Ветер и крылья. Вечное небо (СИ)
- Не виноват. Но может... как-то можно исправить эту ситуацию?
Адриенна пожала плечами.
- Может быть. Но для этого Филиппо придется пересмотреть всю свою жизнь. Отказаться от любовницы, признать, что он был неправ, возможно, даже попросить у меня прощения...
- Которое вы не дадите?
Адриенна даже не фыркнула. Моргана за столько лет простить не смогла. А она - должна? Даже не так. Простить-то можно. Только вот ничего это в судьбе Филиппо не поменяет. Сам виноват, сам и получит. И эданне Франческе прилетит... дура! Нашла с кем и с чем связываться!
Почему, почему у дураков так популярно убеждение, что можно получить блага для себя, заплатив за это чужими жизнями?
- Пока - не дам. Не смогу. Может, позднее, - дернула плечом Адриенна.
Дан Пинна примерно так и думал.
- Я буду молиться, ваше величество. Пусть все будет хорошо.
Адриенна промолчала.
***
Вот и розарий.
И две тени, которые отделились от стены. Одну Адриенна признала сразу.
- Энцо...
- Риен...
Они не целовались, не обнимались... так, прикосновение руки. Но почему в этом жесте было больше интимного, чем в самых крепких объятиях? Потому что в нем была любовь.
Дана Виолетта шагнула вперед.
- Я оставила свое наследство твоей подруга, эданна. Все сделала. Твой... друг поможет мне?
- Помогу, - спокойно кивнул Лоренцо. - Вы готовы?
Виолетта вздохнула.
Все сделано. Все сыграно... уходить все равно страшно, но какая теперь разница?
- Я готова.
А следующего вздоха и не получилось. Больно тоже не было. Так... закружилась голова, стали непослушными ноги, на долю секунды потемнело в глазах. Или это чернота перед ней? И сейчас она туда упадет? НЕТ!!!
- Я отпускаю твою душу. Иди с миром. Ты искупила свою вину передо мной.
Тихие слова сплетались в золотистую дорожку, ложились под ноги пятнышками света. Словно камушки, теплые такие, уютные... и на дорожке стояла Лари.
Не старая, уставшая и потухшая. А молодая, веселая, дерзкая, такая, какой была в монастыре. Какой ее навсегда запомнила Виолетта.
Как ДО проклятого ритуала, навсегда перекорежившего их судьбы.
- Летти! Что же ты! Скорее!!!
И ведьма... да какая там ведьма... уже самая обычная женщина, поспешила к подруге, не думая, что в дворцовом парке, в розарии, остается грудой сброшенного тряпья ее тело.
***
- Готово.
Несколько секунд Лоренцо держал кинжал в ране. Чего его раньше времени вытаскивать - кровью уделаешься. Подождем...
Потом тело даны Виолетты осело на дорожку. Адриенна опустилась рядом на колени, коснулась ее руки.
- Я отпускаю твою душу. Иди с миром. Ты искупила свою вину передо мной.
Дан Пинна поежился. Показалось ему на долю секунды, что от Адриенны исходит сияние. Такое... солнечное, теплое... Сибеллины.
Свет и счастье своей земли. Ее плодородие, ее любовь...
И повинуясь этому сиянию, отступало нечто холодное, темное, уже готовое схватить и унести обреченную душу.
Но спорить с Высоким родом? На земле, которая полита ее кровью, которая приняла Адриенну, как свою хозяйку?
Здесь она властна над живым и мертвым... ну, почти властна. Проклятие еще остается. И нарушать некоторые законы не стоит.
- Все? - тихо спросил он.
- Да, - отозвалась Адриенна. И внезапно схватилась за живот. - Охххх!
- Ваше величество?
В темноте не было видно. А вот Адриенна чувствовала, как под ней расплывается лужа...
- Воды отходят, - прошептала она. - Воды...
Лоренцо выругался. Схватил Адриенну на руки - и помчался к потайному ходу. Быстрее, еще быстрее... Иларио едва успевал подсказывать, куда идти.
Про тело старой ведьмы они благополучно позабыли. До нее ли, когда тут такое? Королева рожает! И уж точно не смогли предусмотреть патруля, который прошел по этому месту буквально через десять минут. Чуть-чуть бы - и попались. А так...
Караул увидел тело, поднялся шум, тревога... и карусель понеслась.
***
- Ваше величество!
Дан Кастальдо? Что ему еще надо?
Филиппо лениво разлепил глаза.
- Ваше величество, на территории дворца обнаружили тело пожилой женщины. Убитой...
- При чем тут я?
- Ваше величество, мне нет прощения. Я счел необходимым лично доложить... по уставу.
А что тут скажешь? Если б я твоему отцу такое не доложил, меня бы выгнали с волчьей грамотой? За ворота и на все четыре стороны? Это тебя, кроме сисек твоей любовницы ничего не интересует...
- Разберитесь, кто это такая и все выясните, - отмахнулся Филиппо. Он только-только уснул после бурного марафона, и его будят! Ни совести у людей, ни сострадания... а это еще что? Но слуга выглядел очень решительно. Даже и рявкнуть не захотелось.
- Ваше величество. Дан Виталис приказал сообщить, ее величество рожает.
Определенно, все сговорились. Почему, ну почему нельзя дать выспаться несчастному королю?!
А может...
Филиппо вздохнул, и полез из-под одеяла. Ческа недовольно зашевелилась, и он чмокнул любимую в плечико.
- Спи, прелесть моя.
У нее есть такая возможность. А у него - нет. Надо идти... по старой традиции, пока ее величество производит наследника на свет, его величество должен находиться в соседней комнате и ожидать вестей. Вместе с приближенными. Самыми-самыми...
Этим он показывает, что королева носит его ребенка. Ох уж эти традиции... рожай там Ческа, он бы места себе не находил. А так...
Ладно. У него просто нет выбора.
***
Адриенна орала от боли.
Боль накатывала, разрывала внутренности, изматывала, лишала самоконтроля и сил...
Не успевала она отойти от одного приступа, как начинался второй, третий, четвертый, они накатывали неритмичными волнами, становились все интенсивнее...
И не получалось сохранять достоинство.
И держаться не получалось. Только кричать от боли и ужаса. Только это...
Филиппо мрачно напивался в соседней комнате. Какая ж гадость эти ваши роды! Вот как прикажете расслабиться, когда в соседней комнате ТАК орут? Только кубок наполнил - опять заорала! Едва вино не разлил!
Она что - сдержаться не может?
Не понимает, что королева должна проявлять достоинство!? Все бабы рожают, у них такая расплата за первородный грех! Только кто-то и в канаве рожает, и на соломе, а этой чего возмущаться?
В кровати, в уюте, между прочим, с лучшим лекарем, который только есть в Эрвлине...
Ну вот, опять орет!
И ведь к Франческе не пойдешь... как же это все неудобно и неприятно! Отвратительно просто! Что только королю не приходится терпеть...
И Филиппо налил себе еще вина. Быстрее бы все это закончилось... проклятые традиции! Тьфу!
***
Лоренцо вцепился пальцами в камни стены. Изо всех сил вцепился, чтобы не нажать на рычаг потайной двери.
Адриенна, его Риен...
Его девочка рожает за этой дверью, а он... он ничего не может сделать! Даже быть рядом с ней не может! Что ж это такое!?
- Надо разобраться с трупом...
- Да, да, конечно...
- Надо идти.
- Да, да...
Иларио крепко стряхнул Лоренцо за плечи.
- Соберись! Ты ей тут ничем не поможешь!
- Знаю, - собрался с мыслями Лоренцо. - Но не уйду.
- А труп?
- Пропадом он пропади! - от всей души пожелал мужчина. - Ей плохо, а я буду где-то там? Не могу! Понимаешь - не могу я так!!!
- И что от тебя здесь толку?!
- Она знает, что я рядом, - уверенно сказал Лоренцо. И был прав. Адриенна действительно его чувствовала. Была уверена, что Энцо - вот он, только руку протяни, и это придавало ей сил.
Ее любимый.
Филиппо? О короле она и вовсе не думала, и о проклятии, и о кардинале, и про интриги... ничего не осталось. Только боль - и Лоренцо. Там, на самой грани сознания.
Он был рядом, и Адриенна держалась.