Там, где обитают куклы... (СИ)
«Даниэль!» — прокричал водитель, показывая на себя, — «Меня зовут Даниэль! Парни, если что-то нужно будет, мало ли, куда-то понадобится поехать, я — к вашим услугам!» Он полез в бардачок, некотрое время там порылся, казалось бы, совершенно не обращая внимания на дорогу и, наконец, выудил оттуда небольшой кусочек цветного картона. «Вот, возьмите мою визитку, парни!» — он протянул ее Ральфу.
«Даниэль Аснар. Пассажирские перевозки по заказу», — прочитал Ральф, несколько удивленно поглядев на то место, где иногда бывает напечатана фотография. Вместо фотографии, на визитной карточке красовался черный прямоугольник… Справа от него были напечатаны два номера телефонов и адрес электронной почты. Автобус въехал в город и теперь плавно нес их по улицам, на которых зажглись фонари. Тени от веток деревьев мелькали в салоне, складываясь в причудливые фигуры, напоминающие сплетение щупалец, когтей и клювов неведомых существ…
«Что-то нервишки расшалились совсем… вместо обычных теней, мерещится уже разная…» — Макс раздраженно отвел глаза от сидевших в салоне друзей, — «И это всего лишь один день мы пощекотали себе нервы…» Автобус выехал на перекресток с Акапулько и мягко остановился у крыльца отеля. «Господа, мы приехали!» — Даниэль был сама любезность. Он снова взялся за отполированный рычаг и открыл дверь салона — «Нет-нет… денег не надо, сегодня — спасибо за компанию!»
Друзья вышли на улицу. Даниэль закрыл дверь, автобус развернулся в сторону выезда из города и скоро скрылся из виду. «Может, я чего-то не понимаю, но я почти три дня шарахался по городу в поисках транспорта, но мне никто не говорил о Даниэле Аснаре! Никто!» — Генри недоуменно развел руками, — «С кем бы я ни говорил, практически все говорили о Луисе…» «Значит, не у тех спрашивал!» — Ральф приобнял друга за плечо, — «Хватит грузить себя всякой ерундой!» Они зашли в фойе отеля, чуть было, не прихлопнув закрывающейся дверью Тома.
За стойкой сидела «старая и невоспитанная», как уже успел окрестить ее Альберт. О чем-то говорить с ней не приходилось возможным, поэтому они тихо разошлись по своим номерам, предварительно договорившись, что через час соберутся в холле для вечернего похода в ресторан. Том, как только за ним закрылась дверь, упал на кровать и отвернулся к стене.
«Старина, с тобой все нормально?» — Генри потребил его за плечо, — «Ты с нами идешь?» «Да, иду…» — глухо ответил Том, — «Сейчас немного полежу и пойдем… По дороге с острова заснул и что-то я какой-то разбитый после этого…» «Если хочешь, то можешь остаться в номере» — Альберт понимающе посмотрел на него. «Нет! Сказал же — пойду с вами, не хочу сидеть один» — твердо сказал Том, закрывая глаза. Он опять провалился в мягкую, обволакивающую темноту, ему снова виделись Мелинда и его ненаглядная крошка Сью, с улыбкой до ушей и бутылочкой воды в руке. Вода опять была красной. Сью отпила из бутылочки. Красная струйка снова побежала у неё из уголка рта… «Нет!» — закричала Линда — «…нет!». Том опять, как и тогда, на катере, вздрогнул и открыл глаза…
Глава семнадцатая
Померкнет свет небесный и появятся на небе кровавые звезды… Здоровые и сильные станут больными и немощными…
«После целого дня на свежем воздухе и жарком Солнце — контрастный душ чудо, как хорош!» — Генри с полотенцем, обмотанным вокруг бедер, хлопнув дверью душевой, плюхнулся задницей на кровать. Альберт уже освежившийся, валялся на своем месте, размотав полотенце и, влажное, накинув на себя сверху — «И не говори! Чувствуешь себя просто сказочно!»
Том нехотя поднялся с кровати и поплелся в душевую. Кофр с фототехникой так и остался валяться там, где он его и положил — рядом с кроватью. Как только дверь за Томом закрылась, Генри приблизился к Альберту и тихо сказал — «Слушай, старик, наш фотограф что-то сегодня после поездки вообще завял! Может у него что-то случилось?» Альберт неопределенно пожал плечами — «Не знаю… На острове всю дорогу скакал впереди нас, как молодая антилопа гну по саванне, все с фотоаппаратом наперевес, затвором клацал… Он сдулся на обратной дороге, ближе к приезду. Странно как-то! Главное — с чего бы?» «Вот и я думаю, с чего бы? Все же нормально было!» — Альберт снова пожал плечами.
Минут через двадцать, дверь открылась и из-за нее показался Том, тоже обмотанный полотенцем — «Я свеж и к новым подвигам готов!» Он улыбнулся и поднял вверх руку с пальцами, изображавшими «Викторию». Однако в его голосе не было былой бодрости, а улыбка была вымученной. «Том, с тобой все нормально?» — Альберт внимательно посмотрел на друга, — «Как только мы возвратились обратно, ты ходишь сам не свой!»
«Все нормально, парни…» — Том поморщился, как будто разговор стоил ему больших усилий — «…парни, я уже вам говорил, что вырубился под звук мотора на обратном пути, а когда проснулся, то проснулся какой-то разбитый… Вот только после душа немного себя воедино собрал… как Терминатор, во второй части. Давайте будем понемногу собираться!» Они по очереди причесались перед зеркалом и стали неспешно одеваться.
* * *Ральф вышел из душа, уже приободренный и готовый на новые подвиги. Макс, устроившись на кровати, надел на голову наушники и теперь балдел, подергивая ногами в ритм музыки и закрыв от удовольствия глаза. «Дружище, ну не хорошо лежать с затычками в ушах, когда так необходимо живое общение!» — Ральф ухватился за наушники и потянул их с головы Макса. Макс, которому так нагло и бесчеловечно перебили удовольствие от прослушивания музыки, вцепился в них, с другой стороны. «Нет, ты нормальный вообще человек!» — он недовольно снизу-вверх посмотрел на Ральфа, — «Толстый, да будь же ты человеком, наконец! Дай спокойно музыку послушать!» «Дай, и я оценю, что ты там слушаешь! Попсу, наверное, как всегда!» — Ральф пригнулся и приложил к уху свободный наушник. «Ну конечно! Как ты догадался?» — буркнул Макс, уступая превосходящему его ростом и весом Ральфу.
Он какое-то время постоял, качая головой в такт музыки — «О! Угу… угу… Макс, да как продвинутый меломан, ты слушаешь последний на сегодняшний день студийный альбом наших общих знакомых. Это же Айрон Мейден?» Макс кивнул. «Они его назвали — The Book of Souls и вышел он, кажется, в сентябре 15 года» — Ральф тоже обожал тяжелый рок и старался следить за новинками, выпускаемыми любимыми группами, многих участников которых он знал лично, — «Мне раньше много говорили, что рок — это плохо и грубо, что он скоро отомрет и так далее.
Вспомни, в школе, эти попсовые придурки, вроде этого, постоянно прилизанного Стивена Вулферсона и его компании, мне постоянно выносили мозги. Но, как мы с тобой видим, он до сих пор жив и умирать не собирается! Зато — эта музыка — настоящая! Я не представляю, что случилось бы, если бы выяснилось, что Мейден поет под фонограмму! Представь, что бы сделали те, тысяч пятьдесят, что они собирали на своих концертах на любом, мало-мальски уважаемом рок-фестивале! Вакен, например, или «Рок в Рио». Ядерная война показалась бы, наверное, детской сказкой!»
«Ты же в курсе, что некто Стив Харрис, он же — басист Iron Maiden и основной автор их песен…» — Макс пальцем постучал по своему наушнику, — «…как-то заявил, что на его творчество повлияли такие группы как Black Sabbath, Deep Purple, Led Zeppelin, Uriah Heep, Pink Floyd и Jethro Tull». «Нет, не в курсе!» — Ральф сделал идиотское выражение лица. «Ну конечно! Уж ты и не знаешь!» — Макс махнул рукой. «Да… что-то он разошелся…» — согласился Ральф и кивнул головой, — «А до этого, старина Стив мне рассказывал, что «тяжесть» группы была вдохновлена всего лишь «Black Sabbath и Deep Purple с небольшим количеством добавленного Led Zeppelin. А тут такой список…»
«Самое главное, что и Джетро Талл здесь затесался! Они могут повлиять на кого угодно!» — Макс, улыбаясь, показал большой палец, — «Помнишь, Стив рассказывал, что кажется, в 83-м году, в Индии во время концерта, какой-то придурок, явно не в себе, выскочил на сцену и вцепился зубами в спину Голби. Этого дурака, потом до полусмерти избили дубинками полисмены, но от него оторвали с огромным трудом. Чуть ли не с выгрызенным куском спины!»