проговорила дрожащим голосом, потирая ладонями лицо.
Пока Оля разглядывала руку, Николай Петрович уже дошел до дома и ждал внучку возле входной двери. И чтобы дед не стал задавать вопросов, девушка поторопилась выйти из машины.
Глава 11
Будильник прозвенел в семь утра. Скоблев отключил его и нехотя поднялся с кровати. После вчерашних посиделок голова болела, а горло пересохло.
Медленно перебирая ногами и потирая сонное лицо, потопал на кухню. Открыл холодильник, осмотрел пустые полки. Сколько раз за эту неделю Рома хотел купить продукты, но так и не нашел времени, какие-то дела отвлекали. Да и дома ел редко, обходился местными столовыми, где, кстати, довольно неплохо кормили.
Захлопнув дверцы холодильника, обернулся к раковине, подумал несколько секунд и, достав стакан, налил в него водопроводной воды. Тут же залпом выпил. По желудку прокатилась долгожданная прохлада, голова немного успокоилась. Далее последовал холодный душ, практически убравший остатки боли.
По дороге Роман заехал в заведение, которое местные называли рестораном. А на взгляд столичного следователя – обычная столовка с не первой свежести ремонтом. Обшарпанные стены и старая советская мебель не давали назвать по-другому. Правда, готовили тут хорошо. Единственное, чего не хватало – нормального кофе. Но в этом городе его не было нигде.
Купив еще и свежих пончиков, Скоблев наконец, с задержкой в десять минут приехал на работу.
– Роман Русланович, – позвал его дежурный, стоило переступить порог здания. – Доброе утро. Вас там девушка ждет возле кабинета.
– Доброе, – отозвался Рома, подходя к окну дежурного. – Девушка? – переспросил, не понимая, кто может ожидать его с утра пораньше. Он никаких девушек, кроме Оли, здесь не знал.
Тут же вспомнил, что когда поставил разряженный телефон на зарядку, пришло несколько сообщений о пропущенных звонках с неизвестного номера.
– Да. Сказала, ей нужен именно Скоблев, к другому следователю не пошла.
– Спасибо, – бросил Рома уже на ходу и поспешил к себе.
Завернув за угол длинного коридора, который вел к кабинету, действительно увидел Олю, сидящую на лавке возле двери.
– Ольга, что-то случилось? – спросил, подходя ближе к взволнованной девушке.
– Доброе утро, Роман Русланович. Я вам вчера звонила, но телефон был отключен. Даже ночью приехала в отдел, но мне не дали вашего адреса.
– Что случилось Оля? – повторил следователь.
– Сны.
Только сейчас Рома вспомнил, зачем могла его искать посреди ночи эта девушка. Вернулись и вчерашние мысли, возникшие на кладбище, когда читал даты смерти ее родственниц.
– Проходите.
Скоблев приглашающе распахнул дверь и тут же заметил сидящего на своем рабочем месте бодрого Морозова. М-да… Сам Рома бодростью не отличался. Все же возраст после таких ночных гулянок дает о себе знать.
– Доброе утро, – поприветствовал Леня, замечая девушку в дверном проеме. Оля кивнула в ответ и прошла, садясь на предложенный Скоблевым стул.
– Рассказывайте.
– Мне опять приснился сон. Вы же просили сообщить.
– Да, – кивнул Роман. – Сможете указать место? Или знаете, как зовут девушку? Хоть что-то?
– Место – то, где произошло первое убийство. А девушку не знаю. Я не видела ее раньше.
– Место первого убийства? – скептически посмотрел на нее Скоблев. – Вы уверены?
– Я хорошо его разглядела. Там еще дерево поваленное, а его пень напополам распилен.
– О чем вы говорите? – вмешался в диалог Морозов. Молодой следователь все это время сидел и слушал разговор Оли и Романа. Слушал и не понимал.