Ветер и крылья. Вечное небо (СИ)

Понял, что за такое Мия ему голову откусит.
И молча приоткрыл перед ней дверь таверны, заказывая две кружки с горячим ягодным взваром и свежие плюшки. Или что там еще есть из вкусного?
В таверне они просидели почти четыре часа, к немалому удивлению и Мии, и Сильвано. И было им отчего удивляться.
Они вдруг обнаружили, что им... интересно разговаривать друг с другом!
Это совершенно не отменяло любви Мии к Рикардо. Это совершенно не отменяло вольготного обращения с женщинами - для Сильвано. Но вместе им было весело и интересно.
Оба родились в провинции, оба достаточно давно жили в столице, у них были схожие взгляды и вкусы...
И спустя четыре часа Мия расставалась с Сильвано даже с некоторым сожалением.
Но встретиться?
Мия подумала несколько секунд. И нашла выход.
- Дан Тедеско... то есть Сильвано. Это второй раз?
- Да.
- Первый раз я помогла вам. Второй - вы помогли мне.
- Все верно, дана Мия.
- Если судьбе будет угодно, чтобы мы были вместе, она сведет нас третий раз. И тогда я не стану протестовать. Если буду свободна.
Хорошая отговорка, правда?
Мия была уверена, что Рикардо на ней женится. Но... и обижать Сильвано? Ей решительно не хотелось. Он хороший....
Сильвано принял приговор со стоицизмом влюбленного.
- что ж, дана Мия. Я повинуюсь судьбе. И верю в нее. Но могу я вас попросить об одном?
- да?
- Если случится так, что вам будет нужна помощь... теперь вы знаете мой адрес. Приходите в любое время. Я предупрежу слуг, даже если меня не окажется дома, они все сделают для вас.
- Благодарю вас, дан Сильвано.
Мия решительно вышла из таверны.
Она любит Рикардо. И идет домой. А это... а что такого? Два приятных человека могут просто поговорить, и в этом нет ничего страшного.
Сильвано проводил женскую фигурку тоскливым взглядом.
Мия... ох, Мия.
Пусть судьба подарит нам новую встречу! Пожалуйста... пойти, что ли, свечку в церкви поставить? Смешно?
А вдруг...
Сильвано Тедеско вышел из-за стола, расплатился и направился в церковь.
Бывает же такое! Находишь Ту Самую... и вынужден отпустить. Именно потому, что Судьба - не слепа и не глупа. У них еще будет шанс... и сейчас он за это крепко помолится...
Мия...
Миечка, любимая...
Адриенна
Джеронимо и так-то не мог на судьбу пожаловаться. А чего?
Если кому понимающему сказать, так любой сообразит - везунчик. Вот смотрите сами! Мать-отец на месте! Батька не пьет, разве что по праздникам, мать не лупцует, руки у него нужным краем приделаны... столяр он знатный. Только вот у Джеронимо душа к дереву не лежит. Вот у братца Карло - дело другое. Ему ветку дай, он из нее осадную башню смастерит! А Джеронимо никак.
Отец, опять же, ломать сына не стал. Другой бы рассердился, мог бы и оплеух надавать, а батя махнул рукой, да и поговорил со свояком. И пристроил сына к стражникам. Пока на 'подай-принеси', а там и еще куда сойдет?
Джеронимо это оценил по достоинству. И работа ему понравилась. Постепенно он и сам стражником станет, а там... деньги, домик может от города перепасть, а то и женится постепенно. Дети пойдут...
Потом ему еще повезло,, когда его не заметили эти... сатанисты.
Брррр, даже вспомнить ту бабу страшно! Какая она была жуткая... и на руках кровь, и на лице, и улыбка эта... вот улыбка и была самым страшным. А все остальное - так, ерунда.
Хотя Энрикетту Бальди ему жалко. Бедная, как она кричала... вспомнить страшно!
Джеронимо до сих пор кошмары мучили. Это днем он мог рассказывать себе, что все в порядке, что все будет хорошо, а ночью... он кричал от страха и боли, он корчился от ужаса, и приходил кто-то из братьев монахов. Они поили Джеронимо разведенным вином, и молились рядом с ним. И ужас куда-то исчезал постепенно.
Братья, вопреки своей жуткой славе, оказались тоже весьма и весьма неплохими людьми. Неглупыми, спокойными, очень серьезными... рядом с ними можно было ни о чем не беспокоиться. А еще...
Джеронимо разрешили надевать рясу Ордена. Не просто так, нет... ему потом простят этот грех. Но сейчас ряса нужна, чтобы он смог бывать во дворце.
 
Монахи приняли к сведению его слова про благородную дану... или эданну, кто ее там разберет ночью? А раз благородная, рядом со столицей... значит что?
Значит, бывает при дворе. И ее можно там увидеть.
Вот и выгуливали Джеронимо, словно породистого кобелька на веревочке. Но пока он никого такого не видел.
Может, и не увидел бы.
Или не узнал. Но...
***
Просто так эданна Франческа сейчас при дворе не появлялась. Притихла. Якобы - не хотела попадаться на глаза королеве. А на самом деле... боялась. Доминиканцы... может, Филиппо ее и отобьет. А если нет? Проверять не хотелось.
Но когда его величество привезли...
Тут - безвыходно.
Ладно, если он помрет, тут по-любому в ссылку. Если вообще жить оставят. А если выживет?
И узнает, что любовница, да еще любимая, не была у его ложа?
Не встречала?
Не рыдала?
Это - конец. Или такая трещина в отношениях, которую не замазать ничем. Одно дело - Франческа пыталась, а злая королева прогнала ее со двора. Вот какая бяка нехорошая!
Другое.... Она даже и не пришла. А чего? Выживет - сам заявится... а уж как это королю преподнесут... Ческа и думать не хотела.
Так что - во дворец.
Попала она вовремя, как раз подъехали кареты, и из самой большой медленно вытащили носилки. Осторожно так... чтобы не потревожить рану.
- Любимый!!! - завизжала эданна - и помчалась по ступеням. Естественно, потеряв половину шпилек из прически, грива-то куда там конским! Волосы рассыпались, платье задралось, показывая стройные ноги...
Носильщики шарахнулись от неожиданности.
Королева просто не успела. Он была в курсе, что его величество подъезжает, но... токсикоз - сложная штука. Вот поплохело - и хоть ты локоть укуси!
Тошнит и тошнит...
Так что к моменту появления Адриенны, эданна Ческа вовсю изображала скорбь у носилок. А стонала так, что носильщики боролись с желанием бросить все и зажать уши. Эданна относилась к тем женщинам, которым нельзя повышать голос. Так он и красивый, и мелодичный, но на высоких тонах... как кошке на хвост наступили, да еще попрыгали.
Адриенна обозрела все это, спускаясь по ступенькам, и тихо скомандовала:
- Прекратить бардак!
Эданна Франческа обернулась к королеве.
Вот, в эту секунду и увидел ее Джеронимо. И...
- ОНА!!!
По счастью, рядом с ним был брат Томазо, который схватил паренька за локоть, потащил в нишу...
- кто?!
- Та... ведьма!
- Которая?
- В белом и алом, с золотыми волосами.
Точнее описать эданну Франческу было бы и нельзя. Но... описать-то ладно! А что с этим дальше делать? Она ж не просто так эданна, она королевская любовница, любовь... это уже не охота на ведьм, а политика. Связываться - может оказаться себе дороже...
- Выгляни, посмотри. Точно та?
Джеронимо выглянул - и утвердительно кивнул.
- У нее и лицо, как тогда. А кто это?
- Королевская любовница.
- Ой... ой...
Второе 'ой' было куда как более непечатным. Но и Джеронимо можно было понять.
Доминиканец размышлял, а возле носилок разворачивалась настоящая баталия.
- Я его люблю!!!
- Ты можешь любить кого угодно, - отрезала Адриенна. - Но не смей устраивать представление из болезни моего мужа!
- Ты... ты просто его не любишь!
- Неужели? - Адриенна красноречиво натянула ткань на животе. Правда, пришлось изогнуть спину и выпятить его, но и так сойдет.
- Это... это...
- Вон отсюда. И чтобы я больше истерик рядом с больным не слышала! Срочно его величество в его спальню, дан Виталис уже там!
Франческа проводила носилки трагичным взглядом - и упала на колени.
- Смилуйтесь! Ваше величество, умоляю... я люблю его!