Мистер Фермер. В объятиях тьмы! (СИ)

— Сомневаюсь. — Выдала ангел.
— Зря. — Произнесла Эсфея. — Я тоже чувствую могущественную личность, надвигающуюся на нас с запада. Существо, которое описал этот Хранитель, и вправду сильно. Слабее меня по мане, но достаточно сильное, чтобы начать опасный для обоих армий бой. Под угрозой навредить вам она будет бить магией по площадям, заставит меня уводить её в сторону, позволив, тем самым, своим войскам сделать всю грязную работу. Демоны генералы редко сражаются в одиночку, у этой твари будут свои сильные подчинённые. С учётом их числа, неподходящей для сражения местности, Зуриэль отвлекут так же, как и меня. В бой вступят обычные солдаты, а они точно не защитят Матвея. Иными словами, даже с учётом наших божественных сил, пока у врага столь значимый численный перевес, шансы на выживание, не говоря уже о победе, крайне малы.
— Мы можем построить стены, одна за другой, в конце крепость и…
— Матвей. — Эсфея повысила голос, перебила меня. — Твои деревянные стены не помогут в бою против существа, что по силе приблизилось к богу, пусть и такому слабому, как я сейчас. Если их и вправду так много, если в спину их подпирает некая, неведомая угроза. Мотивация армии, зажатой в ловушку, окажется достаточно, чтобы пройти через любую, даже кажущуюся непроходимой, преграду. Зверь, идущий на нас, загнан в угол, и выход у него только один.
— И что ты предлагаешь, сдаться тьме на милость? Ждать, когда она заполонит все земли, надеяться, что нас не начнут отлавливать по одиночке, вырезая как скот? Нет, сейчас у нас неоспоримое преимущество, внезапность. Максимум, чего они ждут, так это подвоха от хищников. А у нас в арсенале мощь богов! Что ты Свирепый пообещал Дроу? — Так же, на повышенных отвечая богине, обращаюсь к здоровяку.
— Проход, беспрепятственный. Воин, представившийся Эглером, говорил лишь от своего имени, обещал, что не тронет население и никак не навредит нам.
— Ты этому веришь?
— Нет. Если к нам в одночасье притянутся полчища, рой из тысяч, а быть может и десятков тысяч существ, служащих одному правителю, когда наступит голод, нас в лучшем случае ограбят, обнесут, как рыкуны веками обносили кролли. Скорее всего, сокращая число ртов, нас даже вырежут. Никто не сможет в одночасье обеспечить такое число живых едой, потому правильным будет истребить слабых, дабы сильные могли жить дальше.
— Тогда ты поможешь нам? — Спросил я у здоровяка, а тот даже бровью не повёл.
— Я вложу свою жизнь в твои руки, она мне опротивела. Только за других говорить больше не буду. Надоело вести друзей на смерть. — Глядя в потолок, ответил Свирепый. — И где эти чёртовы гонцы, неужели и их тоже…
В шатёр врывается один из бойцов Свирепого. Весь в поту, со вздыбившейся шерстью.
— Армия, Свирепый… Целая армия приближается к нам, во главе её настоящее чудище, темная сила её видна глазу, а за ней, под охраной ведут твою дочь и наших братьев. Они прошли перевал, реку, бегом бегут к нашей деревне и уже следующим днём будут здесь. — Волколак подрывается с места. Глядит на посланца, не веря словам его, немедля командует:
— Собирайте женщин, стариков и детей, всех за ручей, это набег! Матвеем, они будут шантажировать меня ребёнком, говорю честно, я поддамся их шантажу, если нужно, со всей доступной мне яростью и решимостью. Дабы в действиях моих враг не усомнился, что бы получить хоть шанс на спасение дочери, если нужно я попытаюсь убить тебя. Знаю, сил моих не хватит тебе навредить. Потому спрошу, сможешь ли ты простить глупого отца, не смотря на содеянное, не казнить, а миловать мой народ, помочь несчастным, лишившимся своего вождя и дома⁈
 
— Можешь положиться на меня, друг, я приму их как родных. — Я в очередной раз протягиваю здоровяку руку, тот без раздумий пожимает её. Притянув к себе, глядя в глаза, Волколак молчит, на лице грозном видна благодарность. — Зуриэль, найди Пом, пусть готовятся к обратному переходу. — Ангел, кивнув, тут же исчезает. За ней следом покидает шатёр и гонец. Враг оказался куда быстрее, решительнее, чем предполагали хищники. Теперь, когда даже Свирепый уверен в том, что нас атакуют, остаётся лишь два варианта, бежать вместе с женщинами и детьми, надеясь, что подготовленная армия нас не настигнет. Либо попытаться дать бой, замедлить вражеское продвижение в попытке выиграть для спасающихся немного времени.
— Матвей, что будем делать? — На лице Эсфеи паника, она, как и Волколак, ждёт от меня скорейших решений.
— Беженцам с собой брать только еду, столько, сколько понадобится на переход до нашей деревни. Всем остальным: эльфам, хищникам, инквизиторам, что решат добровольно остаться и биться против зла — валить лес, тащить к оврагам!
— Идиот, ты что, собрался здесь умереть⁈ — Взяв меня за шматы, глядя в глаза, прорычала Эсфея.
— Честно? Очень бы хотелось помереть геройской смертью, но я слишком люблю жизнь. Мы дадим врагу бой, если получится, отсрочим атаку переговорами, выигрывая время столько, сколько сможем. Нужно определить магический потенциал врага, после, провести разведку боем, нанести максимальный урон. С ранеными в любом случае останутся здоровые, а это сократит число потенциальных преследователей. Следя за тылом, когда враг начнёт упрочнять кольцо вокруг крепости, мы начнём отступать вслед за поселенцами, устраивая пожары и сжигая всё на своём пути. Тактика выжженной земли, с бушующими в лесах пожарами, должна нам помочь.
— А если не получится уйти со всеми, с инквизицией? — Всё так же, держа меня за грудки, стиснув зубы, прошипела Эсфея. Ишь как за мою тушку беспокоится.
— Значит уйду с Зуриэль, ты ведь ещё не оторвала ей крылья? — Так же, едва сдерживаясь, чтобы не ебнуть ей чем-нибудь, прорычал в ответ я. — А теперь отпусти, я ведь вождь, если ещё не забыла…
Взгляд Свирепого, переполнен недоумением. Разумеется, в начавшемся сраче ещё пойми, кто кому служит и чьи приказы исполняет. Пара минут, все мы осмысливаем происходящее, приводим себя в порядок, возвращаемся к делам насущным. Эмоции прочь, пора готовиться к битве. Силы мои восстановлены, страхуя свою шкурку, прошу Эсфею, в случае надобности, поделиться со мной маной. Наглости моей нет придела, получив в ответ лишь неоднозначный кивок, прошу Терру подготовить для меня несколько литров воды, пару кг еды, и стараться не отходить от меня слишком далеко. Пом с Коротким Хвостом поведёт беженцев в новый дом. Эсфея и Зуриэль во время боя будут заняты своими проблемами. В момент созидания и крафта, а после сражения, в коем я так же намеревался принять участие, мне понадобится новая нянька. Отказавшаяся бежать Терра отлично подходила на эту роль.
Спустя час я с трудом заставил заплаканную Пом исполнить приказ. Она помирилась с отцом, это радовало. Жаль обстоятельства не позволяли нам это отпраздновать. Пом не хотела меня бросать, хотела «умереть» вместе со мной, а ведь я не собирался умирать. На выручку пришёл Короткий Хвост, всеми доступными ему неправдами он увёл плаксу с собой, сослужив мне хорошую службу. Оставшись один на один с обязанностями решительно настроенного «правителя», я взглядом обвёл моё «муравьиное», таскающее к оврагу брёвна войско. В моём подчинении оказались все прибывшие с нами инквизиторы, все Хранители, а с ними ещё пятьдесят хищников, коих Свирепый Рык успел оповестить о том, что может с ним произойти. Волколак был верен своему желанию попытаться спасти дочь и категорически настаивал, чтобы верные ему воины не шли по ложному, под давлением обстоятельств выбранному им пути. Хищники все как один пообещали отомстить за Свирепого. Не мне, а тем, кто посмел пленить Очаровательную Одуа.