Попаданка или сопротивление невозможно (СИ)
Краснея и кусая его в шею, я провела руками по его волосам и отклонившись, залюбовалась теплыми любимыми глазами.
- Поговорим об этом завтра. – Пообещала я, наконец, прижимаясь головой к его груди. – Меня очень волнует этот ритуал. Думаешь, Тилрид сделал что-то с твоей матерью, чтобы занять трон?
- Возможно. В первые годы моего регентства он пытался оспорить завещание отца, и только после магического подтверждения подлинности документа и проигранной дуэли, был вынужден отступить.
- Мы справимся со всем вместе. – Произнесла я тихо. – Только пообещай беречь себя, если что-то случиться.
В ответ он просто погладил меня по волосам своими нежными ладонями, и я поняла, что он волнуется за меня не меньше, чем я за него.
18.2 Ваша очередь
Священная долина Аю располагалась в землях, на которые уже не распространялась власть сиятельной Меральдеры. Хотя она и называлась долиной, в названии указывалась бесконечная долина духов, расположенная в изнанке. Здесь, под светом местного солнца, она представляла собой отдельную обширную область со своими озерами, водопадами, лесами, полями и даже огненной землей. Это была земля насыщенная потоками энергии, которые не могли подчинить себе сильнейшие маги континента. Изнанку позже научились использовать маги для моментального перемещения с места на место. Изнанка стала и местом обитания магически одаренных духов, которые при призыве магом Преирона заимствовали часть энергии долины, приобретая тело. После смерти хранителя или возвращении его в долину, после смерти мага это тело опять становилось энергией. Но, так как Хранитель вырастал во взрослое существо, следуя за магом, возвращалась в долину чаще всего большая сила, чем та, что была позаимствована в начале. У магии нет разума, но есть чутье, поэтому для нее это было выгодной сделкой.
Мы с Далианом прибыли последними, до нас в долину переместились Варон Фоулк и Корант Аверет - они были нашими глазами и ушами. Я ступила на священную землю Аю, надеясь ощутить что-то особенное. Наследник упоминал, что на этих землях каждый маг ощущает то, что глубоко скрыто в душе. Одни – ненависть, другие – любовь, третьи – сожаление или спокойствие. Возможно, из-за того, что я не была магом Азларона, я не ощутила ничего особенного. Мы прошли небольшой группой, в которой были господа Эмберт, Силариа, Варон, Корант, Далиан и два боевых мага, охраняющих долину к центру области, являющемуся местом пересечения магических потоков этой земли. Магия работала здесь по своим законам, и сложно было сказать почему именно это место стало местом скрещения всех магических путей, но именно здесь, на простом потертом камне у дороги, все маги преклоняли колени и читали ритуальные тексты для призыва духа Хранителя.
Эмберт при этой второй встрече не смог все же до конца скрыть свою ярость при виде наряда невесты, на оскорбившей его выскочке, и по его поджатым губам и острому взгляду я ощутила как сильно он меня ненавидит. А вот его родители, напротив, были так спокойны и сдержаны, что сложно было найти хоть какой-то повод усомниться в их верности императорскому трону.
С важным, гордым сиянием на лице, аристократ подошел к нужному месту и преклонил колени на камне, истертом множеством ног до него. По величественному выражению застывшем на его лице я поняла, что он испытывает тщеславие и неизмеримые амбиции. Он жаждал власти, почитания и фамильяра, надеялся призвать подходящего своим желаниям. Мы с Далианом держались на почтительном расстоянии - призыв Хранителя был очень личным опытом, при котором посторонняя магия рядом только мешала.
Со своего места я видела как шевелятся губы Эмбертта, начавшего ритуал. Сжав ладонь Далиана, я с опаской осматривалась по сторонам, ожидая какого-либо подвоха или опасности.
«А не может на нас напасть чей-либо фамильяр?» - Спросила я регента через Аларта.
«Может». - Спокойно ответил наследник. - «Но маг в этом случае точно лишится своего хранителя. Мы убьем его на месте. Здесь трое магов, имеющих боевую подготовку, никакой фамильяр не устоит перед этой объединенной силой даже в долине».
В это время начало что-то происходить, воздух вокруг нас стал гуще, и я ощутила как зашевелились рядом теплые и холодные потоки, сменяя друг друга. Фиолетовое небо потемнело еще больше, почти напоминая земные сизые сумерки. Эмберт перестал читать заклинания и удивленно осмотрелся вокруг. Над его головой что-то происходило - магия пришла в движение и всполохи света, собираясь к одной точке тяготения, все с большей скоростью закручивались над замеревшим магом. Наконец, все закончилось, и последний всплеск энергии утих. Далиан крепко обнимал меня за талию, прижимая спиной к своей твердой груди, поэтому рядом с ним, несмотря на ожидаемую опасность, я ощущала себя полностью защищенной.
Господа Тилрид и Силариа как хищники всматривались в то существо, что нес на вытянутых руках их сын, сам еще не понимая, радоваться ему или нет. Когда маг подошел ближе, я разглядела небольшую серую змейку с желтыми сверкающими глазами.
- Кто это? – Спросила я, обращаясь к Далиану.
- Сета - хранитель третьего типа, владеет общей магией, чувствует и находит воду. – Произнес наследник.
Лицо Эмберта дернулось и вытянулось, как у готового заплакать большого ребенка. Забыв свою ненависть к двоюродному брату, он в это мгновение не мог скрыть разочарования. - Не стихийный боевой дух? – спросил он у отца, все еще не веря в свою неудачу.
- Нет. – Жестко ответил Тилрид. – Все так, как сказал господин Далиан.
- Но, отец. – Маг брезгливо попытался сбросить нового Хранителя с руки.
- А мне кажется, это очень хороший Хранитель. Всегда найдет воду в пустыне. – Произнесла я, жалея больше духа, которому достался такой капризный хозяин, чем Эмберта, не вызывающего у меня сочувствия даже в такой момент.
Повернувшись ко мне, парень с ненавистью сжал губы, но встретившись с жестким взглядом наследника, развернулся и быстро пошел прочь.
- Ваша очередь. – Произнес мягко Тилрид, и его ласковый тон испугал меня сильнее, чем испугала бы угроза. Я боялась всего: нападения, неудачного призыва, какой-нибудь глупой случайности или прямого удара. Повернувшись к Далиану, я сжала его ладонь и взглянула в глаза. В глубине его глаз тоже угадывался тот же напряженный страх, который сжимал и мое сердце. Потянувшись к нему я, прикоснулась губами к его губам в невинном поцелуе, и быстро направилась вперед, все еще ощущая его теплые ладони, с трудом разжавшиеся для того, чтобы выпустить меня из объятий.
Приблизившись к нужному месту, я склонила колени и провела по теплому камню ладонью.
18.3 Мне нужно к Далиану
Замерев на мгновение, я пыталась ощутить магию, скрытую в этом камне и попросить ее поддержки. Мои губы зашептали:
- «Свет - дарующий всему надежду, тьма - дарующая всему успокоение, земля - дарующая всему опору и жизнь…» - Слова свободно, с тоскливой грустью рвались из моего сердца, но я не ощущала никакого отклика на свои воззвания. Не кружились вокруг меня холодные и теплые потоки, не искрилась магия, не было видно огней и вихрей. «У меня и не может быть фамильяра,» - успела подумать я, когда меня что-то грубо схватило за спину, вздернуло вверх и потянуло в сторону. Ничего не соображая от ужаса в первое мгновение, я решила, что это мой фамильяр, который проявил себя таким нехарактерным образом. Но, увидев рядом всполохи магии и услышав крик Далиана, я поняла, что что-то не так. Извернувшись, я различила алую птицу, несущую меня к скалам. «Это фамильяр Ионы. – Подумала я. – Не понимаю, что он здесь делает. Птица, крикнув, врезалась в камень, и повалившись в темную пропасть пещеры, разжала когти. Ее голова была свернута под неестественным углом, одно крыло полностью оторвано, а из груди натекала тонкая струйка крови. Это было последним, что я различила в рассеянном свете, потому что через мгновение раздался взрыв, и камни у входа в пещеру обвалились прямо на меня. Я закричала и прикрыла голову руками. Защитные амулеты, которые надел на меня Далиан слабо сверкнули, они успели выставить надо мной защитный барьер, спасший мне жизнь, и тут же потускнели и треснули. Фамильяр Ионы отдал свою жизнь, чтобы погубить меня, артефакты отдали последнюю искру, чтобы спасти меня. Я находилась в пещере, в которой должно быть погибла мать Далиана - госпожа Марагель. Эта мысль о любимом мужчине вызвала у меня панику. Сейчас, сидя в темноте в заваленной пещере, которая должна была убить меня, я думала только о том, чтобы у него все было хорошо. Мне нужно к Далиану, он должен знать, что со мной все в порядке, подумала я, вставая. Защитный барьер полностью укрыл меня, я даже не поцарапалась под градом камней, хотя, выбираясь из-под завала, все же незначительно ободрала руки. В полной темноте, которая наступила после обвала, я не видела куда нужно идти, поэтому осторожно ступая, неуверенно двинулась вперед. Через несколько шагов я различила угрожающий треск, доносящийся сверху и пара камней в метре от меня сорвались вниз. Это не пещера, а какой то разваливающийся замок. Сейчас потолок тоже обвалится, и меня уже ничто не спасет, решила я, и быстро пошла вперед, спотыкаясь о камни. Шуршание и треск над головой стали более громкими. Стена, о которую я оперлась, затряслась, и я бросилась вперед, уже не думая об опасности, которая может поджидать впереди. Иногда я неудачно спотыкалась, и не удержав равновесие, падала, получая новые ушибы и ссадины. Еще чаще я отбивала пальцы ног или рвала подол об острые края камней, но все это проходило на краю моего сознания, движение вперед и напряженное ожидание беды не позволяли мне обращать внимание на такие мелочи. Я ковыляла вперед, ощущая толчки и дрожание стен. Пещера пока держалась, но я уже не могла остановиться, подгоняемая треском и шуршанием камней, срывающихся вниз. Вдруг пол подо мной задрожал более отчетливо, и мое сердце лихорадочно замерло в предчувствии неотвратимой беды. Сделав еще один рывок вперед, я вдруг поняла, что твердой опоры под моими ногами уже нет, и взмахнув руками, провалились в бездонную черную пропасть.