Ветер и крылья. Вечное небо (СИ)
Сейчас она хотела Рикардо Демарко. И злилась на отца и на королеву.
Как королева вообще смела!? Кто она такая!?
Королева? Ну вот, сиди и правь... а к людям не лезь! И вообще, она злая и страшная, неудивительно, что его величество к любовнице бегает... вот королева приличным данам жизнь и портит! Стерва!
Отец?
Тоже... как он мог!? Сказал бы, что им с Рикардо прямая дорога в храм и благословил! И была бы Баттистина эданной Демарко. А что? Прекрасно бы жили! Он при дворе, ее можно ко двору пристроить... почему нет? Она красивее многих фрейлин, между прочим! А ее не взяли! А она хотела! И могла бы! И справилась!
А ей отказали!!!
Где справедливость?!
И отец начал переговоры о ее замужестве с кем-то... Баттистина и не вникала толком... какой еще Лучио Манфреди?! Кому он нужен с его прыщами и занудством?!
Какие-то разговоры о земле, овцах, урожае... вот, Рикардо стихи читал, а этот... да тьфу три раза! Тина решительно не хотела за него замуж! Это скучно, скучно, СКУЧНО!!!
Но если не взять дело в свои руки...
Что ж, золотой ключик откроет любую дверь. А дан Андреоли хоть и перепорол прислугу, но всех помощников дочери не выявил. А потому...
Баттистина взяла чернильницу, поморщилась - пальцы пачкать, фу... и отправилась писать письмо Рикардо.
Она согласна выйти за него замуж. А отец...
Позлится, да и простит! Никуда он не денется! Поймет, что они любят друг друга и смирится... письмо она передаст через доверенную служанку.
А дальше...
Сбежать она сумеет. А Рикардо пусть организует все остальное. Священника, свадьбу, что там еще положено? Все записи...
Плохо, что платья не будет. И цветов. И вообще... бежать придется. Но это так романтично! Ни у кого из подруг ничего такого не было и не будет! Баттистина сумеет преподнести им это в нужном ключе, они все от зависти помрут! Это уж точно!
И девушка принялась вырисовывать буковки, высунув язык от усердия. Да, учиться она тоже не любила, а потому и грамотность у нее хромала. Но дане это ни к чему. А Рикардо и так все поймет!
Их сердца связаны! Они услышат друг друга!
Ах, как это будет романтично...
Адриенна
- Дорогая супруга, вам не стоит переутомляться.
- Я не утомляюсь.
- Ческа за мной замечательно ухаживает. Ваша помощь тут не требуется...
Адриенна чувствовала себя так, словно ее по щекам отхлестали. Эданна Франческа смотрела торжествующе. Разве что не ухмылялась ей в лицо.
Ну и ладно!
Адриенна решительно расправила плечи.
- Я не смею навязываться, мой дорогой супруг. Если общество эданны Франчески вам нужнее - пожалуйста.
- Не стоит вести себя, как испорченный ребенок, ваше величество. Вам это не к лицу.
А это было и обидно, и несправедливо. Впрочем, когда и кого интересовала справедливость?
Адриенна улыбнулась вполне язвительно.
- Ваше величество, если я вам понадоблюсь, вы всегда можете меня пригласить. В остальном же, не смею мешать вам с эданной Франческой. С вашего позволения.
- Позволяю, - махнул рукой Филиппо.
Мысль о том, что жизнью он, как ни крути, обязан Адриенне, неприятно царапала, но Филиппо успешно ее отогнал. Подумаешь!
И так бы выжил!
Франческа бы его спасла, не дала умереть, вот она, сидит рядом...
- Любимая.
За Адриенной глухо закрылась дверь. Ее величество не стала хлопать дверями, вот еще. Ни на что она и не рассчитывала, когда спасала Филиппо. Ни на поумнение, ни на избавление от любви-одержимости... куда там!
Если человек в семнадцать лет не научился головой пользоваться, он ее и в тридцать будет только для еды использовать. Если доживет, конечно.*
*- в то время взрослели раньше, тридцать - почти старость, прим. авт.
А если так подумать, Филиппо сам себе враг. Если Адриенна прекратит его навещать, раны короля будут заживать намного медленнее. А она прекратит.
Она будет навещать остальных охотников, передаст привет Лаццо через дана Делука, но к Филиппо даже не зайдет. Она оскорблена, на что имеет полное право. И будет страдать.
Оххх... опять тошнит!
И что за жизнь такая? Как женщины по десять детей рожают? Жуть какая-то!
***
Марко долго не раздумывал.
Имя дана, который подарил ему жизнь, а потом выгнал его мать на улицу, он знал. Дан Казимиро Фриджерио.
Сволочь, конечно, но пусть с него хоть какая польза будет?
Так бы Марко и на одном поле с ним... пахать не стал. Но...
Ладно-ладно! Знаете, как любопытно было? Поэтому, по приезде в столицу, Марко не выдержал и навел справки.
Дан Казимиро Фриджерио был женат, имел шестерых наследниц и ни единого наследника. Даже приятно стало... как медом по душе!
Злорадство - грех?
А вот и ни разу! Церковь может объявлять грехом, что захочет, а вот Марко точно знал - справедливость.
Обрюхатить девчонку - можно!
Выгнать ее из дома - можно! Пусть подохнет под забором, правда же?
И подохла бы, если бы не дана Рианна, земля ей пухом. А так... Марко жив, здоров, успешен - по своим меркам. И у мамы его все в порядке, малышку нянчит...
А у дана Казимиро нет наследника. И не предвидится. Просто потому, что все шесть девок у него от трех браков. Три раза женился, в первом браке - три девчонки, во втором одна, в третьем две, но близняшки... и все. После смерти третьей жены церковь больше венчать не станет.
Не угоден!
Господь не позволяет, вот и весь ответ. А чтобы его поменять...
Деньги нужны! И у дана Казимиро такой суммы нет!
А как приятно!
А как справедливо! Можно радоваться чужой беде, и это нехорошо, но грех ли радоваться высшей справедливости? Господь судил - и точка! Не Марко ж троих жен папаше извел?
Вот, с этим Марко и отправился в особняк Фриджерио.
Открывший ему дворецкий был исполнен достоинства. А ливрея заштопана в нескольких местах, Марко это сразу увидел. Ткань, конечно, подороже, чем та, что пошла на его костюм, но у Марко одежда новая и добротная. Простые штаны, рубашка, дублет... поверх - короткий плащ, как сейчас модно носить у молодежи. Аккуратная шляпа с неширокими полями. Все чистое, аккуратное, без особой вышивки и роскоши. Но и без штопки, так-то!
- Добрый день, ньор...?
- Мели. Марко Мели.
- Слушаю вас, ньор?
- Я бы хотел поговорить с даном Казимиро Фриджерио.
- По вопросу, ньор?
Надо отдать дворецкому должное, разговаривал он исключительно вежливо. И Марко не стал фыркать. Ну, слуга. Но кто-то другой мог бы и нахамить ньору. А этот - нет. Держит себя... молодец.
- Простите, ньор...
- Поцци. Паскуале Поцци, юноша.
- Простите, ньор Поцци, но я не имею права говорить с вами о некоторых вещах. Если ваш дан решит побеседовать со мной, я расскажу ему все. Если нет... что ж. Значит - нет.
- Прошу подождать, ньор Мели. Полагаю, дан захочет побеседовать с вами.
- Хорошо, ньор Поцци.
Марко проследовал в гостиную, отдал дворецкому плащ и шляпу, и огляделся. И понял, почему его примут. Обязательно...
На стене висел портрет. Совсем молодой тогда дан Фриджерио, который обнимает какую-то женщину. Красивую, с белыми цветами в волосах...
Так вот. Лицо дана Казимиро на портрете было копией лица Марко. Как с юноши рисовали. И дворецкий наверняка уловил это сходство, о чем и доложит хозяину.
Что ж.
Подождем...
***
Долго Марко ждать не пришлось. Дворецкий вернулся почти сразу, поклонился и пригласил ньора следовать за собой.
Дан Казимиро ждал его в кабинете. Сидел за столом, но когда увидел Марко - не выдержал. Вскочил, вгляделся.
- Черт побери!
Дворецкий действительно был профессионалом - дверь за ним уже закрылась.
- Здравствуйте, дан Фриджерио, - спокойно приветствовал Марко родного отца. Хотя... какой он, к чертям, отец?! Не растил, не вытирал слезы, не учил, не любил...