Ветер и крылья. Вечное небо (СИ)

Пусть Лоренцо хоть немного отдохнет.
 Глава 7 
Адриенна
- Милый, родной, любимый...
- Обожаемая моя, любимая... Ческа...
Два тела сплетались на кровати в любовной игре. Франческа старалась, как могла, извивалась, имитировала страсть, сыпала признаниями...
Пока был жив Филиппо Третий, шансов у нее не было. Но сейчас....
- Как я мечтаю родить от тебя ребенка!
- Ческа, милая... может быть, потом...
- Впрочем, скоро у тебя будет ребенок. Это так чудесно, милый! Дети... они такие милые...
Как-то сложно было описывать малышей. Эданна Вилецци искренне считала, что от них одни проблемы. Они орут, гадят, они вообще... что такое ребенок? Радость и счастье?
Вот и неправда ваша! Ческа точно знала, что ребенок - это гадкая и мерзкая личинка человека. Сначала она растет внутри, высасывая все хорошее из матери... достаточно на королеву посмотреть - жуть жуткая...
Потом его надо кормить... хорошо, есть кормилицы, и знатной даме не надо портить грудь, но все равно - гадость, гадость, ГАДОСТЬ!!! И жди, пока оно созреет, поумнеет... и когда еще это произойдет?*
*- все претензии к эданне Франческе. Такое вот у нее мнение о детях, прим. авт.
Отвратительно... еще и что там вырастет? Вдруг вот такой Филиппо? Дурак дураком, только и того, что король?
- Да, - расплылся в улыбке Филиппо
- Обещаю, я буду любить его! Это будет твой сыночек... твоя кровиночка... ты же разрешишь мне с ним играть?
Филиппо нахмурился.
- Полагаю, Адриенна будет против.
- Но ты же король! Ты можешь приказать!
Приказать Филиппо мог. Но... предсказать - тоже. Особенно реакцию Адриенны. И жить как-то хотелось... чувство самосохранения прямо-таки орало в голос.
- Ческа, любимая...
- Я... Филиппо, я ТАК несчастна! Я не могу родить от тебя, а ты мне отказываешь даже в праве нянчить твоего сына!
Слезы полились потоком... надо бы сказать - горохом посыпались, но это так простонародно, а потому - жемчугом посыпались на простыню, оставляя на ней мокрые пятна, и Филиппо не выдержал.
- Хорошо, любимая. Я разрешу тебе... обещаю...
- О, Филиппо!
И Ческа кинулась ему на шею.
Так-то! Хоть королеве насолить! А потом... потом и будет видно! И чья возьмет, и что с ребенком делать... она умная, она разберется.
Мия
Вот уж чего не ожидала Мия, так это найти у себя на пороге старую ведьму.
- Ты!?
- Не выгонишь?
Мия едва не фыркнула старухе в лицо.
- Заходи. Куда ж я тебя выгоню?
Виолетта Дзанелла кивнула, и зашла в домик на Приречной.
- Не переживай, я ненадолго. День-два, больше нельзя.
- Почему? - насторожилась Мия. Ей скоро рожать, а тут... что случилось?
- Доминиканцы. За мной следят. Я их стряхнула, но чую - ненадолго.
Мия нахмурилась. Вот еще доминиканцев ей не хватало. Ей-то.... С ее кровью... тут еще неизвестно, как она рожать будет, одна, без помощи... даже ньора Рефелли не позовешь... да никого вообще не позовешь! Мало ли что во время родов с ней будет?
Хотя... какая ей разница? Трупом больше, трупом меньше... надо только поговорить с Лоренцо. Но это потом, потом...
- Ты пришла сюда, чтобы я тебя спрятала? Или помогла выбраться из столицы?
Они уже переместились в спальню Мии, и разговаривали там. Тихо-тихо, чтобы никто и ничего не услышал. Хотя Виолетта сейчас, кстати, совсем не походила на ведьму. Скорее, на торговку пирожками или еще чем таким... даже пахла она не травами, а сдобой. Ванилью, корицей...
Простое платье, белый чепчик, белый передник...
- Я не хочу маскироваться. Я хочу увидеть королеву. Вы обещали меня отпустить.
Мия покусала губы.
- Как ты себе это представляешь? Адриенна беременна, у нее вообще роды со дня на день начнутся!
- Не знаю. Но это надо сделать сейчас.
Мия сжала руками виски.
- Безумие!
- Нет. Мне так чутье говорит... ты уж поверь. Если б я ему не следовала, давно б мои кости песком занесло.
- И что сейчас говорит твое чутье?
 
- Что надо спешить.
Мия вздохнула. Ее чутье как раз ничего не говорило. Но за ней и доминиканцы не следили.... С другой стороны... если Виолетта явилась к ней в дом, значит... значит, и те скоро ее найдут. Даже здесь. И что будет дальше?
Вестимо, ничего хорошего.
Выход один. Сообщить Адриенне.
- Хорошо. Я свяжусь с королевой сегодня же, - решила Мия.
Записку-то брату она отправила. Но Лоренцо спал, будить его никто не стал, и записка пролежала до утра.
Адриенна
- Что скажете, дан Виталис?
- Ваше величество, ребенок должен появиться на свет со дня на день.
Филиппо горделиво кивнул. У него хватило ума, чтобы не приводить в спальню к супруге эданну Франческу, но та ждала за дверью. Вместе с фрейлинами.
Последнее время они с королем всегда ходили вместе.
- Вы постараетесь ради державы, ваше величество?
- Безусловно, - ваше величество, - в тон супругу ответила Адриенна.
Дан Виталис чутьем придворного понял, что сейчас разразится гроза, и быстренько откланялся. И она-таки грянула.
- Адриенна, мне бы хотелось, чтобы вы мягче относились к эданне Франческе.
- Насколько мягче? - Адриенна оперлась локтем о подушку, натянула на себя одеяло... потом она оденется. А пока надо объясниться с мужем.
- Мне бы хотелось, чтобы она вошла в число ваших фрейлин.
- Это невозможно, ваше величество. Фрейлинами могут быть только незамужние девушки. В крайнем случае, замужние дамы... или эданна решила выйти замуж? Кто сей счастливец?
Филиппо перекосило.
- Адриенна, тогда... тогда я хочу, чтобы она была смотрительницей спальни его высочества.
- Что?
Адриенна сначала подумала, что ослышалась. А потом... потом ее захлестнул неудержимый гнев.
- Смотрительницей спальни моего сына. Или дочери, - повторил Филиппо, думая, что супруга не расслышала.
Зря.
Матео Кальци точно мог бы сказать, что зря. Потому что розарий стремительно разрастался, вытесняя к чертовой матери алые и желтые розы. Кусты черных роз буквально захватывали сад...
Адриенна откинула одеяло, уже не думая, что она в одной ночной рубашке. И Филиппо сделал шаг назад. Показалось ему? Или...
В углах спальни сгустился мрак. Адриенна сделала шаг вперед - и в следующую секунду словно тенью окуталась. Стала выше, мелькнули за спиной черные тени - крылья? Засверкали ледяной безжалостной синевой глаза... еще шаг... Филиппо отступил еще и еще... уперся спиной в дверь, зашарил по ней нащупывая ручку...
- Я, Адриенна Сибеллин, - негромко зашептал в спальне голос. - Кровью клянусь. Если твоя шлюха подойдет к моему ребенку - она умрет. Если дотронется - умрет. Я долго терпела, но всему приходит конец. Опомнись, пока не поздно...
Филиппо нашарил ручку двери - и спиной вперед, с воплем ужаса, полетел под ноги фрейлинам.
- Ааааааа!
По счастью, на его пути оказалась как раз эданна Франческа, а той было не привыкать. Только и успела, что вскрикнуть, когда ее примяло королевским тылом.
- Вон из моих покоев!
Адриенна, в одной ночной рубашке стояла в дверях. И вовсе не казалась беременной, слабой, беззащитной. Моргана никогда такой не была, а Адриенна - ее потомок, копия, кровь...
И что это за ее спиной? Черные тени, синяя молния...
- Вон из моих покоев, Эрвлин! И забери с собой свою шлюху!
Филиппо подскочил, словно ужаленный. Только вот... какое там достоинство? Какое сопротивление? Перед ним стояло жуткое, голодное чудовище. И он сам его пробудил!
Куда уж тут отстаивать честь эданны? Бежать надо! И побыстрее, и подальше... ой, мамочки...
Ческа зашевелилась на полу. Перевела взгляд на Адриенну.
И - завизжала. Да так, что фрейлины шарахнулись. Перевернулась на четвереньки, и не переставая визжать, кинулась из спальни. Прямо так, на четырех костях.